Блин - секретный агент - Евгений Некрасов

– Пинкертон малогрязюкинский! Микромайор! Сосунок! – ревела лжебабуля, расхаживая по чердаку. Доски ныли под ее тяжелыми шагами. Блинкову-младшему хотелось встать по стойке «смирно». – А ты почему молчал?

Вопрос застал Блинкова-младшего врасплох. Он как раз обдумывал, почему Николай – микромайор. Ясно: потому, что у младших лейтенантов, как у майоров, одна звездочка, только маленькая.

– А вы майор? – невпопад спросил он.

– Увы, – остывая, сказала лжебабуля. – После университета за пять лет дослужилась, а потом – в одном звании до самой пенсии. Для женщины служебный рост – проблема.

– Знаю, у меня мама подполковник контрразведки, – сообщил Блинков-младший.

– Ты мне зубы не заговаривай! – опять взъярилась майор Снежко. – С Колькой я еще поговорю, а сейчас ты мне ответь: почему я узнаю обо всем последней? Я три месяца ночей не сплю, катер караулю, а вы из-под носа уводите мое дело и ничего не говорите! Совесть у вас есть?

– Есть, – коротко ответил Блинков-младший, не желая выяснять отношения.

Майор Снежко, наверное, вспомнила, что жаловалась на Ивана Сергеевича и просила, чтобы Блинкова-младшего с Иркой отозвали.

– Ладно, я сама виновата, – признала она. – Проехали вопрос. У тебя есть белые джинсы?

– Только эти, – Блинков-младший похлопал себя по штанине. Его джинсы были голубые, вареные, и могли сойти за белые разве что в темноте.

– А может быть, и пролезет, – скорее себе, чем Блинкову-младшему, сказала майор Снеж-ко. – Почему бы и нет? Мужчины к таким вещам невнимательны.

Блинков-младший понял, что с джинсами придется расстаться.

– Нужна зеленая краска, – подсказал он.

– Поерзаешь по траве, – не задумываясь ответила майор Снежко. – Только не переборщи: одно-два пятна зелени. Все, ступай, а мне надо позвонить.

И она достала из-под крыши спрятанный за балкой сотовый телефон.

– Можно я в бинокль посмотрю? – попросил Блинков-младший.

– В следующий раз, – отрезала майор Снежко, набирая номер. – Хотя следующего раза может и не быть. Ладно, две минуты.

И она отключила телефон. Ясно: собиралась звонить начальству и не хотела, чтобы Блинков-младший слышал ее разговор.

Смотреть в бинокль, когда тебе дышат в затылок и отсчитывают две минуты, – далеко не волшебное удовольствие. Даже в такой, приближающий раз в пятьдесят. Усаживаясь в шезлонг, Блинков-младший сдвинул треногу и сбил настройку. Бинокль уставился на поле для гольфа. Блинков-младший только чуть шевельнул его, и картинка уехала в сторону. Теперь бинокль смотрел на кирпичную стену. В окулярах поместилось не больше десятка кирпичей. Он стал сдвигать бинокль по волоску и добрался до окна, в котором торчала физиономия пузатого Палыча. Фальшивомонетчик смотрел в упор. Казалось, что он заглядывает прямо в стекла бинокля.

– Это их главный, – сказал Блинков-младший. – Хотите посмотреть?

Майор Снежко равнодушно глянула в чердачное окошко и узнала Палыча издалека (конечно, с его-то лысиной).

– Толстый. Он все время с катером возится. Я эту рожу с закрытыми глазами нарисовать могу.

Намек был ясен: мне это неинтересно, закругляйся.

Блинков-младший заторопился и опять слишком резко повернул бинокль. В окулярах была вода с расходящимися полукругом волнами, и вдруг в поле зрения вплыла мокрая голова Худышки. «Первопечатник» был так близко, что Блинков-младший различал прилипшие к его лбу пряди волос. Он посмотрел поверх бинокля. Худышка огибал уходящий в воду забор виллы. Сомнений не оставалось: Палыч послал его за джинсами!

Опрокинув шезлонг, Блинков-младший вскочил, метнулся к люку чердака и спрыгнул в комнату. Майору он успел крикнуть: «Там!»- и показать в сторону озера. Ничего, она поймет. Рыбкой – в окно, вырвать морковку из грядки и повозить ботвой по заднему карману, чтобы остались зеленые пятна. Теперь ползком вокруг дома. Палыч не зря стоит у окна. Двор у него под наблюдением, и если фальшивомонетчик увидит, что кто-то вошел в сарай, он даст отмашку своему сообщнику.

Блинков-младший полз, как спецназовец, над которым летят светящиеся трассы автоматных пуль, а за спиной полыхает готовая взорваться бочка с бензином. Чуть приподняв голову, он видел над крышей сарая верхний срез окна, где стоял Палыч. Привстанешь, и фальшивомонетчик тебя заметит. А сзади к огороду, выходящему на озеро, подплывал Худышка. Сейчас он за домом, но через минуту-другую пойдет к сараю тем же путем, что и Блинков-младший. Нет, даже не пойдет, а побежит – его дело воровское, быстрое. А Блин-кову-младшему приходилось ползти.

Двор казался бесконечным. Блинков-младший сбил себе локти об утоптанную землю, а был еще только на полпути к сараю. Чуть погодя он сообразил, что вполз в мертвую зону. Палыч же не видит заднюю стену сарая, и все, что сразу за стеной, тоже не видит. Он рванул с низкого старта, пулей влетел в сарай и взвился на сеновал. Под ногтем торчала засаженная с размаху заноза размером со спичку – занозился, когда влезал по стене. Блинков-младший выдернул ее зубами, скинул джинсы и повесил на гвоздик рядом с Иркиным платьем.

Пятна от морковки получились что надо: не вызывающе сочные, а в самый раз, как будто человек присел и немного запачкался. Худышка не отличит, да и присматриваться не станет. Ирку он видел только в купальнике и не знает, какого цвета у нее джинсы, Палычу Дэнни тоже не говорил, что они белые. Правильно рассчитала майор Снежко: может быть, и пролезет. Сейчас Худышка…