Закон о чистоте крови. Слуги богини - Александра Черчень

— А я знаю, что дальше было, — хмыкнул Кеша и, откашлявшись, патетично произнес: — И уже после они встретились в цветущем весеннем больничном саду… Он — с костылями, а она — с забинтованной головой!

— Примерно так, — кивнула Гани.

После разговор как-то сам собой стих, потому что впереди показались массивные ворота Западного кладбища.

— А нас пустят? — тихо спросила я, нервно стискивая отвороты куртки.

— А почему нет? — подмигнул мне папа. — Мы мирно идем навестить свою почившую родню. Кстати, тоже очень мирную! В умертвия не превращались, призраками не становились. Идеальные покойники! Никакого беспокойства смотрителям кладбища!

Ага, а стало быть то, что мы, вполне живые, ночью топаем на кладбище навестить почившую родню, — это в порядке вещей. Притом топаем с рюкзаками и попугаем. Видать, первое — для застолья, а второе… для развлечения.

Мы миновали ограду и пошли по главной аллее погоста, с которой крайне не рекомендовалось сворачивать. За тонкой, невидимой пленкой магии бродили странные тени и летали привидения. Вернее, судя, например, во-о-он по той даме в старинных одеждах и джентльмену рядом с ней, призраки совершали променад! И никак иначе!

Мы дошли до фамильного склепа, и тут Гаррини меня снова удивила. Она деликатно постучала в каменную плиту, именуемую тут дверью, и только после этого нажала на рычаг, приводящий в действие систему "сим-сим откройся".

"Сим-сим" была одной из самых простых систем безопасности и обычно применялась как раз для изоляции склепов, складов и тому подобных пунктов… длительного хранения, скажем так. "Дверь", противно скрипнув, плавно отъехала в сторону, открывая темный провал, откуда тянуло холодом и запахом масел и тлена.

Гани застыла на краю спуска и несколько раз хлопнула в ладоши, от чего камень стен стал сначала едва заметно, а после все ярче искриться. И вот уже можно было разглядеть ступени. Нага, а следом за ней и отец, с едва слышным шелестом скользнули вниз. Я подивилась тому, как они ловко слетают по ступенькам, и направилась за ними.

Когда мы, наконец, оказались в просторном помещении, в нишах которого стояли красивые резные саркофаги, то я благоговейно замерла. Ровно до того момента, пока не услышала злой дребезжащий старушечий голос:

— Ты чем моего валета покрыл?

— Тузом крести, как и в прошлый раз! — возмутился ей не более молодой, но явно мужской.

— Туз крести ушел в отбой еще в начале игры!

Я повернулась и крадущимся шагом пошла вперед, потому что голоса доносились из-за угла… как раз где-то там должен быть жертвенный алтарь. Священное место, по сути. Именно там приносились кровавые дары как местным покойникам, так и богу мертвых Мору.

И вот именно там и резались в карты два призрака сомнительной наружности.

— Да у тебя маразм, старая!

— Шулер!

Оказавшаяся рядом Гаррини окинула эту картинку возмущенным взглядом и выдохнула:

— Что вы тут делаете?! Леди Мириам!

Призрак старушки, обвившей прозрачный хвост вокруг жертвенника, повернулся к Гани и улыбнулся:

— О, правнучка… Здравствуй, дорогая! А что ты тут делаешь?

— Я бы хотела узнать у вас то же самое! Что вы тут в таком виде делаете?! И как… Я только сказала дочери, что наши покойники — самые достойные личности на местном кладбище! А вы?!

— А мы в преферанс играем-с, — хихикнул дедок рядом с бабушкой и резво растаял в воздухе.

— Ну вот, — проводила его грустным взглядом леди Мириам. — Мужчины… Как сложная ситуация, так они бросают даже штаны — и в окно!

Она с профессиональным мастерством перетасовала карты. Карты, кстати, тоже были призрачные. Очень интересно! Раньше привидения заставали потомков за нелицеприятными занятиями, а теперь потомки — их! Круговорот виноватых в природе!

— А по поводу спокойствия… ну так я никуда не выхожу! — возмутилась дама. — Так, с соседом временами в карты играем, на интерес.

Я подавила желание спросить, на какой именно интерес могут играть призраки.

— Кстати, внученька… — покосился на Гаррини призрак. — А я вас не пущу… мне тут скучно одной!

— Гани, так где вход? — напомнил о причине нашего визита папа.

— Под саркофагом леди Мириам, — вздохнула мамочка, выразительно покосившись на вышеупомянутую. — Но… есть проблема.

Что-то мне подсказывает, что она аукнется нам нервами.

— Какая? — загробным голосом спросил Нурикеш, который, видать, разделял мои эмоции.

— При бодрствующем хранителе, которым мой дедушка сделал свою мать, — кивок на Мириам, — открыть нам дорогу может только она.

— Вот же ж… — почти прорычал попугай, со злостью глядя на кудрявую нагу. — А сходить пораньше и все узнать не судьба было?!

— Потому что еще день назад все было тихо и мирно!

— Я была на свидании, — томно пояснила нам леди Мириам.

Тем временем Кеша решил вспомнить о манерах.

— О, прекрасная леди… — вкрадчиво начал попугай, слетев с моего плеча на каменную плиту, на которой расположилась призрачная нага. — Сегодня чудесная ночь, и я благодарен судьбе за встречу с вами.

— Какой джентльмен, — одарила птичку заинтересованным взглядом Мириам. — И непростой такой…

— Очень непростой, — с намеком подтвердил Кешенька и продолжил: — Но что-то я отвлекся, о луноликая… Наверное, вам скучно в этой провинции? Разве тут отыщутся те, кто сможет по достоинству оценить ваши красоту, грацию и незаурядный ум? Нет, конечно!

— Тут вы правы, — загрустила леди. — Я уже всех местных в карты по десять раз обыграла. Вот только Тарраш остался, но и то, когда вы его вспугнули, он уже проигрывал. Скучно…

— А я могу попробовать добыть для вас местечко в столице, на Центральном кладбище, — вкрадчиво начал Айнир Нурикеш и взмахнул крылом, обводя им воображаемую панораму. — Вы только представьте вместо этих постылых стен совсем иное… Красивый ландшафт, памятники от лучших скульпторов, девы, скорбно уронившие лица в ладони… Красивый склеп из лучших сортов мрамора. И еще именитые соседи! Не забывайте, насколько грандиозные личности покоятся в том месте!

— О да… — блаженно закатила глаза пожилая женщина. — Кажется, незадолго до моей смерти скончался Даррон Гзор, и его похоронили именно там!

Я напрягла память, а когда вспомнила, с огромным удивлением уставилась на прабабушку Гаррини. Даррон Гзор был известным карточным шулером, и то, что его похоронили на Центральном, в свое время вызвало огромный резонанс в высших кругах аристократии.

— Так вы заинтересованы?

— Ну разумеется! — отозвалась Мириам и махнула рукой. — Проходите, смертнички. Но ты, красненький, должен выжить… Если обещал комфортное местечко на кладбище, так выполняй!