Роковой подарок жениха - Наталья Солнцева

– При чем тут Ксения Годунова? – спросила Астра.

– Ее связь с самозванцем выглядит вопиюще. Почти сразу по вступлении Лжедмитрия в Москву она становится его наложницей.

– Вероятно, по принуждению.

– Согласен. Однако Ксения живет во дворце нового «государя» не неделю, не две, – около полугода! И если бы не возмущенное письмо Юрия Мнишека, который потребовал у будущего зятя немедленно отправить «дочь Борисову» подальше от себя, неизвестно, сколько бы еще это продолжалось.

– Должно быть, самозванец влюбился в нее. Она ведь была красива?

– Очень, очень! – подтвердил молодой человек. – Беглому монаху и не снилась такая красота. В Польше он встретил Марину Мнишек и поклялся взять ее в жены, как только займет царский престол. А тут он увидел Ксению, и гордая полячка была забыта. Лжедмитрий, ужасно падкий на женскую красоту, не пропускал ни одной юбки. Но неизменно возвращался к Годуновой!

– Что значит «возвращался», если ее держали под замком в его апартаментах?

– Почему он не отправил ее восвояси, как всех других, после того, как удовлетворил свою страсть и чувство превосходства? Женщина, о которой он мечтать не смел, теперь была полностью в его власти, он мог делать с ней все, что хотел. И делал, уверяю вас! Почему он не отослал ее прочь или не убил, как остальных членов царской семьи?

– Пожалел…

– Я думаю, он колебался, кого вести под венец, – православную царевну Ксению или «католическую девку» Марину. Не исключено, что чашу весов склонили в пользу последней польские сабли. Марину короновали, а Ксению постригли. Вот вам и гримаса судьбы!

Астра немного знала о самозванце из театрального курса. Они проходили пьесу Пушкина «Борис Годунов».

– Разве могло быть по-другому?

– История с самозванцем кишит темными пятнами, – признал Сабуров. – И Ксения – одно из них. Мне кажется, существует какая-то тайна в их отношениях… Отправляя Ксению в монастырь, самозванец просто брал паузу. Вряд ли он собирался оставить ее в покое. Однако у Лжедмитрия ничего не вышло…

– Что же помешало ему осуществить задуманное?

– Смерть…

Они еще поболтали о смутном времени и роли личности в истории. Богдан на все имел собственную точку зрения, часто отличную от общепринятой. С ним было интересно беседовать. Астра спрашивала, он отвечал.

– Соломония Сабурова – тоже росток вашего генеалогического древа?

Парень не торопился с ответом.

– Получается, да, – наконец, вымолвил он. – С моей стороны это наглость, но против родословной не попрешь.

– У нее был ребенок, или это блеф?

– Конечно, был. Откуда же тогда взялось фальшивое захоронение? Без веской причины церковь не пошла бы на обман, не решилась ввести в заблуждение великого князя. Соломония родила в монастыре, а не в современной частной клинике, где все шито-крыто, – усмехнулся он.

Его доводы звучали убедительно.

– Вы верите, что великокняжеский сын стал разбойником Кудеяром?

– Я бы на его месте поступил так же. Зная, как обошлись с его матерью, он зарекся помышлять о троне и выбрал вольную жизнь.

Мобильник в кармане Астры издал оглушительную трель.

– Мне звонят, – извинилась она. – Одну секунду!

Это был Матвей. Он проснулся и не обнаружил ее в номере.

– Ты бы хоть записку оставила! – возмущался он. – Я уже не знал, что и думать! Спасибо, телефон с собой захватила.

– Спускайся в ресторан и заказывай завтрак. Я буду через полчаса.

– Хорошо…

– Это мой муж, – объяснила она Сабурову. – Нервничает! Он еще спал, когда я уходила. – Она посмотрела на часы. – Ого! Как время пролетело…

Глава 24

Астра поливала блинчики медом, Матвей – сметаной. Она сменила спортивный костюм на летние брюки и блузку из хлопка. На спинке ее стула висела ветровка.

– Вижу, ты аппетит нагуляла, – заметил он.

В зале гостиничного ресторана было полутемно. За столиком у окна завтракала пожилая пара, остальные места пустовали. Хмурое утро не располагало к раннему подъему. Официантка, позевывая, принесла кофе с молоком.

– Сабуров рассказал мне кучу интересного! – с полным ртом сообщила Астра. – Он настоящий кладезь полезной информации.

– Тебе не стоит выходить одной.

– Я была осторожна. Сначала убедилась, что той машины нет, а потом уже… – Она запивала блинчики кофе. – Надо было заказать мне большую чашку! Ты знаешь, что я много пью.