Дантисты тоже плачут - Дарья Донцова

– Моя сестра ждала первенца. Ну, дурдом!Накупила всяких книжек по уходу за младенцами, вещей. Целыми днями елавитамины, фрукты, творог, курить бросила. Только и твердила: острое вредитмалышу, шоколад вредит малышу, колбаса вредит малышу. Рехнуться можно! А эта… Икурила, и выпивала порой в номере. Ела что ни попадя. Спать после часуложилась. И все она врала! Никакого мужа у нее не было.

– Почему?

Аня поглядела на меня:

– Хозяйка запрещает сплетничать опостояльцах.

Я достала из сумочки приятно хрустящую бумажкуи протянула девушке. Та схватила банкноту и проговорила:

– Приятно поболтать с настоящей дамой.Вот Ленка никогда не давала чаевых. Мужа у нее точно не было. Стоило поглядетьна нижнее белье. Такое только проститутки носят. У замужних дам подобного бельяне бывает. Ну, может, одна пара, чтобы мужа подзавести. А у этой все такое:трусики и лифчики красные с черным кружевом, чулки на подвязках, боди черное сневероятными разрезами. Поверьте, знаю, какое белье носят респектабельныепостояльцы. И потом, этот мужик, которого она за брата мужа выдавала! Смех, даи только.

– Что же такого смешного?

Горничная с удовольствием затянулась дорогойсигаретой.

– Я белье меняю и все вижу. Спали вместе,вот что. А перед всеми Ленка безутешную вдову изображала. Сидит в гостиной,носом шмыгает. Наверх поднимется, слезы тут же высохнут. Вспомнишь, как нашитетки с ней возились, злость берет. «Милая, сядьте подальше от окна», «дорогая,разрешите подарить вам теплую шаль». Как же, бедняжка беженка из ужаснойУкраины!

– Зачем изображать из себя вдову ивыдавать любовника за родственника?

– Так хозяйка ни за что не поселит в«Негреско» проститутку. Очень блюдет репутацию пансиона. В гостиницах вообще нелюбят незамужних беременных, одни проблемы. Да еще украинка. Дикие люди, есть уних нечего, а на пять долларов можно неделю жить. Вот где ужас!

Я улыбнулась. Очевидно, Аня читает на ночьжелтую прессу. Горничная вновь ухватилась за тряпку, потом внезапно спросила:

– Хотите поглядеть на вещи?

– Какие вещи?

– Ленка выезжала второпях. Во вторник сутра позавтракала, позвонила по телефону и давай шмотки в чемодан кидать. Вродеиспугалась чего. И через час унеслась. Да впопыхах позабывала кое-что. Я воставленную сумку сложила все и спрятала. Думала, хватится, вернется – отдам.Там и книжки есть.

Достав из сумочки еще одну, не менее приятнохрустящую бумажку, я распорядилась:

– Тащите все сюда, и книжки тоже.

Через пять минут в номере стояла довольнообъемная сумка, набитая всякой всячиной.

Обнаружились довольно стоптанные домашниетуфли, халат, расшитый цветами, – в подобном ходит Марта Игоревна, –несколько старых футболок, парчовая жилетка, коротенькая красная юбочка. Книгибыли на русском: «Смерть под парусом», «Убийца приходит ночью», «Кровавыепальцы». Судя по всему, Ленка обожала детективы. Я взяла «Кровавые пальцы» истала перелистывать. Неожиданно на кровать выпало запечатанное неотправленноеписьмо. Разорвав конверт, я принялась читать строчки, написанные неаккуратнымпочерком человека, редко берущего в руки ручку.

«Дорогая Галка! Как ты поживаешь? Все пляшешьпо-прежнему в дурацком ансамбле за гроши? Может, передумаешь и приедешь сюда?Устрою тебя работать в шоу, правда, с раздеванием. Ну, да ты ведь и так почтиполуголая пляшешь, ничего нового. Платят чудесно, у меня уже есть необходимаясумма на квартиру и машину. Хотела скоро возвращаться, но случилась однаинтересная история. Если будет так, как я хочу, то скоро выйду замуж занастоящего москвича. Он, правда, немолод, зато богат, упакован, и родителейникаких. А то меня при слове «свекровь» до сих пор трясет. Мой Ромеостоматолог, владелец престижной клиники. К сожалению, женат, но у жены рак впоследней стадии. Два дня до смерти осталось. Жду не дождусь, когда полусапожкиотбросит. Мы уже давно живем вместе, и у меня есть в руках хороший поводок, закоторый буду дергать Владимира, пока он не женится на мне. Так что скоро станунастоящей дамой, перестану перед слюнявыми мордами голыми ногами махать. Кактолько превращусь в госпожу Резниченко, сразу пошлю тебе весточку. Авось твояжизнь тоже устроится. Жду ответа, целую. Оксана».

Я сложила письмо и сунула конверт в сумочку.Ну и ну! Вот тебе и операция по искусственному оплодотворению! Владимир простополовой гигант – имел одновременно двух любовниц, боец сексуального фронта.

Домой я явилась поздно вечером. Тихо вошла вхолл и обнаружила на вешалке кучу пальто. Так, опять гости. Все-таки в«Негреско» было хорошо. Помыв руки и переодевшись, я спустилась в столовую.Александр Михайлович, увидевший мою персону первым, сообщил:

– Вот она, дорогая пропажа!

– Где ты была? – хором вскрикнулиМаня и Зайка.

– Мы думали, тебя убили, –напустилась Наташка.

Я растерялась.

– Как же, я ведь оставила на столезаписку, что уезжаю на несколько дней. Положила и булочкой придавила.

– Ах, булочкой, – протянулаНаталья, – понятно. Банди не удержался, съел булочку и запиской закусил.

– Можно было и позвонить, – заявилАркадий, – безобразие. Клеопатра целый час орала, пока Зайка не встала еекормить. Крайне безответственно с твоей стороны.

– Думали начать поиски завтра, –укоризненно сообщила Марта Игоревна. – Куда же ты, деточка, ездила?

Я растерялась, но быстро нашлась:

– К подруге в Питер.

В эту минуту в столовую вошли Левка с Терезой,и домашние принялись изображать аристократическое семейство, ужинающее присвечах.

Александр Михайлович тихонько подошел ко мне:

– Ну и где была?

– К подруге в Питер ездила.

Александр Михайлович усмехнулся:

– Не умеешь врать, не берись.

– Не веришь?

– Ни минуты. Ты пропала вчера вечером, аобъявилась сегодня к ужину. Этого времени как раз хватит, чтобы добраться доПитера, поцеловать любимую подругу и вернуться назад. Впрочем, могли ещестаканчик кофе впопыхах в привокзальном ресторане перехватить. Не хочешьговорить, где ночевала, не надо, но не ври глупо.