Корпорация Лемнискату. И замкнется круг - Наталья Косухина

Когда мы расположились на первый десятиминутный привал, я заметила, что Ева постаралась дистанцироваться от Марио, а вот Каталина подсела вместе с Роберто поближе к творцу.

Тут я и решила привести свой план в исполнение и, подойдя к Калебу, уселась прямо ему на колени, обхватив шею руками и наблюдая за реакцией мужчины.

Тот, слегка замешкавшись, обнял меня одной рукой за талию и прижал к себе.

— Твой план нравится мне все больше и больше.

— Не паясничай, на нас смотрят.

И я не солгала. Вся команда старательно занималась делами и косилась на нас, отмечая новый этап в наших отношениях. А кое-кто принял к сведенью.

Мы с Каталиной встретились взглядами, мои глаза блеснули зеленым, а девушка опустила голову и принялась рассматривать свой бутерброд. Она так просто не отступится. Как и я!

— Что прикажешь делать мне?

— Проявить инициативу.

— Ты мне потом за нее по лицу не надаешь?

— Буду сдерживаться, но гарантий нет. Просто сделай то, что тебе хочется сделать, если не со мной, так хоть с Каталиной.

Обхватив затылок, Калеб уткнулся мне в шею, сжав при этом так, что ребра затрещали, и принялся поглаживать спину.

Я готова была сидеть с ним так вечность, и пусть хоть крокодилы, хоть змеи ползают мимо нас. Но десятиминутный перерыв быстро закончился, и мы снова зашагали вперед.

Калеб держался около меня и проявлял трогательную заботу, что доставляло мне истинное удовольствие, делало счастливой. Я старалась не задумываться, что им движет — наш план или дружба, но когда Каталина споткнулась и, ухватившись за первый попавшийся ствол дерева, пропорола руку чёрными шипами, а шипы обломились и из ранок брызнула кровь, то Родригес лишь кивнул Роберто и тот, достав из сумки специальное средство, залечил пораненную кисть.

— Кто сегодня отправится на охоту?

— Я и Идальго, один из ребят Роберто. О пожеланиях не спрашиваю, принесем то, что удастся поймать.

— А мне можно с тобой?

— Ни в коем случае! — вспыхнул Калеб. — Мы отправимся уже в сумерках, и я не смогу тебя защищать.

— Вообще-то Вера и сама может защищаться, — хмыкнул сзади Роберто.

— Не начинай! — рыкнул Родригес в ответ.

— Друг, ты начинаешь походить на наседку.

Этот выпад творец проигнорировал, а мы с Роберто лишь хитро переглянулись.

Мы шли, местность менялась и я поняла, что мы целенаправленно движемся к воде. Деревья по берегам реки другие, особенно в сезон дождей. Обросшие мхом стволы напоминают цилиндрические губки: заденешь нечаянно и по руке течёт влага, а под ногами либо хлюпает грязь, либо вовсе стоит вода.

— Калеб, мы ведь не будем купаться или перебираться через реку?.. — взволнованно начала я.

— Нет, конечно.

И только я облегченно выдохнула, как он добавил:

— Мы поплывем по Амазонке, высадимся на берег, сделаем небольшой крюк и переночуем, а на следующий день двинемся обратно.

— А зачем крюк? — машинально в полном ужасе спросила я.

— Вера, я бы не рискнул оставаться ночью около воды, это ведь не Россия.

Посмотрев на раскачивающуюся на ветке обезьяну, я согласилась — не Россия.

— А что, у вас в империи рядом с водой безопасно? — впервые за полдня вступила в разговор Каталина.

— Да, — усмехаясь, ответила ей Ева, которая все время общалась преимущественно с Марио. — У нас хищники в основном сухопутные, но, как и у вас, если не провоцировать, не нападают. В большинстве случаев.

На этом разговор пришлось прервать, так как мы вышли к небольшой речной переправе с лодками и начали распределяться для путешествия по воде. В лодку к нам с Калебом, оттеснив всех, забралась Ева, показав при этом Марио язык, четвертого мы взять не могли.

Едва мы отплыли, как Родригес, как бы между прочим, спросил у девушки:

— Вы с Марио успели близко познакомиться? Он большой сердцеед, будете осторожнее.

— Не переживайте, я его перевоспитываю и, как мне кажется, уже на полпути к успеху. Вот увидите, скоро вы его не узнаете.

Отчасти Ева была права. Но в их паре происходит перевоспитание не только Марио, сама девушка тоже сильно меняется и тем интереснее наблюдать, что получится.

Калеб впился в меня глазами.

— Какие интересные у вас планы! Всех ли они устраивают?

— А его никто не спрашивает, — Ева поняла слова творца по-своему.

— Ты, кажется, обещал показать мне реку, — я поспешила поменять тему разговора и, судя по глазам творца, он это понял.

— Конечно. Что здесь плавает, я тебе уже рассказывал, на размеры можешь полюбоваться сама. Сейчас еще только начало сезона дождей, к концу вода поднимется и река разольется намного шире.

— А с каких это пор ты так интересуешься природой? — удивилась сидящая рядом девушка.

— Я и раньше ее очень любила. С чего такой вопрос?

— Вот думаю, как сильно ты изменилась. Говорят, это началось еще в Петербурге, но сейчас изменения еще заметнее. Более открытая, раскрепощённая, смелая и решительная. Не связано ли это с новыми отношениями?

— Не замолчишь — скормлю крокодилам, — обронила я, внимательно рассматривая воду.

Какая зелененькая, грязненькая…

Калеб только хмыкнул.

— Мы обязательно поговорим с тобой об этих изменениях.

— И не мечтай, это все глупости.

Дальше мы плыли, слушая рассказы Калеба о том, как меняются в зависимости от сезонов джунгли, как это влияет на жизнь животных и растений. Увлекательные рассказы вытеснили наш страх перед водой и грозной Амазонкой, превратив опасный поход в увлекательную экскурсию.

Мы и не заметили, как наше путешествие по реке подошло к концу, а высадившись на берег, группа в еще более быстром темпе начала продвигаться по новой тропинке, витиевато петляющей среди деревьев.

Что-то мне подсказывало, что не везде в джунглях так легко и спокойно и нас ведут по щадящему туристическому маршруту.

— Куда мы так спешим? — поинтересовалась у Калеба.

— Путешествие по реке длилось дольше, чем мы рассчитывали, и мы выбились из графика. А в джунглях лучше ложиться спать с наступлением темноты — около половины седьмого вечера и вставать в шесть утра — с первыми лучами солнца.

Всегда была «совой» и чувствую, мне будет непросто уснуть этой ночью, тем более неизвестно где.

Небольшой крюк действительно был небольшим, и я сама не заметила, как ребята, объявив привал, начали скидывать на землю рюкзаки.