Роковой подарок жениха - Наталья Солнцева

– Дайте мне кофту!

– Нет… Зачем? – Маняша плотнее запахнула полы и сжалась, словно защищаясь от удара.

– Прекратите! – взмолился Эрик. – Осторожнее, нож очень острый!

Он не успел остановить Астру, которая подскочила к молодой женщине и молниеносно отрезала ножом пуговицу от ее кофты. Пара движений наточенным лезвием освободили из-под ниток желтое тельце пчелы с розовыми крылышками…

– Вот они! Их всего семь штук… – возбужденно бормотала она. – Всего семь…

Это были не простые пуговицы – большие, выпуклые, обтянутые сверху кусочками вязаного полотна, такого же, как и кофта. И каждая скрывала золотую пчелку, искусно выкованную древним ювелиром и инкрустированную гранатами…

Комната наполнилась мягким светом и тихим нежным жужжанием. Хотя это могла быть игра воображения обессиленных и потрясенных людей…

* * *

– Не ходи за мной, – сказала Маняша, и, не оборачиваясь, зашагала к реке. – Искушение будет слишком велико. Ты уверен, что сумеешь с ним справиться?

Эрик понуро смотрел ей вслед. Его иллюзии по поводу любви к нему этой молодой женщины неумолимо рассеивались. Она охладела – вынужденная разлука сделала то, чего не смогли сделать все увещевания и запреты. Ее чувства оказались хрупкими, словно весенний лед.

«Нельзя удержать дым… – говорила Маняша. – Нельзя остановить течение реки… Мы с тобой все придумали, Эрик! Жажду любви приняли за саму любовь…»

Он проводил ее взглядом и тяжело вздохнул. С высокого берега были далеко видны плавные повороты Каменки, влажные луга в низинах, разбросанные среди зелени крыши домов. И над всем этим – необъятная прозрачная синева…

Маняша спустилась по пологому склону к воде и скрылась из глаз. Она как будто вернулась в свое беззаботное, безмятежное детство. Сюда, к этой корявой ветле дядя Коля и тетя Катя, как она называла Бояриновых, водили ее летом купаться. Вернее, они все вместе плавали, а потом, цепляясь за уходящие в воду корни, выбирались на траву, чтобы не пачкать ноги. Было так весело…

Дядя Коля показывал ей «гиблое место» – едва заметный водоворот чуть ниже ветлы. Там была глубокая яма, в которую затягивало беспечных купальщиков.

– Сюда нельзя подплывать, – предостерегал он маленькую Маняшу. – Тут живет водяной царь! Он любит золото и красивых девушек…

Женщина остановилась и поискала глазами водоворот. Давно она не приходила на речку купаться, страшно давно… Над ямой вода казалась чуть темнее, и однообразно кружился сбитый ветром лепесток…

Маняша оглянулась – нет ли кого поблизости? – достала из кармана пластиковую коробочку с запаянной крышкой, куда она положила пчел, размахнулась и бросила как можно дальше. Ей удалось попасть почти в середину водоворота. Бульк! Коробочка исчезла под водой…

– Стереги их, водяной царь, – прошептала она. – Пока за ними не придет тот, кого они ждут…

Так закончилась история поисков реликвии Меровингов. По крайней мере та ее часть, которая описана в этой книге. У золотых пчел – своя судьба, начавшаяся в смутном прошлом и уходящая в туманное будущее… Короли умирают, а символы власти переходят из века в век, из рук в руки, оставаясь желанной добычей для авантюристов и честолюбцев.

Следствие по делу об убийстве Бояринова постепенно сошло на нет и было сдано в архив… Все свое имущество покойный завещал воспитаннице Марии Мельниковой, так и не признав ее своей родной дочерью. Даже после смерти он продолжал оберегать ее от неведомой опасности, предсказанной иноком Макарием «со слов усопшего брата Авеля». Бояриновы умели хранить тайны.

Игорь Тарханин увез Ульяну в Москву. Он надеялся уговорить ее выйти за него замуж.

Люси не оплакивала Марка. Она втайне обрадовалась, что освободилась от него. Продав подаренное им ожерелье, она выручила кое-какие деньги и отправилась на курорт, искать очередного жениха.

Погибший телохранитель Олег был нанят Бояриновым в одном из охранных агентств. Николай Порфирьевич подобрал преданного себе человека, готового за деньги исполнить любой приказ. Парень переусердствовал, когда решил обезвредить чрезмерно болтливую старушку Горелкину: затаился у лестницы в темноте и, когда она шла кормить бездомных котов, подставил ей под ноги палку – отсюда и синяк на верхней стороне стопы погибшей. Скорее всего, он не хотел ее убивать, так же, как и Тарханина. Он, по-видимому, выполнял указания Бояринова. Чиновнику повезло, что подрезанные шланги не укоротили ему жизнь…

Эрик получил повышение по службе, перевелся во Владимир и оттуда написал Маняше письмо в надежде возобновить отношения. Она порвала его, не читая. Вот, если бы Тарханин предложил ей встречаться… Все-таки они с Ульяной не только внешне похожи. У них даже вкусы одинаковые…

Новый хозяин дома на Березовой улице, погибший в автомобильной аварии, оказался внебрачным сыном известного зарубежного коллекционера древностей русского происхождения. Богатый папаша, по официальным данным, часто наезжал в Москву, а когда умер, оставил сыну немного денег и старинную рукопись…

Астра и Матвей, окончив расследование, открыли каждому участнику ту часть правды, которая не касалась других.

– Я думаю, так будет правильно, – заявила она. – Мы выполнили все, что положено. Убийца мертв, реликвия у законной владелицы. И как она распорядится кладом, ее личное дело.

– Но Бояринов в завещании ни словом не упомянул о пчелах!

– Он предоставил это судьбе…

– Странный человек. Отправил дочь на год в Москву, а потом? На что он надеялся?

– Полагаю, он рассчитывал застрелить злоумышленника, когда тот сунется к нему в дом… или еще как-нибудь уладить ситуацию…

– Все-таки удивительно Ульяна и Маняша похожи друг на друга! Даже родные сестры порой не обладают таким сходством.

Астра привела исторический пример:

– Самозванец, абсолютно чужой человек, был копией подлинного царевича Дмитрия. Мы живем в мире двойников…

* * *