Шаг в Безмолвие - Мария Роше

Звание мельи не позволяло девушке выказывать недовольство поведением старших жриц, но Герика желала получить объяснение происходящему, поэтому все же постучала для приличия и, не дожидаясь приглашения, вошла. Еще больше ее удивило то, что Верховная встретила девушку совершенно спокойно, даже не попытавшись куда-нибудь спрятать злополучную бутыль.

– А, это ты, – проговорила она и слегка нахмурилась. – Как же ты подвела меня, Герика! Нужно было немедленно сообщить мне о приезде царевны. Глупое дитя… – Мелья так и не поняла, к кому из них с Солан это относится. – Надеюсь, впредь подобное не повторится, иначе я буду вынуждена наказать тебя и отложить твое Посвящение.

Девушка покаянно склонила голову, а потом протянула Сефире дощечку.

– Простить тебя? Я прощаю, – кивнула атемис, прочитав написанное. – А проститься с Солан, увы, не получится: я отправила ее домой, в Кадокию, через подземный путь и дала лучших сопровождающих.

Герика застыла на месте с открытым ртом. Великая Тривия… что?!!

– Мне пришлось. – Сефира вздохнула и сделала еще глоток из бутыли. – Девочке грозила опасность. Но теперь уже все хорошо.

Герика выхватила дощечку из ее расслабленных рук и принялась яростно выцарапывать буквы. О, боги, если бы только она могла говорить!

– Какая опасность? – Атемис усмехнулась. – Танарийский царь не заслуживает нашего доверия. Тот здоровенный воин, ходивший за ним по пятам, – северянин! Можешь себе представить? Варвар, дикарь, способный лишь убивать и насиловать, не знающий, что такое честь, совесть и жалость. И он не один: Искандер привел сюда целый отряд. Как я могла отпустить с ними царевну?

Мелья смотрела на нее широко раскрытыми, неверящими глазами.

– Спроси у Дегины. – Сефира глотнула еще вина и встряхнула почти опустевшую бутыль. – Непосвященная призналась, что пыталась быть ласковой с тем северянином, а он походя взял ее прямо в саду, заткнул ей рот, чтобы она не кричала, а потом… просто ушел, оставив ее в одиночестве оплакивать потерянную невинность.

Герика нервно сглотнула.

«Скоро царь узнает об обмане», – написала она, чувствуя, как стило вздрагивает в руке.

– Узнает. – Сефира с легкой улыбкой посмотрела на девушку. – Но ворота храма уже будут закрыты, лучницы и копейщицы займут свои позиции, а Солан тем временем переправят на берег Кадокии. И, как бы царь ни был разгневан, он не посмеет вступить на чужую землю или разрушить храм, иначе его настигнет проклятие Тривии и остальные государи объявят ему войну. Искандер, хоть и безумец, но не дурак. Уж поверь мне.

Герика медленно кивнула, забрала свою дощечку и оставила Верховную наедине с недопитым вином. Дурное предчувствие по-прежнему не покидало мелью – наоборот, только усилилось. Она постояла в нерешительности, а потом направилась к покоям, где остановился царь. Но там было пусто. С тревожно бьющимся сердцем Герика подошла к еще не закрытым воротам.

– Царь и его спутники недавно уехали, госпожа, – сообщила ей стоявшая на страже жрица. – Нет, они никого не ждали и очень быстро умчались. Я не знаю, куда.

Герика почувствовала, как у нее холодеют ладони и вдоль спины пробегает дрожь. Но ощущение близкой беды, грозящей Солан, заставило мелью забыть о страхе: ни мгновения больше не раздумывая, она бросилась в святилище, спустилась по лестнице в подземелье и побежала в темноте по сырому, прохладному каменному коридору. Пару раз девушка споткнулась и упала, ободрала колени и руки, но даже не почувствовала боли, движимая только одним желанием: застать царевну на берегу, вернуть ее под защиту храма… Она бежала и молила Богиню лишь о том, чтобы не опоздать, и, когда быстрые ноги вынесли ее из тайного хода на пологий песчаный спуск к реке, Герика поняла, что успела.

Но совсем не так, как хотелось ей.

На берегу солнца уже давно не было, и от воды тянуло вечерней прохладой. Одна из жриц, бегло оглядевшись, нырнула в заросли высокой травы и вскоре вернулась, волоча за собой небольшую лодку.

– Тащи вторую, быстро! – велела ей старшая из воительниц, темнокожая Зелия. – Тайлин с царевной сядут в первую, отплывут, а потом…

– Второй лодки нет, – растерянно пожала плечами жрица. – И весла тоже нет, я все обыскала.

Зелия недовольно хмыкнула и пошла проверять сама. Лодка действительно исчезла, зато остались следы на траве и песке у самой воды. Изучив их, старшая жрица нахмурилась.

– На ней уплыли совсем недавно, – сказала она. – Женщина, судя по размеру следов. А судя по тому, что исчезли оба весла, женщин могло быть несколько.

– Они торопились, если гребли двумя веслами сразу, – заметила Тайлин. – Не страшно, Зелия, мы можем грести твоей пелтой.

– Мой щит не предназначен для гребли, – грубо оборвала ее старшая. – Бросайте оружие и вещи в лодку: посадим туда царевну, а сами поплывем и будем толкать.

Воительницы немедленно выполнили приказ. Тайлин протянула руку Солан, чтобы помочь девушке забраться в качающуюся на волнах лодку… и тут внезапно они услышали топот множества копыт. Справа и слева из-за холма к ним приближались всадники.

– Искандер, будь он проклят! – прошипела сквозь зубы Зелия. Она метнулась было к лодке за своим луком, но тут же несколько стрел по самые перья вонзились в землю возле ее ног и заставили женщину застыть на месте. Тайлин очень осторожно придвинулась ближе к царевне и заслонила ее собой.

– Быть может, она успеет отплыть? Оттолкнем посильнее, а течение подхватит, – прошептала одна из жриц. Но Зелия качнула головой:

– Танарийцы и северяне тоже умеют плавать.

Солан робко выглянула из-за плеча Тайлин. Царь Искандер, суровый и мрачный, ехал на гнедом впереди своего отряда; другой отряд возглавлял тот самый северянин, на губах которого играла насмешливая ухмылка. Следовавшие за ним воины, все как один, были рослые, беловолосые, голубоглазые, и девушка насчитала их около двадцати. Сефира была права: танарийский государь привел на священную южную землю варваров с севера.

Подъехав ближе, Искандер бросил поводья, спрыгнул на песок и оглядел замерших у кромки воды женщин. Предводитель северян тоже спешился и, недовольно поморщившись, стащил с головы явно надоевший ему платок. Густая грива золотистых волос упала ему на плечи.

Именно тогда из подземного хода на берег и выскочила запыхавшаяся от быстрого бега и почти безоружная Герика.