Каникулы Петрова и Васечкина - Владимир Алеников

– Ты хватай за левую, а я за правую!

– И что? – спросил Петров.

– И держи! А ты, Маша, как мы его схватим, зови на помощь! Мы его подержим! Он на копытах далеко не убежит!

Маша, проникнувшись серьёзностью ситуации, молча кивнула.

– А где у него левая? – спросил Петров. – Я чего-то не разберу!

– Берись за ту, а я за эту! – махнул рукой Васечкин. – Три, четыре!

И друзья одновременно ухватились за оба шпионских копыта.

Маша тем временем вскарабкалась на забор.

– Замри! – по привычке завопил Васечкин невидимому шпиону. – То есть руки вверх!

– Сдавайся! – что было мочи закричал Петров, мёртвой хваткой сжимая копыто.

– На помощь! – истошно заголосила Маша, как только заглянула за забор. – Караул!

– Руки вверх! – с ещё большей силой заорал Васечкин.

– Сдавайся! – отчаянно вопил Петров.

– Он же настоящий! – в ужасе прокричала сверху Маша.

– Конечно настоящий! – пыхтя, подтвердил Васечкин. – А ты говоришь, только взрослые!.. – добавил он гордо.

В это время оба копыта с нечеловеческой силой вырвались у них из рук, ударив обоих друзей об забор. Забор покачнулся, и сверху на них свалилась Маша. Получилась куча-мала.

А события продолжали нарастать с молниеносной скоростью.

В пролом в заборе вдруг высунулась разъярённая бычья морда и уставилась на наших друзей налитыми кровью глазами.

Да… как всё-таки отличается психология преследуемого от психологии преследующего!

Поменявшись с быком ролями, ребята сразу же ощутили это на себе. Только что все мысли у них были направлены на то, чтобы поймать шпионов, а теперь они неслись со всех ног, думая лишь о том, чтобы очутиться как можно дальше от разъярённого быка…

По пути они преодолевали различные препятствия, которые были под силу разве что чемпионам в различных видах лёгкой атлетики.

Петров перепрыгнул через огромный куст. Васечкин тройным прыжком покрыл такое расстояние, что чемпионы поседели бы от зависти. А Маша перепрыгнула через овраг, чем намного превысила мировой рекорд для женщин. Короче, друзья бежали без оглядки, будучи уверенными, что бык преследует их по пятам. И только когда оказались в непроходимой чаще, они поневоле остановились.

Причём Петров очутился на дне какой-то ямы, Маша каким-то непостижимым образом застряла в дупле, а Васечкина просто не было видно, только голос его доносился с верхушки дерева.

– Снимите меня отсюда!

– Хорошо, что это был бык, а не шпион, – насмешливо сказала Маша, – а то бы ты ещё выше забрался. Впрочем, тебе ведь не впервой от быка удирать. Как там эту корову звали? Земфира?

– А сама… – начал было задетый за живое Васечкин, но вдруг замер на ветке, увидев что-то, чего не могли видеть ни Маша, ни тем более сидевший в яме Петров.

– Ребята! – не веря своим глазам, сказал Васечкин. – Я вижу шпиона!

Па-па-па-пам!

И на этот раз знаменитое «па-па-па-пам», кажется, действительно прозвучало всерьёз.

Васечкин в мгновение ока очутился на земле и ринулся в чащу, осторожно ступая и бесшумно раздвигая ветки.

Выбравшийся из ямы Петров и вылезшая из дупла Маша в недоумении глядели ему вслед.

Петров опомнился первым и последовал за другом туда, где шевелились кусты.

Маше не оставалось ничего, как отправиться за ними… Не пройдя и двадцати шагов, она наткнулась на друзей, которые, спрятавшись за большое дерево, зорко следили за тем, как, припадая к земле, замирая в неестественных позах, прячась за деревьями, всамделишный шпион (тут уже сомнений быть не могло!) беспрерывно щёлкал диковинным аппаратом с длинным объективом и прикладом.

Ребята, не сговариваясь, побежали вслед за ним, невольно повторяя замысловатые движения шпиона.

– Будем брать! – в который раз за этот день прошептал Васечкин.

Но теперь, когда необходимость в решительных действиях назрела окончательно, ребята задумались.

– Как будем брать? – тихо спросил Петров.

– Он же, наверное, вооружён… – сказала Маша.

– До зубов! – подтвердил Васечкин. – Вот подлый!

– Что же делать? – задумался Петров.

Ребята склонились ближе друг к другу и шёпотом стали совещаться…

А подлый шпион тем временем продолжал свои таинственные манипуляции.

– Веди сюда пограничников, Маша, – подвёл итог Васечкин, – а мы его задержим… У меня есть классный план!

– Будьте осторожны! – вздохнула Маша. – Берегите себя!

– А ты, Маша, не забывай нас!

И Васечкин мужественно выставил вперёд предательски дрогнувший подбородок.

– Если что, передай в классе привет ребятам, – тихо сказал Петров и добавил: – От Петрова и Васечкина.

Они пожали друг другу руки на прощание, и Маша скрылась в чаще…

– Пошли! – сказал Петров, проводив её глазами, и они, высоко подняв головы, зашагали наперерез шпиону…

Маша бежала по лесу. Ветки больно хлестали по лицу. С каждым шагом лес становился всё гуще. Маша остановилась…

Вокруг спокойно шумел лес, и не было ни души…

– Эй! – крикнула Маша. – Кто-нибудь!

Ей ответило только эхо.

Маше поняла, что заблудилась. С минуту она стояла неподвижно, а затем побежала в обратную сторону…

Петров и Васечкин тем временем выскочили из-за деревьев прямо перед носом шпиона.

– Караул! На помощь! – как по команде заорали они.

– Тихо, вы! – зашикал на них шпион. – Чего кричите? Вы что, ребята?

Вдруг Васечкин схватился за живот и, согнувшись пополам, рухнул на траву.

– Ой, ой, ой! – застонал он, катаясь по земле.

– Дяденька! – завопил Петров. – Помогите!

Шпион растерялся.

– Что с ним? – спросил он.

– Умираю! – отчаянно стонал Васечкин.

– Умирает! – подтвердил Петров.

– От чего умирает? – спросил шпион подозрительно.

– От этого… – Петров растерялся.

– От бутулизма… – подсказал Васечкин и тут же завыл ещё громче.

– Вот именно! – подтвердил Петров. – Слово забыл… иностранное… – со значением добавил он.

– Так он что, грибов ядовитых поел? – спросил озабоченно шпион.

– Поел… – обрадовался Петров. – Он всё подряд ест! В лагере по три порции и ещё добавки просит…