Алтарь Эдема - Джеймс Роллинс

Дункан Кент сидел в водометном катере с корпусом из черного дерева, укрывшемся в одном из протоков, и посасывал вишневый леденчик. В катере находились еще четыре человека, все в бронежилетах. Другое такое же судно покачивалось на воде в двадцати ярдах справа. Команда, в общей сложности десять человек, была подобрана Дунканом и состояла из элиты «Айронкрик индастриз».

В бинокль ночного видения Дункан разглядывал крокодилью ферму. После захода солнца два катера тайком пустились в путь по плавням. Единственным источником света в лодке был маленький джи-пи-эс-навигатор — Дункан держал его в другой руке. Он использовал этот прибор, чтобы выслеживать животных: каждая особь проекта «Вавилон» имела электронную метку.

Они планировали быстро прикончить ягуара и отойти, забрать тело ночью, чтобы не осталось никаких следов. Им повезло — первая часть задачи снята. В бинокль было видно остывающее тело громадной кошки: большая утрата для проекта «Вавилон», но не роковая.

Вокруг лежащего на земле раненого суетилась небольшая группа людей, что вынудило Дункана скорректировать свой план. Раненый корчился от боли, кто-то сидел у него на груди, а светловолосая женщина накладывала на поврежденную ногу самодельный жгут.

Дункан опустил бинокль. Его команда опоздала: несмотря на метку, им потребовалось слишком много времени на поиски.

Теперь это уже не важно. Важно другое: кошка убита, но тело необходимо вывезти. Правда, не сейчас, когда вот-вот прибудет береговая охрана. Придется выждать, выяснить, куда вывезут тело. И все же неприятный осадок остался. Он предупреждал главу «Айронкрик» о рисках — нельзя транспортировать животных во время шторма, но его мнение пропустили мимо ушей. Образцы были направлены в штаб-квартиру «Айронкрик» в Бетесду, штат Мэриленд, чтобы продемонстрировать целесообразность проекта «Вавилон».

Для будущего «Айронкрика» это имело огромное значение. Если говорить о военных подрядах, то конкуренция стала просто сумасшедшей. Когда война ведется на двух фронтах — в Ираке и Афганистане, — поставки людей, материалов и новых технологий на поле боя стали многомиллиардным бизнесом. «Айронкрик» конкурировал с «Рейтеоном», «ЭйрСканом», «ДинКорп» и многими другими фирмами, выполняющими заказы правительства. Если хочешь процветать в этой среде, то следует найти уникальную нишу, поставлять услугу или продукт, которых нет у других.

Если организации типа «Блэкуотер» специализировались на предоставлении услуг по безопасности и защите, то «Айронкрик индастриз» сосредоточилась на исследованиях и разработках в военных целях. И главным их конкурентом была не какая-то другая частная компания, а само АНИРМО — Агентство по научным исследованиям и разработкам Министерства обороны США.

Правительство уже продвинулось с различными проектами в области биоинженерии, активно захватывая территорию «Айронкрика». АНИРМО внедряло в мозги крыс и акул имплантаты и училось управлять ими, как биологическими роботами. Электронные чипы вставлялись в личинки насекомых, а когда появлялись мотыльки и мухи, то чипы уже находились в них. Список продолжался и продолжался. Согласно последним сведениям, АНИРМО предпринимало попытки откорректировать даже геном, чтобы с помощью генетических манипуляций улучшать природные способности.

Чтобы выжить в этой процветающей отрасли, «Айронкрику» требовалась помощь. Они нашли ее в Ираке, в лаборатории, занятой производством биологического оружия и спрятанной в недрах Багдадского зоопарка. О существовании этой лаборатории «Айронкрик» узнал благодаря сведениям, полученным под пыткой от одного иракца, работавшего в оборонной отрасти. Они неплохо заплатили, чтобы эти данные не пошли дальше.

Именно Дункана послали туда, чтобы забрать документацию, аппаратуру и жизнеспособные образцы. Выполнять поручение пришлось ценой собственной крови, и рубцы, оставшиеся на его теле, подтверждали значимость проекта. На левой стороне лица виднелись четыре шрама, которые начинались у макушки и шли до самого подбородка. Он неделю пролежал в коме, а потом перенес девять операций — ему восстановили нос, исправили сломанную челюсть и вживили зубные имплантаты. Из-за повреждения слюнных желез и протоков у него постоянно пересыхало во рту, и он облегчал эту сушь, сося леденцы и карамельки.