Посланники тьмы - Антон Грановский

– Да ну? И какой у меня резон?

– Ты княжий дознаватель. Значит, должен дознаться, что случилось с Дивляном.

– Да об чем тут дознаваться? – вспылил Замята. – Обожрался какой-то дряни да и помер!

Глеб покачал головой:

– Нет, приятель, все не так просто. Я навещал подругу Дивляна, Ведану.

– И что?

– Она мертва. И погибла она точно так же, как Дивлян. А теперь подумай своей хмельной башкой: что будет, если люди в княжьем граде начнут умирать как мухи и на губах у каждого из них ты найдешь черную слизь? Что ты скажешь своему начальнику, дознаватель? И что он скажет князю Егре?

Замята взъерошил пятерней волосы и угрюмо посмотрел на Глеба.

– Бава раздавит тебя, как муху, – мрачно изрек он. – А если я пойду с тобой, он раздавит и меня.

Глеб посмотрел дознавателю в глаза и холодно отчеканил:

– Ты слышал обо мне много интересного, Замята. Неужели ты думаешь, что такого человека, как я, так просто убить?

Замята отвел взгляд и нахмурился.

– Люди вечно все преувеличивают, – проворчал он. – Думаю, в рассказах о тебе нет и половины правды.

– Возможно, это и так, – согласился Глеб. – Но как насчет второй половины?

Дознаватель молчал, хмуро поглядывая на гостя и шмыгая длинным носом.

– Соглашайся, Замята, – снова заговорил Глеб. – Тебе даже не придется махать мечом, потому что я все сделаю сам. Кроме того, ты – княжий дознаватель, и охоронцы Бавы тебя не тронут, если ты сам их к этому не вынудишь.

– Ты в этом уверен?

– Я неплохо знаю Баву. Он хорошо умеет просчитывать шансы и не рискует без особой нужды.

В глазах Замяты появилось сомнение. Он явно стал колебаться. Тогда Глеб привел последний веский довод:

– Думаю, я уже убедил тебя, – сказал он, – но чтобы быть в этом совсем уж уверенным...

С этими словами Глеб достал из тугого кошеля две серебряных монеты и положил их на стол.

Замята глянул на монеты и усмехнулся.

– Что я вижу? Ты меня подкупаешь, ходок?

Глеб кивнул:

– Именно так.

Замята помолчал, потом прищурил темные, хитрые глаза и сказал:

– А ты умеешь убеждать, Первоход. Что ж, я пойду с тобой. Но запомни: рубить мечом я никого не стану.

– Это и не потребуется. Твоя роль будет исключительно мирной. А теперь о деле. Ты знаешь, где сейчас обитает Бава Прибыток?

Замята хмыкнул.

– Конечно. Он живет в главном кружале Порочного града, на втором этаже. Охраняют его двадцать охоронцев, и все они вооружены до зубов.

Глеб удивленно вскинул брови:

– Двадцать?

– Двадцать-двадцать, – с усмешкой кивнул Замята. – Времена нынче темные, и Баве приходится опасаться не только разбойников и князя, но и своих собратьев-купцов. А те нынче не прочь вступить в сговор с разбойниками и вместе пощипать тех, у кого в гузне еще остались перья.

Глеб кивнул.

– Ясно. А теперь, приятель, опиши мне тех из охоронцев, кого следует опасаться больше, чем других.

Замята поморщился.

– Я знаю только Тунгира. Это настоящий убийца. В сравнении с ним оборотень – просто волк из детской сказки.

– Убийца? – вскинул брови Глеб. – Ты сказал, убийца?

– Да, – мрачно проговорил Замята. – У меня было несколько дел, в которых упоминалось его имя. Три месяца назад эти отморозки убили купца Чигиря и захватили две подводы с рыбьим клеем и пушниной. Было дознание, но доказать я ничего не смог. А недавно одного из охоронцев Бавы взяли с поличным у трупа молодой девки. Он даже штаны натянуть не успел.

– И как?

Замята дернул плечом:

– Да никак. Пришел Тунгир и обменял охоронца на тугой кошель серебра. Бава Прибыток своих людей не бросает.

– Ну, на этот раз ему придется за многое ответить, – холодно проговорил Глеб.

Он поднялся с лавки, сдернул с гвоздя роскошную соболью шубу и швырнул Замяте.

– Одевайся, дознаватель. Нам пора идти.