The Show Must Go On. Жизнь, смерть и наследие Фредди Меркьюри - Лэнгторн Марк

В Мюнхене Фредди познакомился с двумя людьми, которые значительно повлияли на его жизнь. Первым человеком был реставратор Винни Кирхбергер – большой, крепкий немец со щетинистыми усами. «Винни был немного похож на танк», – вспоминает друг Фредди Тревор Кларк^[528], а Питер Стрейкер говорит о нем: «Винни был что надо. Он был очень радостным. Большим и радостным, потому они нравились друг другу»^[529].

Так же, как и с Биллом Ридом, отношения Фредди и Винни были бурными и непростыми. Ни один из них не был верен другому, и всем в окружении Фредди казалось, что это дело, похоже, может рвануть в любой момент. Но каким-то образом все само собой улаживалось – возможно, потому, что они были ограничены в общении. «Винни не знал ни слова по-английски, – объяснил Питер Фристоун. – А Фредди не знал ни слова по-немецки. А на языке жестов не так много можно объяснить. Винни обеспечивал Фредди хороший секс, а Фредди устраивал ему скандалы. Они жутко ссорились. Я думаю, весь Мюнхен знал про их ссоры»^[530].

Второй человек, с которым Фредди познакомился в Мюнхене, была пышная блондинка – австрийская актриса Барбара Валентин. Она родилась в Вене и была на шесть лет старше Фредди. Они познакомились в Мюнхене в гей-баре под названием New York. Валентин была достаточно известной фигурой в Германии, особенно в Мюнхене, где у нее было много поклонников среди геев благодаря ее частому сотрудничеству с известным немецким режиссером Райнером Вернером Фасбиндером. Ее часто звали «немецкой Джейн Мэнсфилд». Она сыграла в семи фильмах Фасбиндера, а также в ряде других малобюджетных немецких фильмов ужасов. Они с Фредди быстро стали неразлучными. По словам писателя Рика Ская, их первая встреча привела к тому, что Меркьюри провел пышную актрису в женский туалет, где они поболтали, не отвлекаясь на шум из бара или дискотеки. Валентин разместилась на унитазе, а Меркьюри присел рядом на полу со стаканом любимой русской водки в руке. Так они сидели и разговаривали о своей жизни, будто два давно потерявших и неожиданно встретивших друг друга родных человека»^[531].

«Мы с Фредди разговаривали друг с другом по телефону почти каждый день, даже когда он был за границей, – говорит Питер Стрейкер, – но неожиданно появились эти новые друзья. Он отправился в Мюнхен, и вдруг Барбара стала его новым лучшим другом, и он говорил: „Она замечательная и веселая“, и она действительно была такой. Но они с Барбарой постоянно ссорились, и многие люди в Англии не любили Барбару. Я-то с ней ладил, и для меня она не предоставляла угрозы. Она ему нравилась, потому что она была известной в Мюнхене актрисой, и к тому же довольно скандальной. Она познакомила его со многими людьми и показала ему множество новых вещей. Всегда хорошо, если в городе у вас есть два-три ярких человека, которые вам все покажут»^[532].

У Фредди и Барбары вскоре начался напряженный и страстный роман. После отношений с Мэри Остин в 1976 году у него не было значимых отношений с женщинами, но Барбара его пленила, хотя он и шутил о характере ее очарования: «Барбара Валентин очаровала меня тем, что у нее такие большие сиськи»^[533]. А Барбара прокомментировала: «Я обожала его. Мы сразу же идеально подошли друг другу и не расставались целых три дня. Он оставался у меня дома, я ходила с ним в студию, и мы вместе гуляли по клубам. Мы все время болтали, и Фредди сказал мне: „Боже мой! Наконец-то я могу поговорить с кем-то, кто чувствует меня по-настоящему, и понимает, чего я хочу от жизни“. Ему это было очень нужно»^[534].

Пока Фредди был с Барбарой в Мюнхене, он продолжил заниматься сексом с Винни Кирхбергером, а иногда Фредди, Винни и Барбара занимались сексом втроем или приглашали еще кого-нибудь^[535]. Винни ревновал Фредди к другим мужчинам, которых тянуло к Фредди, в то время как Барбара утверждала, что не испытывает никакой ревности к мужчинам – и женщинам – которые, казалось, прямо бросались на него. «Я никогда ни к кому его не ревновала, – однажды сказала она немецкому журналу Bunte. – Я всегда проводила с ним гораздо больше времени, чем кто-либо другой»^[536].

В то время как отношения Фредди с Барбарой процветали, а Queen заканчивали работу над альбомом „The Works“, в Великобритании вышел первый сингл альбома. Песня „Radio Ga Ga“ быстро получила признание в чартах, попав на второе место. Сингл даже достиг 16-го места в США. Это был последний раз, когда сингл Queen попал в двадцатку хитов в Billboard Hot 100 при жизни Фредди. Песня стала триумфом для ее автора, Роджера Тейлора. Так как сингл был успешным в чартах, это означало, что теперь все четверо членов Queen написали хиты, попавшие в десятку лучших, – уникальное достижение в истории поп-чартов Великобритании.

С готовым к выпуску альбомом, в ожидании высокого уровня продаж, предвещаемого успехом „Radio Ga Ga“, Queen отправились на фестиваль Сан-Ремо в Италии, где исполнили под фонограмму песню для телевизионной аудитории. Вернувшись в Мюнхен после двухдневного фестиваля, Фредди продолжил свой беспокойный роман с Винни Кирхбергером, а также страстные отношения с Барбарой Валентин. Это напоминало американские горки – алкоголь, наркотики, секс, споры, скандалы, посещение клубов – сначала вверх, потом вниз, а затем опять все сначала. В этом гедонистическом угаре в Мюнхене Фредди еще нужно было записывать материал для своего нового сольного альбома, что он делал по возможности. Но такой образ жизни не мог продолжаться бесконечно и без происшествий, и несколько раз Питеру Фристоуну пришлось присматривать за Фредди, который терял сознание и переживал загадочные и сильные приступы тремора. Неудивительно, что врачи диагностировали чрезмерное употребление алкоголя и наркотиков в качестве причины этих внезапных приступов. Однако он и дальше продолжил свой разгульный мюнхенский образ жизни. Одна из его любимых игр, кажется, заключалась в приглашении в его комнату группы молодых людей, где они должны были раздеться донага и вышагивать перед ним только в одних женских шляпах. Затем Фредди выбирал из них партнера или партнеров на следующую ночь.