История Бледной Моли - Настя Любимка

Служанки, расставив кушанья, не только не ушли, но еще и прикатили тележку, которая имела несколько ярусов. Это говорило о том, что нас ждет не одна смена блюд.

Мне никогда не доводилась бывать на приемах. А сегодняшний ужин – это чистой воды знатный прием, только в миниатюре!

После сигнала слуги подняли крышки. Изумительные ароматы наполнили комнату. Я была уверена, что мой пустой желудок не выдержит и громко возвестит о себе, но повезло, и тихое урчание никто не заметил. Мысленно воздала хвалу Господу за пищу и взяла ложку.

Пряный вкус бульона дразнил рецепторы, но в кушанье было так много горечи от перца и гвоздики, что я чуть не закашлялась. Сидела ни жива ни мертва, совершенно не зная, как мне быть: то ли потянуться за бокалом с водой, то ли попытаться доесть суп.

– Леди Инари, вам нехорошо? – первым заметил мою растерянность лорд Карленд.

– Благодарю, все в порядке, – стараясь не открывать широко рот, выдохнула я.

И вновь поднесла ложку к губам. Новая порция бульона огненной лавой влилась в мое горло. Не знаю, кто составлял меню, но сегодняшний ужин станет самым отвратительным в моей жизни.

Может, это чья-то злая шутка? Если мыслить здраво, то ни один из сидящих рядом мужчин не мог подсыпать мне столько специй. А судя по их спокойным и довольным лицам, им пришлась по нраву стряпня наших поваров! И здесь два варианта: в их тарелках действительно восхитительная пища либо они все привыкли к огромному количеству пряностей в еде.

Еще одна ложка, и одинокая слезинка капнула в тарелку. Пожалуйста, пусть никто этого не заметит!

– Леди Инари, все настолько хорошо, что вы не можете сдержать слез? – ехидно спросил лорд Лерай.

Я боролась с пытающимися вырваться наружу слезами и пылающим от обилия перца горлом. Молчание затягивалось, напряжение росло. Перед моими глазами плыли цветные пятна. Что я должна делать? Сказать, что произошло? Но это не станет поведением Бледной Моли. Ей не свойственно жаловаться и роптать. Даже тогда, когда это причиняет вред ее здоровью.

Но и просто разрыдаться перед покровителями я не могу. Нужно придумать достойную причину своему поведению и отвратительной гримасе на лице. Гнетущая атмосфера повисла в комнате.

– Леди Инари? – участливо позвал лорд Анкорн.

И тут произошло то, что дало толчок моим дальнейшим действиям и ответ на невысказанный вопрос.

– Прошу прощения, – внезапно раздался тихий голос одного из слуг над моей головой. – Осмелюсь предположить, что леди требуется выпить воды.

Пока он наполнял мой бокал вожделенной влагой, я четко поняла, что покровители непричастны к проделке с едой. Люди, издевающиеся надо мной, живут под крышей пансионата.

– Благодарю. – Только Господь знал, сколько мне потребовалось сил, чтобы прошептать эти слова и медленно пригубить бокал. Пришлось пить маленькими глоточками в то время, когда хотелось залпом опрокинуть его и потребовать добавки.

– Лорды, я настолько растрогана сегодняшним вечером, что не могу скрыть слезы счастья.

На втором конце стола поперхнулись. О да, лорд Лерай, не только вам известен сарказм и ирония.

Если бы я пожаловалась на переперченный бульон, лорды потребовали бы наказания для всех слуг, присутствующих в этой комнате.

Бывшая директриса Ордена Иветта Лармонг, несомненно, уверила бы мужчин в исполнении наказания. Возможно, их выпороли бы плетьми. Однако втайне женщина посмеялась бы над Бледной Молью и пожалела расторопных работников. Зачинщиков безобразия и издевательства она бы искать не стала.

А вот сестра Геллара, которую я хорошо знаю, не просто бы наказала присутствующих в Голубой гостиной слуг, ответственность понесли бы все, кто хоть как-то причастен к доставке продуктов, приготовлению пищи и подаче блюд.

Следовательно, названой матушке было известно, что мой ужин попытаются сорвать. А возможно, она специально поручила заботы о нем тем, кто ей неугоден. Чтобы одним выстрелом попасть в несколько целей.

– Леди Инари, – неуверенно протянул лорд Карленд, – что же вы не доедаете такой чудесный суп?..

– Раньше никто так не старался для меня, – продолжила гнуть выбранную линию. – Я так счастлива, что мне совершенно не хочется кушать.

«Ага, а если быть точнее, то кусок в горло не лезет, – хмуро подумалось мне, но продолжила улыбаться. – Матушка Гелла, что бы ты ни задумала, но с моей помощью этих людей убрать не удастся. В этом мире и так слишком много тех, кто ненавидит и презирает Бледную Моль».

– Уберите, – потребовал лорд Лерай. – Немедленно.

– Да, мой лорд, – тихо произнес слуга и забрал тарелку со злополучным бульоном у меня из-под носа.

– Если леди не голодна, стоило об этом сказать, а не давиться, – выдал главный гад желчную реплику в мой адрес.

Я сжала под столом кулаки, но на моем лице не дрогнул ни один мускул.

– Сестры Ордена Магнолии говорили нам, что нет ничего прекраснее в женской доле, чем наблюдать за тем, как ест мужчина. Думаю, сегодня мне выпала великая честь.

– Тогда вам должны были сказать, что мужчина в этой истории должен был приходиться мужем той женщине.

– Вы так считаете? – позволила себе лукавую усмешку и тут же покорно опустила взгляд на скатерть. – В той истории мужчина был отцом. Поэтому если позволите, то, на мой взгляд, решающим фактором являются чувства, испытываемые женщиной к мужчине. Видеть, как люди, занимающие не последнюю ступеньку в жизни женщины, расслаблены и благодушны, разве не это высшая награда?

Жаль, мне было не видно лица лорда Лерая, но я готова поклясться, его задели мои слова.

– Браво, леди Инари! – восторженно произнес Маршал. – Вы совершенно правы. И лучшего комплимента вы не могли сделать.

– Стоит ли воспринимать речь воспитанницы Ордена Магнолии искренней? – ехидно поинтересовался третий покровитель. – Каждая из них скажет и сделает все, лишь бы стать предметом внимания высокородного.

Лорд Анкорн поперхнулся.

– Вы ошибаетесь. – Я смело посмотрела на главного гада. – Мы не только будем покорны и обходительны, но и не станем желать ничего из того, что не понравится лицу, который станет нашим покровителем. Будь он высокородным или нет. Орден Магнолии – это прежде всего пансионат покорных девушек, рожденных вне брака.

Тишина, повисшая в комнате, стала звенящей. Лорд Анкорн с силой сжал ложку, Маршал опустил плечи, а главный любитель искренности и правды откинулся на стуле.

– Если само наше рождение было ошибкой, – вглядываясь в маску лорда Лерая, продолжила я, – а люди, давшие нам жизнь, приняли решение оплачивать наше содержание в этих стенах, где дается великолепное образование, пожелали нам именно такой доли, с какой стати мы должны противиться этому? Разве ваших сестер не выдают замуж за выгодных претендентов? А может, вам предлагается жениться на той, которая полюбилась сердцу, но не имеет ни знатного происхождения, ни достойного приданого?