Человек отовсюду - Александр Громов

Так, может, как раз поэтому на Китигае нехватка дешевой рабочей силы?

Нет, вздор. Проще увеличить лимит, и все останутся довольны. Все-таки рабство – одиозная архаика, к чему городить ее без крайней необходимости, рискуя навлечь на планету гнев всего человечества?

Или все-таки есть необходимость?

Я понял, что еще очень мало знаю о планете, и принялся наверстывать. Наутро заказал в номер две большие чашки крепчайшего кофе и продолжил самообразование. Вилли не показывался, а я в свою очередь решил не соваться к нему с вопросами. Задание получено, материалы предоставлены, чего ж еще? Работай.

Стать шизофреником от злоупотребления менторедуктором я не боялся. Если это не случилось со мной еще в студенческие годы, значит, голова у меня крепкая.

Фирма «Норихиро» занималась биотехнологиями, и Серафим Петров был занят на участке биосхем в качестве ведущего инженера-технолога. Уже само слово «биосхема» дало мне общее понятие о техническом уровне планеты. На Земле только в музее можно встретить эти штуковины – коробочки размером с детский ноготок, набитые искусственно выращенными живыми нейронами с кучей электрических выводов и двумя капиллярными трубочками для питания какими-то растворами. Когда-то в метрополии широко использовали биосхемы и даже пытались создать на их базе искусственный биоинтеллект – не банальный электронный, а именно рукотворный живой. Это было похлеще, чем мастерить автомобиль из кареты, а телефонную трубку из рупора. В конце концов в метрополии научились создавать полноценных андроидов с заданными свойствами, супермозги оставили электронными и о биосхемах забыли. Правильно сделали. Почему же китигайцы выбрали тупиковый путь?

Ответ я нашел очень быстро. Важны не биосхемы сами по себе – важны технологии. Надо объяснять, почему без парового двигателя были бы невозможны самолеты, или и так понятно? Просто-напросто поступательное развитие. Из одного технического прорыва вытекает другой, а чаще даже десяток других, из них – сотня следующих. И хочется иной раз перепрыгнуть через ступеньку, да обычно из этого не выходит ни черта хорошего.

До позднего вечера я давал голове нагрузку. Потом поужинал, спустился на пляж, немного поплавал и, вернувшись в номер, уснул. Мне снились японские пруды, в которых вместо рыб плавали биосхемы, побулькивая капиллярными трубочками.

Наутро я почувствовал себя созревшим для умозаключений. Итак: уровень развития колонии мне ясен. Политическая система – ясна. Демография, движение трудовых ресурсов, менталитет населения – ясны. Об экономике планеты я мог бы написать длиннющий реферат. Что неясно?

Самая малость: почему Серафим Петров – раб? И зачем вообще Китигаю рабы?

Может, этот Серафим Петров – андроид?

Нет. Андроиды по закону не считаются людьми. Если бы Петров был андроидом высокого класса, способным решать инженерные задачи, то он проходил бы по категории ценного оборудования, а ведь никому не придет в голову назвать рабом пылесос или холодильник. Андроид Петров не заинтересовал бы Вилли. Эрго: Петров – человек.

Не андроид. Не заключенный. И тем не менее раб. При вполне демократических законах.

Более чем странно.

Быть может, он жертва манипуляций с личностью?

Я ухватился за эту идею как наиболее разумную. Предположим, Петров – ценный специалист, вознамерившийся перейти на службу в конкурирующую фирму «Миякадзе», а то и вообще эмигрировать. Чтобы этого не случилось, его зомбируют, и он продолжает приносить компании пользу, оставаясь в радостном неведении относительно своего рабства. Диоген Синопский и в рабстве считал себя свободным. Петрову еще лучше: он вообще не знает, что он раб. Собственно, побудительные мотивы у тех, кто поработал над его личностью, могли быть иными, скажем, здесь приложили руку спецслужбы, не желающие, чтобы Петров разгласил некие тайны, но в целом это уже не столь важно. Главное – у меня есть гипотеза. Годится она на то, чтобы стать рабочей? А почему нет? Годится.

Теперь мне оставалось решить чисто техническую задачу: как вытащить Петрова с Китигая. Я повеселел, заказал в номер легкий обед и принялся решать ее неторопливо и со вкусом.

– Итак, это операция по похищению человека, – докладывал я Вилли вечером. – На содействие со стороны клиента рассчитывать не приходится – ему ведь невдомек, кто он такой на самом деле. Словам он не поверит. Я бы не поверил. Следовательно, мне придется выманить Петрова под каким-нибудь благовидным предлогом в такое место, где я мог бы применить к нему направленное гипновнушение, после чего…

– Никаких технических средств, – оборвал меня Вилли. – Запрещаю.

– На то есть причина? – осведомился я, выдержав небольшую паузу.

– Да.

– Могу я ее знать?

– Тебе не нужно. Это долго объяснять, и это не имеет отношения к делу. Просто запомни: никаких технических средств. Никаких биошунтов. Ты можешь использовать только то, что найдешь на планете.

– Причем должен сработать в одиночку? – догадался я.

– Точно. Продолжай.

Легко сказать! Но я продолжил:

– Я проникаю на Китигай под видом новопоселенца. Ищу работу, я ведь инженер. Если меня берут в компанию «Норихиро», я свожу знакомство с Петровым, не вызывая подозрений…

– Не уложишься в срок, – снова прервал меня Вилли. – Новопоселенцев там выдерживают в карантине по месяцу и более. Это же голытьба из беднейших земных регионов, из клоак. Очень китигайцам нужно, чтобы кто-нибудь занес к ним чуму!

– Я полагаю, у меня будут соответствующие документы… – начал я.

– Они не помогут, коль скоро ты контактировал с другими новопоселенцами. Застрянешь в карантине, и мне придется использовать другого агента, а вернее всего – потерять Петрова. Продолжай.

Как видно, ему хотелось, чтобы я начал импровизировать, а он меня мордой – в… это самое. Что ж, его право. На карантине-то он меня поймал, карантина я не учел. Глупейшая ошибка. Однако существуют же способы избежать карантинной отсидки! Во-первых, официальные делегации и всякие комиссии из министерства по делам колоний. Попросить Вилли, чтобы меня включили в состав одной из делегаций?

Ни в коем случае. Вилли уже предложил бы этот путь, будь он возможен, а раз не предложил, то о нем придется забыть. Никто не должен быть скомпрометирован в случае моего провала, так что мне придется действовать на свой страх и риск. Что остается?

– Я отправлюсь на Китигай как турист, – сказал я. – Легенда: состоятельный землянин, предприниматель или крупный менеджер, нуждается в лечении от нервного переутомления и предпринимает вояж по совету врача. Ни о какой работе в компании «Норихиро» речи быть не может, следовательно, мне придется использовать часы, которые Петров проводит вне службы. С помощью любителей заработать из числа местной шпаны и некоторой денежной суммы я инсценирую нападение на Петрова, сам же выступлю его спасителем. Думаю, мне удастся запугать клиента до такой степени, что он перестанет соображать логически и во всем положится на меня. Дальше – дело техники.