История Бледной Моли - Настя Любимка

Женщина покачнулась, будто получила пощечину. Ее лицо побледнело, а губы задрожали. Удар пришелся в самое сердце. Ядовитые слова, пропитанные злобой, ранили не хуже ножа.

– Мама… – Принц сделал шаг к леди Амире.

Он уже жалел о том, что сказал. Однако повернуть время вспять не мог.

– Ты сам выбрал этот путь, сынок, – прошептала наложница императора. – И теперь не жди пощады.

– Мама?

– Запомни, Алерайо, ты не получишь желаемого, – сжав кулаки, произнесла леди Амира. – Пока я жива, этого не произойдет!

И толкнула принца в открывшуюся за секунду до этого черную воронку.

Когда сын скрылся с глаз, женщина устало опустилась на диван, по ее щекам струились слезы. Где же она оступилась? Куда делся тот ласковый и мудрый не по годам мальчик? Ее единственная радость в этом мире…

Будущий император! Еще один мужчина, желающий всевластия и полного контроля. Очередной захватчик. Вот кем стремится стать ее сын.

– Амира, ты здесь? – Голос императора раздался следом за звуком открываемой двери.

Она подняла голову и мутными от слез глазами посмотрела на своего господина и некогда любимого мужчину. Настолько красивого, насколько же и опасного. Ее проклятие и наваждение. Беда, от которой не скрыться. Боль, повторяющаяся день за днем. Арон Бесстрашный – человек, которому не суждено измениться. Сколько народов он подчинил собственной воле? И сколько лет держит их в рабстве? Да и сама Амира – его рабыня.

Как же ей сейчас не хватало Лилит с ее зельями! Сдерживать нрав Арона становится все труднее, а чары действуют все меньше времени. Не прошло и трех дней, а навязчивая идея сделать Амиру императрицей вновь вернулась в его голову.

Если это произойдет, все, что было достигнуто с таким трудом, моментально рухнет.

– Я звал тебя, Амира, – словно не замечая слез женщины, заявил император и сел рядом с леди, властной рукой притянув ее к себе. – Тебе не доложили?

Она знала, если ответит отрицательно, ответственных за это слуг казнят.

– Доложили, – смахивая рукой соленые капли, улыбнулась леди. – Я была занята.

– Занята? – переспросил он тихо, но шепот этот был полон скрытой угрозы.

Арон не терпел своеволия. Даже от любимой им женщины. В том, что он по-своему любил Амиру, не было сомнений. Но любовью больной и жалкой.

На секунду леди почудилось, что над ней вновь завис хлыст, как это было в первые месяцы ее пребывания во дворце Северной Ирмены. Строптивая принцесса Южного Креста никак не могла смириться с участью наложницы.

Время и боль показали обратное. С рождением сына пришло смирение. А вместе с ним решимость изменить существующий уклад и договоренность ее отца и императора-захватчика.

Практически неслышно выдохнув, женщина взяла руку Арона Бесстрашного и нежно погладила его ладонь. Затем, взглянув на него из-под ресниц, медленно наклонилась и поцеловала запястье мужчины. Его длинные сильные пальцы ухватили ее за подбородок, заставляя леди посмотреть в лицо императора. Пристальный, чуть затуманенный желанием взгляд Арона едва не заставил ее вздрогнуть, но Амира нашла в себе силы, чтобы улыбнуться и вновь коснуться губами его ладони.

Не говоря ни слова, император подхватил наложницу на руки и понес в спальню, где была расправлена огромная кровать, на прикроватном столике стояли бутылка вина и бокалы, а также фрукты, как будто леди готовилась к встрече с мужчиной.

– Ты… – выдохнул император, когда опустил ее на шелковые простыни, – ждала меня.

Брови, сдвинутые на переносице, мгновенно разгладились. Он потянулся к губам леди, впиваясь в них с неистовством и жадностью…

Когда император покинул спальню, леди Амира налила красного вина. Залпом осушив его, мутным взглядом обвела комнату. На полу валялись клочья одежды, сорванной с нее императором в порыве всепоглощающей страсти. Плеснув себе еще хмельного напитка, женщина взяла бокал, встала с постели и подошла к зеркалу, чтобы взглянуть на себя.

Как это и случалось всегда, ее шея, грудь, живот и бедра хранили следы от пальцев Арона. Усмехнувшись отражению, наложница отсалютовала себе бокалом и пригубила вино, не став допивать до дна. Она давно перестала плакать из-за синяков. Император был жестким не только со своими подданными. Ей было прекрасно известно, что и прежде, до нее, женщины сталкивались с «силой его любви».

Однако после появления принцессы Южного Креста во дворце императора и ее покорности Арон Бесстрашный перестал делить постель с другими фаворитками.

На миг прикрыв глаза, леди вспомнила замок своего отца и себя, радостную птичку, плавившуюся под взглядами придворных. Какой наивной она была, глупой и доверчивой! Всеобщая любимица, послушная воле отца, юная и гордая принцесса Южного Креста. Сколько претендентов было на ее руку и сердце, сколько восторженных комплиментов, так часто круживших голову.

Разве могла она подумать, что отец отдаст единственную дочь в наложницы? Даже в самом страшном кошмаре ей не могло привидеться подобного. Один день, перечеркнувший все ее планы на жизнь, убивший ее любовь и веру в мужчин. Кто виноват? Только она сама.

Качнув смоляными локонами, леди Амира позвонила в колокольчик. Дождавшись слуг, приказала убрать спальню и отправилась в ванную комнату.

После того как женщина привела себя в порядок и справилась у поверенного о нахождении императора, отослала всех прочь. Когда все вышли и оставили ее одну, подошла к огромному зеркалу и шагнула в него.

– Здравствуй, Инари, – глядя на девушку, которая, подогнув колени под себя, сидела в кресле и читала книгу, произнесла она и позвала подругу воспитанницы: – Виктория, подойдите сюда.

После этого леди обернулась к зеркалу, из которого вышла, и хлопнула в ладоши.

– Геллара, подготовь комнату, – приказала женщина невидимой директрисе. – И предупреди Серену.

Глава шестнадцатая

После нашего разговора с Викки прошло больше трех часов, нам принесли обед и успели убрать грязную посуду, при этом отказавшись оставить недопитый чай. Учитывая то, что леди Армонг так и не пришла, сидеть и отсчитывать минуты до ее прихода было бы глупо, поэтому я решила распорядиться личным временем иначе.

Поев, подруга ушла в свою спальню, а я нашла на одной из многочисленных полок шкафа несколько книг. Прочитав названия, остановилась на сборнике сказок и легенд. Бросив взгляд на тусклое напольное зеркало в тяжелой оправе, на которое почему-то раньше не обращала внимания, села в кресло и углубилась в чтение.

Какие-то истории не были для меня новинкой, их я перелистывала, а искала те сказки, которые еще не попадались мне на глаза. Так меня захватила история о девушке, которая притворялась мужчиной, чтобы спасти свою мать. И поэтому, когда у меня кольнуло в груди от плохого предчувствия, не придала этому значения, решив, что это из-за судьбы героини и последующего эпизода, описываемого в книге. Там как раз повествовалось о разоблачении. Однако раздавшийся женский голос заставил меня не только вздрогнуть, но и зажать ладонью рот.