Михаил, Меч Господа. Книга 2. Подземный город Содома - Гай Юлий Орловский

Через полчаса езды по залитой все еще непривычно ярким светом фонарей и витрин улице он припарковал автомобиль во дворе квартала с довольно старыми домами, высокими, девять-двенадцать этажей, римские патриции жили бы и радовались, а здесь пускают под снос, чего Михаил понять не мог, жить еще как шикарно можно! То ли с жиру бесятся, то ли такой ритуал языческий, непонятный привыкшим к строгости и аскетизму…

Машину Азазель разместил так, чтобы в щель между домами было видно отдельно стоящее невысокое массивное здание с толстыми стенами и металлическими решетками на окнах. Вокруг небольшой двор, обнесенный непривычно высокой стеной, по верху еще и металлические столбики с туго натянутой колючей проволокой, на крыше здания четыре мощных прожектора, что высвечивают во дворе каждую песчинку, а проволока по верху каменного забора выглядит раскаленной добела.

– Вон там, в левом углу, – сказал Азазель тихо, – да не на палец смотри, а куда указываю!.. камеры особо опасных. Сама по себе тюрьма не для самых-самых, но в каждой есть градации.

Михаил буркнул:

– Я все не верил, что собираешься спасать преступника. Мы же на стороне закона?

– На стороне справедливости, – уточнил Азазель. – А она не всегда совпадает со статьями Уголовного кодекса. Хотя обычно и в целом совпадает.

Михаил спросил с отвращением:

– И что… он не может сбежать? И ты считаешь его сильным?

Азазель посмотрел несколько свысока:

– Еще не уяснил?.. Он в состоянии разнести всю тюрьму. У вас даже хрюкнуть бы не успели, как быстро он все мог бы сделать! Он демон, всплеска не будет. К сожалению, люди увидят, начнут задавать вопросы, а это недопустимо в нашей сложной международной обстановке в текущий непонятный момент.

Михаил пробормотал:

– Ладно-ладно. Хочешь обставить так, будто бежал простой заключенный?

– Сообразил, – сказал Азазель, и непонятно было, похвалил или съязвил в своей привычной манере. – Ладно, жди здесь, вот тебе еще две обоймы… Это на случай погони. Но я вообще-то интеллигент, привык все решать за столом деловых переговоров.

– Видел твои переговоры, – ответил Михаил. – Весь пол в гильзах, а по ступенькам водопады из крови. Может, вместе?

– Ты не сможешь без всплеска, – сказал Азазель. – Переселяйся в тело демона, будут новые возможности. Почти как повышение по службе в ранг топ-менеджеров!

Михаил поморщился:

– Помолчал бы с дурацкими шуточками. Не опасно лезть в особо охраняемую тюрьму?

Азазель посмотрел с высочайшим пренебрежением:

– Как это не опасно?.. Зачем тогда жить?.. Если не опасно, сделаем опасно! Вообще жить нужно опасно, дерзко и романтично. Люблю, когда опасность близка, все вокруг опасничают, а ты сидишь в стороне и лузгаешь попкорн.

Он подмигнул, вылез из автомобиля и скользнул в темноту так, что Михаил, как ни всматривался, узреть не мог, но почти сразу увидел троих, тоже направляющихся в сторону тюремного здания, все в темной одежде, лица замотаны платками, так воюют на фронтах войны солдаты частных армий, а в городах морды прячут только грабители, двое с пистолетами, у одного в руках короткоствольный автомат.

Он сжался, когда все трое ринулись в ту же сторону, что и Азазель. Резко и неприятно хлопнули первые пистолетные выстрелы. В тревоге, вдруг да Азазелю всадят в спину несколько пуль, он высунул руку через окно, грабители как раз пересекли узкую полоску света от уличного фонаря, и выстрелил дважды в их сторону.

Один из грабителей пошатнулся и оперся плечом о стену, второго с автоматом в руках тряхнуло, однако он успел, падая лицом вниз, выпустить длинную очередь, а затем рухнул на свой же автомат.

Михаил прислушивался, но больше выстрелов нет, зато из темноты вынырнул запыхавшийся Азазель, злой, как кобра, которой наступили на хвост тяжелым грязным сапогом, прошипел зло:

– Зачем поднял стрельбу?.. Я бы их без всякого шума.

– Кто это был?

Он огрызнулся:

– Да какая разница? То ли ларек собрались грабануть, то ли в тюрьму хотели пробраться и сесть по своей воле, чтоб избавить суд от долгих заседаний. Ты вроде бы выдал себя всплеском? Тогда круг замкнут, тебе не уйти. Лучше в самом деле сменить тело! Вон там пуля из автомата того идиота достала случайного парня… Повезло же дураку с ночными покатушками…

Михаил повернул голову, рассматривая распластанное тело молодого спортивного парня в луже крови. Рядом с убитым лежит на боку велосипед, колеса еще вращаются.

Азазель видел на лице Михаила колебание, но вдруг тот вздрогнул, даже вроде бы чуть побледнел, чего с ним вроде бы не случалось раньше:

– А как же… Синильда?

– Что с нею? – спросил быстро Азазель. – Она тут каким боком?

– Она знает меня в этом теле, – ответил Михаил глухим голосом.

– И что? – огрызнулся Азазель. – Михаил, не дури.

– Это не дурь…

Азазель прошипел:

– Таких женщин здесь… не скажу, что на рупь кучка, она в самом деле элитная, но в Москве этих элиток сотни. Давай, прыгай в того велосипедиста, он такой же правильный и спортивный, как и ты. И быстро уходим!

Михаил все еще колебался, наконец обратил печальный взгляд на Азазеля:

– Она знает меня в этом теле. И в другом не примет…

– А ты и не показывайся, – объяснил Азазель, как идиоту. – У тебя важное задание, а ты, как Стенька Разин… Но Стенька Разин опомнился под напором народной демократии, так вот я это народное мнение! Как в тот раз насчет набежавшей волны подсказал, так и сейчас!

Вдали за домами послышались полицейские сирены, Михаил вздохнул, вслед за Азазелем с неохотой подбежал к распростертому в собственной крови велосипедисту. Молодой красивый парень, в ушах блестят пластиковые наушники, от них два провода к плееру на поясе, на руке фитнес-браслет, где все еще сменяются цифры, показывая затухающую жизнь.

– Быстрее, – велел Азазель нервно, – милиция нагрянет, начнутся расспросы!.. В новом теле нужно успеть еще и смыться!

Михаил покачал головой:

– Не могу…

Азазель вскрикнул раздраженно:

– Как это не можешь?