Вечное пламя - Шеннон Мессенджер

Учитывая все недавние неприятности, Софи думала, что родители не дадут даже приблизиться к незаконным свиткам в руках Фитца, Кифа и Бианы. Вместо этого они оставили их в гостиной с маллоумелтом и пышноягодным соком, а сами пошли наверх. Конечно, они сказали Сандору за ними присматривать. Но в основном просто порадовались, что Софи занялась привычным делом.

А может, они просто понимали, что Софи все равно бесполезна и не сможет помочь…

И «Черный лебедь» явно думал так же. Они прислали Кифу записку через несколько часов после приговора Софи, попросили рассказать Фитцу с Бианой о его отце и ожидать нового плана. Заменили одного телепата другим, да еще и с эмфанистом в придачу.

Не расстраиваться было сложно.

Друзья сидели перед ней на диване и смотрели куда угодно, лишь бы не на лоб.

– Можете перестать притворяться, что не замечаете его, – пробормотала Софи.

Отчасти она скрыла обруч волосами, но ободок на лбу и большой бежевый камень между бровями спрятать было невозможно – разве что надеть на голову мешок. И она всерьез рассматривала этот вариант.

– Если честно, он красивый, – сказала Биана, тут же получив тычок от Фитца. – Что? Знаю, он ужасный. Но хотя бы не уродливый. Так было бы еще хуже, нет?

Софи почти захотелось улыбнуться.

Только Биана могла думать о том, насколько моден ограничитель способностей.

– Тебе больно? – через мгновение спросил Фитц.

– Ага, – ответил Киф, не успела Софи соврать. – Я отсюда чувствую. И должен сказать, Софи. Декс мне нравится. Но сейчас хочется напинать ему по мягкому месту.

– И мне, – согласился Фитц.

– Мне тоже, – добавил Сандор, стоящий у двери.

Софи вздохнула.

Она не хотела ненавидеть Декса. Но это было тяжело, учитывая, что даже просто разговор выпивал из нее все силы. Она уже спрятала кольцо, которое он ей подарил, на дно ящика стола и туда же положила плеер и все остальное, что он ей дал. И собиралась как можно скорее перекрасить Игги обратно в серый.

И все же виноват был не только Декс.

– Я тоже провинилась. Если бы я не попыталась прочесть мысли короля Димитара…

Она не смогла договорить. И не смогла посмотреть на Фитца, вспоминая, как он пытался ее предупредить.

– Ты не виновата, – заверил тот, склоняясь ближе к ней. – Старейшины – идиоты. И, если тебе станет легче… многие со мной согласны.

Софи фыркнула.

– Толпа ликовала.

– Кто-то ликовал, – признала Биана. – Но большинство просто пораженно молчали.

– Да вообще, даже мой отец сказал, что они неправы, – вклинился Киф. – Уж это о чем-то да говорит…

Его слова показались пощечиной, и Софи склонила голову, осознавая, что дулась из-за обруча, когда у Кифа рушился весь мир.

– Как дела? – тихо спросила она.

Киф пожал плечами:

– Отец не понял, что я догадался. Мама пару раз спросила, все ли в порядке, но она явно думает, что я просто беспокоюсь за тебя.

– Мне все равно кажется, что лучше тебе сюда не приходить, – сказал Фитц, стискивая край дивана. – Вдруг лорд Кассиус поймет, что ты все выяснил?

– Тогда увидит, что я к этому готов, – Киф закатал рукав, демонстрируя ряд гоблинских метательных звезд. По стальному взгляду было понятно, что он воспользуется ими без промедления. Но когда он продолжил, его голос чуть дрогнул. – Я внимательно слежу за его эмоциями. Если почувствую что-нибудь странное, отправлюсь в Эверглен. Но пока что придерживаемся плана.

– Не нравится мне это, – пробормотал Фитц.

– И мне, – согласилась Биана.

Заслышав злость в их голосах, Софи задумалась, как они отреагировали на новости об отце Кифа. В конце концов, они знали лорда Кассиуса много лет.

Отчасти она радовалась, что ее там не было.

– К тому же, – сказал Киф, кашлянув и опустив рукав, – скоро все кончится. Поэтому мы здесь – хотя мы все равно хотели тебя проведать, – сказал он Софи.

– Да, – быстро согласилась Биана. – Мы каждый день приходили. Ты нас слышала? Мы так и не поняли.

У Софи запылало лицо, когда она представила, как нелепо выглядела, обиженно прячась под одеялом.

– Простите. Я… видимо, не так хорошо справляюсь, как стоило бы.

– Да какие тут «стоило бы», – сказал Киф. – Случись такое со мной, я бы тоже закатил истерику. Даже посильнее твоей.