Немного ненависти - Джо Аберкромби

– Мой папа всегда говорил, что секрет в том, чтобы крепче держать меч.

– Ха! Ну да, и это тоже. Если ты не будешь держать меч, он просто вывалится у тебя из руки.

Парни снова уставились на него пустыми глазами. И Клевер снова вздохнул.

– Давайте еще разок, ребятки. И на этот раз старайтесь выбирать момент для удара.

«Клац-клац» – стучали друг о друга палки. «Тук-тук» – долбил дятел на дереве где-то позади. В кустарнике хрустнула веточка, и Клевер незаметно вытащил нож из чехла на спине и спрятал его за предплечьем.

Еще один шаг – и Клевер, не оглядываясь, протянул руку и наклонил корзину с яблоками в сторону новоприбывшего.

– Яблочко? – предложил он.

За его спиной стоял Черный Кальдер, потирая небольшой шрам на подбородке и глядя в сторону двоих мальчиков – те снова хлестали друг друга палками как попало, даже не думая выбирать какой-то там момент.

– Не нужно, – буркнул он.

– Что, вождь, трудный день выдался?

– Побудь на моем месте, у тебя все дни будут такие.

Клевер снова перевел взгляд на демонстрацию того, как не следует использовать меч. Его нож уже снова лежал в своем чехле. Он удовлетворенно сложил ладони на животе.

– Должно быть, поэтому я предпочитаю свое место.

– Ха! – Кальдер пожевал губами (немного желчно, по мнению Клевера) и проговорил голосом, едким от сарказма: – Можешь не вставать.

– Я и не собирался.

Кальдер снова пожевал губами с еще более кислым видом. Он вообще был что-то кисловат в последнее время, учитывая, сколько дала ему судьба – или, по крайней мере, сколько он сумел у нее урвать. Когда-то у него было неплохое чувство юмора, но чем больше человек получает, тем мрачнее он обычно становится, а Черный Кальдер нынче владел почитай что всем Севером. Пускай королевскую цепь носил его брат Скейл, все знали, что решения за короля принимает Кальдер Черный.

– Я имел в виду, что ты должен встать.

– А! Ну ладно.

Клевер не торопился. Он считал делом принципа тратить на все, что он делает, столько времени, сколько ему будет позволено. Выпрямившись, он размял затекшие ноги, стряхнул с задницы грязь и сухие еловые иголки, потом похлопал ладонями друг о друга, очищая и их тоже.

– Ну вот, – наконец сказал он. – Я встал.

– Пусть звонят все колокола! – иронично отозвался Кальдер. – Явился Йонас Клевер!

Оглядевшись вокруг, Клевер с немалым потрясением обнаружил, что кто-то подобрался к нему сзади и стоял там, опираясь о дерево. Черноволосый парень лет двенадцати или тринадцати, с рассеченной верхней губой и внимательными глазами. Он осмотрел Клевера сверху донизу, но ничего не сказал.

– Прежде известный как Крутое Поле, – прибавил Кальдер, заставив Клевера досадливо поскрести в затылке. – Может быть, ты о нем слышал?

– Нет, – отозвался парень. Он смотрел на двоих сражающихся мальчиков, сощурив свои бледные глаза. – А это кто такие?

Ребята уже просто боролись, пыхтя и пошатываясь, их палки бесцельно торчали в небо.

– Это… – Клеверу хотелось бы вообще отречься от какого-либо знакомства с ними, но он сомневался, что это сойдет ему с рук. – Это мои ученики.

Парень еще некоторое время понаблюдал за ними, затем торжественно вынес свое суждение:

– Они никуда не годятся.

– Метко подмечено! Они полное дерьмо. Но именно так можно понять, что я действительно великий учитель. С одаренными любой дурак получит результаты.

Парень подумал.

– И где их результаты?

– Тебе придется поверить, что они будут. Терпение – самое грозное оружие воина. Это говорю тебе я, а мне довелось побывать в нескольких переделках.

– И выйти победителем?

Клевер фыркнул.

– Ох, Кальдер, мне нравится этот парень! Итак, ты пришел сюда только для того, чтобы вывалять в грязи мою с трудом заслуженную репутацию?

– Не только, – ответил Кальдер. – Мне нужна твоя помощь.

– Подумываешь взять несколько уроков фехтования?

– На мой вкус, лучше, когда мечами размахивают другие.

– Тогда в чем же дело?

Кальдер вздохнул.

– Мой сын, – проворчал он с несчастным видом.

– Большой Волк? Наш потенциальный король? Стур Сумрак, несравненный воитель? Мне казалось, он умеет владеть мечом.

– Умеет. Даже слишком хорошо, я бы сказал. Он становится немного… неуправляемым. Спалил Уфрис, чертов идиот! Столько лет я строил планы, как возьму этот город, и не успел я его заполучить, как он устраивает там пожар!

– Обычное дело. Стоит назвать заварушку войной, как люди тут же теряют голову.

– Мой отец говорил: поверни троих северян лицом в одну сторону, и они примутся убивать друг друга еще до того, как ты успеешь дать сигнал к атаке. У меня под рукой Греган Пустоголовый и его ребята из Западных Долин, которые еще не поняли, хотят они присоединиться к Ищейке или сражаться против него. Как я могу заставить их слушаться, когда этого не делает моя собственная плоть и кровь? Если бы Стур не был моим сыном, я был бы вынужден сказать, что этот парень гребаный идиот!

– Но поскольку он твой сын, то…

Кальдер не слушал.

– Его не волнует ничего, кроме собственной славы. Своей легенды. Но чего стоит гребаное имя на рынке?.. Воины! – Он выплюнул это слово так, словно оно горчило на языке. – Клянусь, чем больше они побеждают, тем хуже становятся!

– Поражение полезно для укрепления духа. – Клевер аккуратно поскреб свой шрам ногтем мизинца, который отращивал специально для этой цели. – Как я узнал на собственной шкуре.

– Этот дурень считает себя непобедимым. Его имя притягивает к себе идиотов, они слетаются к нему, как мухи на говно, и дают идиотские советы. Я послал к нему Чудесницу в качестве второго, чтобы она попыталась научить Большого Волка хоть какой-то осторожности.

– Хороший выбор. Хорошая женщина. Хорошая идея.

– Так Стур довел ее до того, что она волосы на себе готова рвать от отчаяния!

Клевер нахмурился.

– С каких это пор у Чудесницы появились волосы?

– Просто фигура речи.

– А-а.

– Короче, я хочу, чтобы ты ей помог. Наставил Стура на путь истинный.

– Думаешь, я знаю, где он, этот истинный путь?

– Гораздо лучше, чем этот хренов идиот, мой сынок. По крайней мере, ты, может быть, пару раз сумеешь столкнуть его с ложного.

Клевер поскреб в бороде, поглядел на мальчиков, барахтающихся на лужайке, на парнишку Кальдера, который наблюдал за ними, неодобрительно качая головой. Медленно вдохнул. Медленно выдохнул.