Большая книга ужасов. 61 - Мария Некрасова

«Бочкой» называли второй грузовик, поменьше. Он возил в лагерь продукты и еще воду в канистре-прицепе. У него маленький кузовок и неприветливый водитель, но если ребята договорились, то это здорово! Я крикнула Неле, чтобы захватила мой телефон, и пошла к мальчишкам. Надеюсь, еще не все места в грузовике расхватали?

– Здрасьте! Стукачка пришла! – Наташка торчала из мужской палатки, как Танька и Неля – из нашей, и, должно быть, той самой торчащей частью меня почуяла.

– Ты сама звала. Места еще есть?

– Полно! – выкрикнул из палатки Ванька. – Главное, чтобы водитель не увидел!

Все-таки у мальчишек тупой юмор, хотя Наташке вроде понравилось. Засмеялись несколько человек, я не слышала, кто конкретно.

– Прикинусь ветошью, обещаю!

– Тебе это не понадобится. – Наташка выбралась наружу, а я в сто первый раз пообещала себе поколотить ее перед отъездом. Сейчас неудобно: у отца могут быть неприятности.

За Наташкой вылез рыжий Ванька, накинул дождевик и, шутливо приложив палец к губам, покрался в сторону кухни, где парковалась «Бочка». За ним выбрались Никита, Ленька и Ромка, они сделали то же самое.

Вереница сгорбленных фигур в дождевиках подкрадывалась к столовке, нарочито замедляя шаги, вытягивая носок, как в балете. Выглядело смешно, словно в пародиях на детективы. Изюминкой сцены был рисунок на Ромкином плаще: улыбающаяся лягушачья морда во всю спину. Только Наташка шла не крадучись и совершенно прямо, чем все и портила.

Я дождалась Таньку с Нелей, и мы побежали к остальным. «Бочка» стояла как обычно: мордой под тентом кухни, кузовом наружу. Водитель сидел за длинным деревянным столом, попивал из железной кружки и болтал с поварихой Тетьленой. Я думала, мальчишки к нему подойдут, напомнить о себе, попросить за нас. Но Ванька продолжал хохмить. Он приложил палец к губам, показал глазами на водителя и, смешно подобрав полы плаща, на цыпочках подкрался и запрыгнул в кузов.

Ждать и упрашивать нас было не надо. Танька и Наташка вскарабкались, синхронно уцепившись за две Ванины руки. Я полезла следом. Ванька подал мне руку, и с другой стороны тут же нарисовалась Неля, которой хотелось повторить фокус девчонок. Ванька у нас вообще-то некрепкий. Неле было бы проще поднять его самой, но раз уж он первый начал…

За спиной хихикнул Никита. Я быстренько залезла в грузовик сама и досматривала представление уже из кузова. Неля держала Ваньку за руку и старательно подтягивалась. Никита и Ленька у нее за спиной вытянули вперед руки и делали вид, что подталкивают сзади. Гримасничали они очень убедительно, с другого ракурса можно было поверить. Ваня вцепился свободной рукой в борт грузовика и со сдавленным «Ых!» все-таки Нелю втащил, правда, свалился на спину. Мальчишки беззвучно захлопали, Ромка шепнул:

– Водитель идет! – И смылся в кусты.

Не успела я удивиться, как хлопнула дверь кабины, завелся мотор. Ваня высунулся из-под тента грузовика и что-то жестами объяснял мальчишкам.

– Они вообще едут или нет? – Я выглянула через его плечо. Из кустов торчали три радостные физиономии. Они махали вслед уезжающему грузовику:

– Девчонки! Мы пошутили!

Грузовик тряхнуло на ухабе. Я вцепилась одной рукой в борт, другой – в Ванькино плечо:

– Что это значит?

Ван посмотрел на меня честными глазами, типа: «Я ни при чем». Не успел сбежать, бедолага, вот и отмазывается. Танюха и Неля изумленно таращились на дорогу и бочку-прицеп, а Наташка пинала ногой пустую коробку из-под яблок с таким видом, будто она сама это все придумала.

– Это значит, что мы самовольно сбежали из лагеря и, если нас хватятся, всех отправят домой и практику не зачтут. Тебя, стукачка, это тоже касается, так что лучше молчи.

– Когда я… – Я махнула рукой и договаривать не стала. С чего это мне перед Наташкой оправдываться?!

– Мать меня убьет. – У Нели на лице была такая трагедия, будто нас уже засекли и везут домой в этом кузове. Нет, я и сама боялась, что попадемся. Отец принципиальный: отправит меня домой вместе со всеми без всяких поблажек. Сам останется, куда преподавателю деваться, а меня отправит с глаз долой.

– Не бойся. – Танька посмотрела на меня так, будто я уже всех заложила. – Пусть поймают сперва. Где он останавливается, кто-нибудь знает?

– На рынке у станции. – Ванька опустил тент, и сразу стало темно.

– Отлично! Выскочим на рынке, – обрадовалась Наташка. Но Рыжему идея не понравилась:

– Ты тот рынок видела? Две машины, три бабульки. Нет, там нас водитель тут же заметит. Надо знаете что? На светофоре выскакивать!

– В зеркало увидит!

– А на рынке – без всякого зеркала…

Ванька с Наташкой заспорили, да так отчаянно! Я даже испугалась, что водитель услышит. Вмешиваться не стала. Меня охватила какая-то странная апатия, так бывает, когда рядом кто-то ругается. Чего они? Лучше на всякий случай прикинуться ветошью, тем более что я обещала Наташке.

Я пинала забытую Наташкой коробку из-под яблок и подглядывала за Нелей. В темноте выражения лица было не различить, но могу поспорить, что она думала: «Зачем меня сюда понесло?» Танька, наверное, думала: «Вот, блин, шутники, приедем – я им устрою», – хотя не устроит, куда ей. Да она, если вернемся незамеченными, еще и хвастаться будет, что съездила в неурочный час подзарядить ноут, а они остались, как дураки.

– Говорю тебе: на светофоре водитель в зеркало и не глянет. Что туда смотреть, когда все стоят!

– Ну соври еще, что водишь машину!

– Да при чем здесь это!

Я старательно не слушала, но все равно уже начала думать как Неля: «Что меня сюда понесло!» Я с таким трудом вырвалась из дома, чтобы теперь так по-глупому туда вернуться? Я ж три месяца мечтала об этой поездке. И теперь из-за Ванькиного розыгрыша…

В Бочке было уютнее, чем в большом грузовике. В нем, большом, народу больше и скамейки прибиты тесно-тесно, только ноги просунуть между рядами. И лопаты в ногах! А у Бочки кузов пустой, если не считать той коробки. Я вытянула ноги и подглядывала в щель под тентом, которую Ванька оставил, чтобы следить за дорогой. Красота! Бочка-прицеп громыхала по степи, я видела, как блестит под креплением грязная дорога. Еще два поворота и выедем на асфальт. Девчонки притихли, кроме Наташки, конечно, они с Ваней все еще спорили, где выходить.

– Вот сейчас на дорогу выедем, там населенный пункт, разрешенная скорость пять километров. Тогда и выскочим без всяких светофоров. Устроит тебя?

– На ходу?! Сам прыгай! Фильмов насмотрелся с каскадерами, всех нас поубивать хочешь?

Я мысленно согласилась с Наташкой, хотя было ужасно интересно: вдруг получится? А мы боялись…

– Мое дело предложить. – Ванька старательно делал равнодушный голос. – Я выхожу, а вы как хотите.

Грузовик уже снизил скорость, и грязь на дороге сменилась асфальтом. Выйти с ним? Или позже? Прыгать на ходу или ну его? Ванька широким жестом откинул тент, помахал машине, едущей за нами.