Управленческая элита. Как мы ее отбираем и готовим - Владимир Тарасов

– Что вы чувствовали, когда начали играть?

– Сиюминутного стремления к победе не было. Хотелось получить просто ощущение удовольствия, наверное, все-таки мне хотелось экстрима. Это редкое состояние, может быть, на этих переговорах удавалось найти.

– Уверены ли вы были в победе?

– Конечный результат интересен был только как подтверждение устойчивости психики.

– На каком этапе поединка вы поняли, что проигрываете, или вы этого не чувствовали?

– До окончания поединка не чувствовала, насколько перевешивает чаша победы. В процессе Ирэной был предложен новый проект как возможность увода меня в другое направление, а у меня была такая же ситуация на работе. Тут же включилось не мое управленческое искусство, а некая генетическая память прошедших ошибок. То есть я как бы оказалась больше в своей реальной ситуации, чем в игровой. Я учитывала опыт уже состоявшихся жизненных поединков, превративших слабость моей позиции в реальный результат, который меня не удовлетворил. Поэтому, я считаю, здесь я не смогла абстрагироваться от моей жизни и переключилась полностью в игру. Наверное, это была слабость, но слов из песни не выкинешь.

И мне поединки у Тарасова помогли взглянуть на, как мне казалось, сложные, нерешенные ситуации в другом ракурсе. В Праге, когда разбирали ситуацию, говорили: ты должна была согласиться на предложения Ирэны. Да, действительно. Но я такие этапы проходила, я знаю, чем они заканчиваются. И я тут же высказалась со своей позиции, хотя судей это не устроило. Потому-то мой финал решил всего один голос судьи.

– Какой момент поединка был самым трудным? Был ли он?

– Наверное, самое начало, потому что я не люблю проводить переговоры с женщинами. Я не люблю моменты, когда меня рассматривают, оценивая, что на мне надето, как я выгляжу, какой у меня маникюр. Потому что очень часто бизнес-леди не являются эталоном женственности и очень болезненно реагируют на присутствие сильного (во всех смыслах) противника-женщины.

Я ощущала, что, несмотря на улыбку, от Ирэны идет холод.

– Вы в первый раз в бизнес-лагере?

– Да, первый.

– Какие ощущения у вас остались? Что вы вынесли из бизнес-лагеря?

– Я научилась переключаться. Нашла массу друзей, проверила этих друзей. Поняла многие свои ошибки, которые я делала, не обращая на них внимания. Зафиксировала их и поняла. Как в детской игре, но тем не менее. Быть учеником в нашей взрослой жизни не всегда удается.

– В бизнес-лагере вы были такой же как в жизни или решились поменять образ?

– Такой, какой я была в бизнес-лагере, меня никто не знает. Я считаю, что во мне раскрылся талант настоящей женщины, а не просто женщины-руководителя. Я почувствовала себя женщиной, которая нравится, и эта роль доставила мне удовольствие.

– Как вы думаете, почему вас выбрали для участия в поединках?

– На поединке я заняла третью позицию среди восьми человек. Для меня это была приятная неожиданность. Наверное, повлиял мой вызов. Когда шли дуэли, я вышла к микрофону и сказала: «Ребята, я хочу на дуэли сразиться. Выходите!» Народ закомплексовал, все были заняты игрой. Я думаю, это повлияло.

– Что бы вы посоветовали новичкам в подготовке к управленческим поединкам?

– Надо быть уверенным в себе. Нужно заниматься стратагемами, а для начала хотя бы прочитать книги г-на Тарасова. Лучше же пройти теоретические курсы, прежде чем выходить на бизнес-лагерь, потому что мы занижаем уровень самого бизнес-лагеря для тех, кто уже приезжает сюда не в первый раз.

– Ваши пожелания всем участникам?

– Любви, счастья, взаимопонимания и божественной поддержки в самых сокровенных желаниях.

О моих впечатлениях

Еще никогда в жизни я не получала такого удовольствия от простого общения с таким количеством людей, которые думают и принимают жизнь так полноценно. Насыщенная программа бизнес-лагеря в Праге позволила мне раствориться в волнах азарта, комфорта, острых ощущений в условиях непрерывной мозговой атаки. Все мы в определенный момент жизни начинаем заниматься экстремальными видами спорта, где от пресной жизни щекочем себе нервы: горными лыжами – потому что скорость и опасность; дайвингом – потому что коварная красота с угрозой удушья или остановки сердца от невинных кораллов; прыжками с парашюта – потому что может не раскрыться. Так бизнес-лагерь Тарасова заменяет все эти увлечения одним – запойной жаждой жизни каждую минуту. И эта полнота ощущений дает наконец-то возможность открыться тем нашим талантам, о которых мы могли только мечтать. Я испытываю огромное чувство благодарности к В. К. Тарасову и тем моим соратникам, которые были рядом – Черному и Зеленому княжеству. Отдельное спасибо: Грэму, Лоре, Хуго, Гордону, Афине, Жаку, волгоградской команде, Рут, Ассиру, Греку, Ирэне, Тимуру (устрицы нам на завтрак не помешали бы).

Юлия Борисовна БОРИСОВА

(Жаклин)

Москва

2-е место на чемпионате в Праге

Об авторе

Владимир Константинович ТАРАСОВ

Родился в России. Окончил Тартуский университет (Эстония) по специальности «Теоретическая физика».

В 1970-х годах занимался разработкой и внедрением систем управления, благодаря широкому распространению одной из которых, СААРС (Система Автоматизированной Аттестации Руководителей и Специалистов), стал известен как специалист по управлению.

В 1984 г. открыл Таллиннскую школу менеджеров, первую школу бизнеса на территории бывшего СССР, которой руководит и в настоящее время.

Является автором и разработчиком оригинальных тренингов, деловых игр и других методик подготовки менеджеров, а также автором концепции бизнес-лагеря как обучающей технологии. Работы Владимира Тарасова опубликованы в Эстонии, России и США, в том числе в книге «Русская революция в менеджменте» (The Russian Management Revolution, New York, 1992), и получили признание в России и за рубежом как уникальные инновационные методики подготовки менеджеров.

В 1989 г. Владимир Тарасов провел не имеющий мировых аналогов крупномасштабный социально-технологический эксперимент в форме бизнес-лагеря на Азовском побережье (г. Бердянск), где около 500 человек в течение 50 дней прошли эффективную подготовку к ведению бизнеса и политики в условиях рыночной экономики, прожив «вторую жизнь», будучи организованными в семь игровых государств с различным политическим и социально-экономическим устройством.