Я - сингуляр - Юрий Никитин

Если я не такой, как все, если я… гм, ну не то чтоб ужизбранный, затаскали это слово, а то бы воспользовался, но все-таки я из тех,кто может войти в мир обетованный… то почему живу, как все? Почему вообще-то неотличаюсь по жизни от Люши, Константина, Шурика? Да что там в быту, даже вродебы и по целям такой же. Так как могу войти в мир обетованный, если они, этичеловеконасекомые, уж точно не войдут? Значит, и я не войду…

Я вышел из припаркованной возле дома Люши машины, сверху израскрытых окон несся мощный бас Шаляпина, исполняющий «Шотландскую застольную»Роберта Бернса:

– Бездельник, кто с нами не пьет!

Ну да, сказал я себе вяло, а как же, и бездельник, и трус, ивообще подозрительный человек. Шпион, наверное. Гнать такого в шею из нашихдружных рядов мужественных героев, которым наплевать на цирроз печени, на лопающиесясосуды, на язву и прочие прелести отважно пьющего настоящего мужчины.

У Люши, как всегда, в гостиной накрыт стол, мощно паруетмясо, пахнет шашлыками, острыми приправами, изысканными гарнирами. Даже наподоконнике в блюдах еда, не говоря уже о всех горизонтальных поверхностяхкухни.

Все загорелые, с облупившимися носами, Василиса –красно-розовая, как огромная креветка со снятым панцирем, встретила меня вприхожей и, приговаривая, что соскучились, утащила сразу за стол.

Лариска, к моему удивлению, тоже встретила меня в прихожей,жарко расцеловала, на миг так прижавшись всем горячим зовущим телом, что яощутил себя погруженным в амебу, готовую к делению.

– Давно тебя не видела, – шепнула в ухо. –Соскучилась.

– Дела?

– Еще какие!

– Читал в новостях…

Она оживилась:

– Правда?

– Читал, читал, – заверил я. – Стоит кликнутьна искусство попсы, обязательно где-то и твоя фамилия.

Она пообещала:

– Скоро вообще будет на первых полосах поп-музыки! Ядобьюсь. Пойдем, уже все за столом.

В гостиной плотный воздух из веселья, дезодорантов и пота.Шумно и пьяно-дружелюбно, хотя народ вроде бы не пьяный пока что, но собралисьрасслабиться и повеселиться, так что можно в нужную струю сразу, без прелюдий.

У окна рассматривает обложки музыкальных дисков Демьян.Молодец Лариска, сумела наклонить, как-то и чем-то помогает в ее амбициозныхпроектах, но явно полезен, иначе бы давно отшила этого потного хрюкающегоборова.

Огромная бутылка вина в центре стола смахивает накосмическую ракету первого поколения, на таких все еще взлетают, когда нужнодоставить экипаж на МКС. Да и шаттл такой же формы, разве что с крохотнымикрыльями-стабилизаторами. Это космолеты второго поколения, построенные на Лунеили прямо в космическом пространстве, будут иной формы, им не надо будет преодолеватьсопротивление атмосферы…

Рука Люши хищно цапнула бутылку, и мои мысли о космическихполетах разлетелись, как обломки столкнувшихся астероидов. Он заржал отудовольствия:

– Люблю красное!.. Витамины всякие, а главное –гормоны!

– В вине гормоны? – усомнился Константин.

– Вино горячит кровь, – сказал Люшаавторитетно, – значит, вырабатывает гормоны.

– Прощай вино в начале мая, – пробормоталКонстантин, он внимательно следил за руками Люши, – а в октябре прощайлюбовь!

Люша умело засадил штопор и вытащил пробку, понюхал,совершая весь ритуал, взялся за следующую, поменьше, приговаривая:

– Красное вино – для мальчишек, белое – для женщин,портвейн – для мужчин…

Константин заметил:

– Может, тебе все равно, но ты открываешь коньяк.

– А коньяк, – ответил Люша счастливо, – длягероев вроде нас! Приготовьте рюмки… Если вино откупорено, нужно его выпить,даже если это хорошее вино, ха-ха. Коньяк тем более нельзя оставлять, а тоВасилиса ночью встанет и выпьет.

Он захохотал, Василиса замахнулась, он ловко подставилспину, шлепок раздался звучный, словно тюлень ударил мокрым ластом по мордекита.

– Чтобы напиться до безобразия, – сообщилЛюша, – мне теперь хватает одной рюмки. Не могу только запомнить,тринадцатой или четырнадцатой.

Все уже слышали этот прикол, вижу по мордам, но засмеялись,мы же дружная компашка. Я тоже улыбнулся, иначе нельзя, а Демьян, поддерживаяатмосферу, сообщил, что его дядя не пил, не курил, не ездил на велосипеде, жилэкономно, берег каждый грош и недавно умер крепким и бодрым старичком, окруженныйалчными наследниками. Это настолько хороший урок, закончил он, для меня, что явыбрал истинно верную линию партии…

Передо мной поставили большую рюмку с коньяком, япередернулся, не люблю крепкие напитки. Я вообще-то никакие не люблю, но слабыехотя бы можно терпеть. Люша и Константин углубились в дискуссию о маркахконьяка, оба демонстрируют редкостную эрудицию, но что-то мне чудится, чтознания обоих отдают больше начитанностью, чем опытом.

Великие люди, вспомнилось высказывание, говорят об идеях,средние люди – о вещах, а маленькие люди о выпивке. Люша по этой мерке совсемкарлик… Но тогда придется абсолютное большинство человечества записать вкарлики!

Я вспомнил, что я теперь на машине, со вздохом облегчения,замаскированным под вздох сожаления, отодвинул рюмку.

– Что стряслось? – спросил Люша встревоженно.

– За рулем, – ответил я с прежним лицемернымвздохом. – А гаишники в вашем районе хорошо работают.

– Эх, – сказал он с искренним огорчением, –ну да ладно, у нас аптека внизу рядом с домом. Можно антиполицая купить.Напрочь убивает запах!

– У них уже есть анти-антиполицаи, – совраля. – Новейшая разработка! Нет, я лучше виноградный сок. Как девочказастенчивая…

Константин захохотал:

– Сейчас девочки напиваются уже в младших классах!

– И не только напиваются, – сказал важноДемьян. – Я смотрел некоторые закрытые цифры по школам… Ну, скажу вам, этошок! Сразу чувствуешь, что нынешнее поколение продвинутое, продвинутое… Затопоследние цифры говорят, что падает посещаемость порносайтов! Хе-хе…

Люша удивился:

– Как это? Такого не может быть!

– Почему? – спросил Демьян.

– Ну, компов все больше у людев, Интернет проклятый…

Демьян с видом полнейшего превосходства покачал головой:

– Были проведены скрытые опросы. Раньше все порносайтыпользовались бешеным успехом, а сейчас выживают те, где можно посмотреть натрахающихся кинозвезд или политиков. А остальные, где просто голые исовокупляющиеся, терпят крах. Как раз у молодежи!

Константин подумал, кивнул с задумчивым видом: