Крестный. Путь наверх - Сергей Зверев

— Появилась пташка, — усмехнулся Глеб, глядя, как девушка прошла мимо его «восьмерки» и остановилась у джипа Потапова. — А в пакете, видать, и есть та посылка, о которой говорил Сергей.

Однако самого Глеба интересовало, когда же появится Потапов. Важно было предупредить возможные действия Бони и Самурая. Глеб просунул руку под газету и снял пистолет, лежащий под ней, с предохранителя. Глеб знал, что если кто-то из бандитов успеет выскочить с оружием в руках, то он успеет выстрелить первым.

Каково же было удивление Глеба, когда он увидел, что «девятка», за которой он наблюдал, вдруг неожиданно стартовала с места и поехала по улице.

Глеб понял, что за этим последует, и, схватив пистолет, выскочил из машины, но было уже поздно. Для него стало ясно, что отвести угрозу от девушки он не сможет. В уличном шуме раздались два резких хлопка.

Сидевший на пассажирском сиденье Боня два раза выстрелил в Риту. Та схватилась за грудь и, покачнувшись, стала медленно падать, по-прежнему держа в руках сверток. Однако Боня, высунувшись из окна автомобиля, схватил сверток левой рукой, свободной от оружия, и выдернул его из рук своей жертвы.

Самурай надавил на педаль газа, и машина продолжила свой путь по улице, промчавшись мимо Панкратова на большой скорости. К этому моменту Глеб уже прыгнул на водительское место и запустил двигатель своей «восьмерки».

«Спасти девушку не удалось, — промелькнуло у него в голове, — но этих козлов упустить я не могу».

Подлетев к ближайшему перекрестку, Глеб осмотрелся. «Девятки» не было видно ни слева, ни справа.

«Неужели ушли?» — с отчаянием подумал он, лихорадочно соображая, в какую сторону ему ехать.

Интуиция подсказала ему, что ехать надо направо. Он резко крутанул баранку и погнал машину по улице. Уже повернув, сообразил, почему принял это решение. Дорога влево вливалась в Октябрьский проспект, а справа вела к многочисленным мелким улочкам частного жилого сектора, в которых бандитам легко было спрятаться от погони.

Влетев на очередной перекресток, Глеб вздохнул. Слева от себя, метрах в ста, он увидел бежевую «девятку», и направил машину ей вслед. Выжимая из движка максимум его возможностей, Глеб стал потихоньку настигать «девятку».

Похоже, Самурай, сидевший за рулем, был не очень хорошим водителем и, в отличие от Глеба, ехал не на столь высокой скорости. В следующий момент Глеб понял, что удача на его стороне. На перекрестке «девятка» остановилась, пропуская медленно ехавший поперек дороги двухвагонный трамвай.

Глеб затормозил рядом с «девяткой» в тот момент, когда второй вагон трамвая уже почти миновал перекресток, освобождая автомобилям дорогу. Убрав правую руку с рулевого колеса, Глеб спокойно взял пистолет с глушителем. В его распоряжении было не более двух секунд. Этого ему хватило, чтобы прицелиться и выстрелить в Самурая, который в этот момент повернул в его сторону лицо.

Пуля, выпущенная из пистолета Глеба, попала Самураю в лицо чуть ниже правого глаза. Обрызганный кровью и мозгами своего напарника, Боня бросил взгляд на сидевшего в соседней машине киллера и, рванув дверь, попытался спастись бегством.

Он уже поставил одну ногу на асфальт, когда пуля попала ему в затылок. Он так и остался сидеть в этой позе, уронив голову на колено.

Панкратов быстро вышел из машины и, обойдя «девятку», заглянул в открытую дверь. Пластиковый пакет лежал на приборной панели перед пассажирским сиденьем.

Взяв его, Глеб сделал по контрольному выстрелу в головы Бони и Самурая. Сработала скорее привычка. Оба были уже мертвы.

Поплутав по мелким улочкам, Глеб неожиданно увидел на одной из них неплотно прикрытый канализационный люк. Остановив машину рядом с ним, он тщательно протер пистолет, вынул кассету из пакета и положил в него пистолет. После чего, не вылезая из машины, выбросил пистолет в люк.

* * *

Потапов вышел из здания Дворца молодежи в сопровождении охранников в тот момент, когда на улице раздались два выстрела. Охранники, схватившись за оружие, мгновенно облепили Потапова, глядя в сторону, откуда раздался выстрел. Однако и Потапов, и охранники поняли, что стреляли не по ним. Бежевая «девятка», стоявшая напротив их джипа, резко стартовала с места, оставив лежащую на проезжей части рыжеволосую девушку.

Растолкав охранников, Потапов бросился к ней, перескакивая через несколько ступенек, увлекая за собой и охранников.

Когда он подбежал к Рите, лежащей на асфальте, она была еще в сознании. На груди по светлой кофточке расплывались два больших бордовых пятна.

— Рита, это я, Потапов! — крикнул он, лихорадочно доставая сотовый телефон и набирая номер «Скорой помощи». — «Скорую» быстро, к Дворцу молодежи! Здесь девушка с огнестрельным ранением!

Вызвав «Скорую», Потапов поднял девушку с асфальта и отнес к своему «Чероки», дверь которой уже распахнул Терентьич. Потапов уложил Риту на заднее сиденье и, открыв автомобильную аптечку, принялся оказывать ей первую медицинскую помощь.

Последние слова, которые Рита произнесла, перед тем как потерять сознание, были:

— Они забрали у меня кассету.

Сергей оглянулся по сторонам. Машины Глеба не было.

«Значит, он поехал за ними, — подумал Потапов. — Только бы он не упустил этих сволочей».

Через десять минут прибыла машина «Скорой помощи». Девушку передали в руки врачей.

— Куда мы? — спросил Терентьич, провожая взглядом белый «рафик» с крестом на боку.

— Поехали за ними, — сказал Потапов. — Я гарантировал этой девушке безопасность и не сдержал своего обещания. Мне надо знать, выживет она или нет.

По дороге в больницу сотовый телефон Потапова снова зазвонил.

— Это я, Глеб, — раздался глухой хриплый голос. — Кассета у меня, можешь не волноваться на этот счет.

— Ясно, — сказал Потапов, — а что с нашими друзьями, которые ее похитили?

— Они успокоились, — ответил тот.

— Я понял.

— Что мне делать дальше? — спросил Глеб.

— Езжай домой. Я подъеду к тебе сам.