Ричард Длинные Руки - ландлорд - Гай Юлий Орловский

— Ладно, посторожите, сэр Светлый, а я вздремну. Перед рассветом разбудите, я сменю.

Я молча кивнул, пусть спит, будить не стану, я могу трое суток провести без сна благодаря дару одного из Валленштейнов. Он завернулся в плащ и лег близко к костру, но так, чтобы не смотреть в огонь. Я отошел чуть ъ сторону, нехорошо сидеть на виду, и хотя за нами вроде бы никто не гонится, но береженого Бог бережет.

Холодок пробирался под одежду, я все ежился, пока внезапно не сообразил, что это вовсе не от понижения температуры. Холод страха явственно сковывает мышцы. Я напрягся, заставил кровь быстрее струиться по жилам, адреналин плеснул ведрами, сердце грохочет в ушах, пальцы сомкнулись на рукояти меча...

...но я все равно пока еще никого не видел, не слышал, хотя все чувства кричат, что нечто опасное приближается ко мне. Тошнота ударила, как молот, я согнулся, но продолжал шарить во всех доступных диапазонах. И тут внезапно увидел, как сдвинулись листья на земле между деревьями шагах в двадцати... в пятнадцати... в десяти...

Отчаянно напрягая зрение, я ничего не увидел, даже смутного силуэта, прозрачного или полупрозрачного, сквозь приближающееся нечто вижу далекие деревья так же отчетливо, как и по сторонам...

Когда до меня оставалось пять шагов, я напрягся, просчитал до трех и, вскочив, изо всех сил ударил наискось, как если бы рубил закованного в латы человека от плеча и до пояса. Лезвие меча на миг ощутило сопротивление, словно я перерубил пару струн, я даже услышал тонкий звон на грани ультразвука.

— Я тебя вижу! — заорал я. — Так что не старайся...

Листья под неизвестным взлетели вихрем, я на всякий случай пригнулся, над головой просвистел ветер, я быстро ткнул мечом, снова ощутил сопротивление, но такое же мимолетное, тонко-тонко щелкнуло, я упал и перекатился в сторону, тут же вскочил и в отчаянии вперил глаза в тьму, что не тьма.

Раздался грозный рев, сэр Растер вскочил и, ошалело оглядываясь, обнажил клинок. Он раньше меня что-то увидел или почуял, прыгнул вперед и начал рубить мечом. Страшный удар швырнул его через костер, но уже я прыгнул к тому месту и точно так же начал наносить крестообразные удары. Звон стал чаще, затем я услышал тоскливый вой. Листья взлетели столбом, закружились, и нечто исчезло, я ощутил это всеми фибрами души.

Пару мгновений я стоял, прислушиваясь, затем перепрыгнул через остатки костра и склонился над сэром Растером. Лицо в крови, кольчуга на груди разодрана, глубокая рана обнажила, как мне кажется, сердце, если это сердце. Я поспешно наложил обе ладони, сосредоточился, выждал, а когда раны на груди рыцаря затянулись, торопливо вернулся к тому месту, где вроде бы упал... или куда исчез неведомый враг.

Пока я рассматривал следы, испуганный и встревоженный до крайности: как хорошо было раньше, когда от моего взора ничего не могло укрыться, а что это за неведомая магия...

Донесся стон, с той стороны костра поднялся сэр Растер. Он оглядывался ошалело, с недоумением щупал жутко порванную на груди кольчугу, стирал кровь и все не мог понять, оттуда ее столько натекло.

— Прозрачник... — произнес он тупо. — А мы... уцелели?

— Да, — ответил я.

— Тогда он еще вернется, — сказал он с глубокой убежденностью.

Мне не понравилась обреченность в его голосе, я сказал резко:

— Не думаю.

— Он всегда возвращается... Тьфу, он всегда разрывает жертву.

Я с обнаженным мечом потихоньку двинулся в ту сторону, где в последний раз ощущал Прозрачника. Ни следов, ни крови, хотя я его сильно ранил, слышно по его вскрику и вою, никаких примет, что он был здесь...

Сердце екнуло. Как не обратил внимание, среди опавших листьев, серых в темноте, много абсолютно черных. Эти черные листья выложены странным узором, как будто некто двуногий прошел по листве в запыленных сажей сапогах...

Сзади послышались шаги и тяжелое дыхание. Голос сэра Растера прозвучал с тревогой и подозрительностью:

— Неужели следы?

— Да.

— Где, не вижу...

— Это и неудивительно, — проворчал я.

Он засопел и пошел молча, лезвие его длинного меча я видел то справа, то слева от себя. Расстояние между следами становилось все короче, а каждая ступня как будто сильнее погружалась в землю, вдавливая уже и листья.

Я увидел тело первым, но молчал, подходя с осторожностью, а сэр Растер вскрикнул за моей спиной:

— Это... он?

Между двумя деревьями, почти зависнув, белеет крупное тело, похожее на белорыбицу размером с быка. Оно так и не стало белым, я видел сквозь него листья и сучья на земле, но и полупрозрачности достаточно, чтобы сэр Растер охнул, едва не выронил меч.

— Господи, сэр Светлый... Это в самом деле Прозрачник!..

Я внимательно рассматривал тело.

—Огр?

— Похож, — согласился сэр Растер с трепетом в голосе. — Но не простой... Не знал, что среди огров могут быть колдуны...

— Да не колдун, — возразил я. — Мутант. В смысле, урод, ублюдок, байстрюк, бастард...

— Сэр, — сказал сэр Растер, голос его сразу изменился, — не надо так о бастардах. Среди них бывают и очень приличные люди.

— Прошу меня извинить, сэр Растер, — сказал я поспешно, — никак не хотел задеть вашу чувствительную, нежную душу. Я только хотел сказать, что колдовство здесь ни при чем. Бывает, что рождаются телята с двумя головами, так и этот огр родился среди обычных огров... вот таким интеллигентом. А изгнали его или сам ушел, уже не важно.