История Бледной Моли - Настя Любимка

Чем запомнилось мне утро переезда? Болью и отчаянием. Горечью и печалью. Не было ни одной девушки, которая не лила бы слезы. Даже Виктория роняла соленые капли и украдкой их утирала. Мне было все равно. Внутри поселилась пустота. Я не хотела ничего вспоминать. Я хотела забыть.

Когда нас разместили по каретам, отвернулась к окну, не собираясь вступать в диалог ни с сестрой Геллой, ни с Викторией. Несомненно, директриса знала, что причинило мне страдания. Знала и покусывала губы, отводя взгляд.

Если первые мгновения подруга пыталась вызвать меня на разговор, то после моего молчания поняла, что это бесполезно.

Я ненавидела лорда Лерая с того самого момента, когда он изъявил желание стать моим покровителем. Он сильно отличался от первых двух, требуя преобразить меня по своему вкусу. Бесцеремонно передавал указания сестре Риа вместе с подарками, а я часами выслушивала ее оскорбления и восхваления в сторону лорда, который так заботится о моей внешности. А потом получала наказание. Голодовка? Было. Избиение пансионерками? Да. Потому что я отказывалась принимать дары. Отказывалась становиться той, которую пытался вылепить из меня третий покровитель. Наши редкие встречи, как же они отличались от тех, которые были в Красном Доме!

Всегда словом или жестом он указывал мне на то, что я всего лишь бастард. Человек низшего сорта. Тот, кто равен ничтожеству. Что поменялось сейчас? Ничего, он наконец получил то, чего хотел. Моя внешность кардинально изменилась. Думаю, он выбрал меня, видя, что я послушна во всем сестрам Ордена Магнолии и не перечу пансионеркам. Кукла. Он просто хотел куклу. И в то же время… его возмущали нападки девушек на меня. Странно это. Очень странно. Что-то еще должно быть. Что-то, что ускользает от меня из-за обиды и гнева.

Сонливость обрушилась внезапно. Будто бы мне вновь дали зелья. Всего секунду назад спать мне не хотелось, а сейчас я отчаянно зевала и пыталась устроиться поудобнее на лавке.

Помощь пришла с неожиданной стороны. Директриса Геллара согнала Викки, наказав той сесть рядом с ней. А затем откуда-то достала подушку и уложила меня на нее. Засыпая, я чувствовала, как с меня снимают сапожки и укрывают плащом. Мгновение, и я проваливаюсь в свой кошмар.

Вновь щемящее тревожное чувство в сердце. Я бегу под палящим солнцем и уже не радуюсь ароматам, доносившимся из булочной напротив. Не вглядываюсь в отражение витрины, любуясь новым платьем, подаренным мне красивой леди. Мне страшно. В ушах звенит чей-то голос. Я хочу помочь и в то же время я боюсь его.

– Девочка. – Страх окутывает новой волной, я трясу головой, пытаясь прогнать голос, но это не помогает.

Крепко зажмуриваюсь и бегу прочь.

– Тебе не скрыться, девочка.

«Не скрыться, не скрыться, не скрыться…» – эхом вторит мое сознание.

Я бегу, падаю, сбиваю в кровь коленки, поднимаюсь и вновь бегу. Меня подгоняет ужас, и в какой-то момент я останавливаюсь, понимая, что впереди – стена, а позади – тот, кто отчаянно кличет.

Сереющее небо окутывает тьма, кажется, вот-вот хлынет дождь. Вдалеке гремит гром, будет гроза… посреди солнечного дня! Я боюсь, но оборачиваюсь, чтобы увидеть лицо незнакомца.

– Инари! – зовет меня кто-то, однако я не желаю просыпаться. – Инари! Проснись, мы приехали.