Под тонким льдом чернеет дно - Владимир Колычев

— Кто?! — спохватившись, переспросила девушка. — Это Даша. Но уже зомби…

— Я бы этого не сказал… И как она могла вернуться в Москву, если она была спрятана в тайнике на яхте…

— На то она и зомби…

— Да, но у нас нет такого закона, что зомби не могут давать показания в суде. И она расскажет, кто пытался ее убить.

— Она спала, когда Юра сделал ей укол…

— Укол?

— Да, такой же, как и отцу…

— Но ведь твой отец умер, и его похоронили.

— Юра не хотел его убивать… Но он умер. Сердце у него слабое…

— Он умер, а в его смерти обвинили Дашу. Она сейчас якобы прячется, вместе со своим «любовником» Германом… А он на яхте, в тайнике…

— Да.

— И ты не боишься в этом признаться.

— Боюсь. Но признаюсь.

— Честь тебе за это и хвала. Сейчас мы поедем с тобой в отдел, ты напишешь чистосердечное признание…

— А дальше что?

— Отпущу тебя домой, — соврал Артем.

Однозначно, Асю нужно было изолировать от общества. Хотя бы ради того, чтобы у нее не было возможности связаться с Крыжовым, предупредить его о том, что он изобличен. Если она признается в том, что выдала Юрия, он попросту выбросит за борт тела Плесковой и Терентьева… О том, что Даша и Герман превращены в живых мертвецов, он совершенно не верил… Несомненно, в этой истории был колдун вуду, но настоящей злой магией был старпом Крыжов. И его необходимо было задержать. Но сначала изолировать Асю…

— Не отпустишь, — сокрушенно покачала головой девушка. — Я знаю, что не отпустишь… Как ни крути, а я виновата в гибели отца. И мне придется за это отвечать… Как ты думаешь, если меня осудят здесь, на земле, там, на небе, мне простят мой грех?

— Ты же сама во всем призналась. Значит, на земле отпустят, а на небесах простят.

— Спасибо за утешение, — уронив голову на грудь, дрожащим от слез голосом сказала девушка.

— Ну что, едем?

— Да… Но мне нужно собрать вещи. Возможно, сюда я больше уже не вернусь…

— Вернешься.

— Но вещи мне все равно собрать нужно.

— Логично, — вынужден был признать Артем.

— Тогда я пошла?

Ася поднялась со своего места, вышла из беседки. На улице уже темнело, а фонари еще не горели, и под портиком было темно.

— Постой. Тебе не надо никуда идти… Позови экономку, она принесет тебе вещи.

Артем не хотел заходить в дом и тем более упускать девушку из виду. Вдруг удерет?

— Ее нет дома, — не оборачиваясь, покачала головой Ася.

— А кто подавал кофе?

— Она подала. И ушла. У нее внук родился…

— Счастливое событие.

— Кому как везет… Мне, например, не повезло. Но я должна ответить…

Она снова пошла в дом, и Артему ничего не оставалось, как последовать за ней.

В доме было просторно и темно. Ася хлопнула в ладоши, но свет не зажегся.

— Опять двадцать пять, — недовольно сказала девушка.

— Что такое?

— Снова свет отключили. Там какую-то подстанцию ремонтируют…

— А фонари, свечи?

— Тебе что, страшно? — Ася удивленно и с подначкой посмотрела на Артема.

— Я не трус. Но зомби боюсь…

— Нет здесь никаких зомби.

— А их повелитель где?

— Где, где. На корабле!.. То есть на яхте… Или ты сомневаешься?

— Нет, — пожал плечами Артем.

— А вдруг он уже здесь? — дрогнувшим голосом спросила Ася.

— Нет. Ты ему звонила. Он заглянул в свой тайник на яхте, посмотрел, что тело Даши Плесковой на месте, перезвонил тебе, объяснил, что тебя ввели в заблуждение…

— А это действительно так?

— Ну, ты же знаешь, что видела сегодня Лизу Крупе-ницкую, а не Дашу….

Они стояли посреди огромного зала с высоченными потолками, под люстрой, внушительный силуэт которой угадывался в темноте. Артема всерьез пугало предчувствие, что сейчас эта хрустальная глыба свалится ему на голову.

Даже в темноте был виден холодный стальной блеск в глазах Аси. Девушка скинула с себя маску наивной простушки и сейчас смотрела на Артема, как охотник на попавшую в силки добычу. Как будто ловушка уже захлопнулась за ним.

— Знаю… Но тем не менее ты узнал всю правду.

— Это меня и напрягает, — тихо сказал Артем.

— Что?

— Ты хотела взять свои вещи.

— Да, конечно…

Они поднимались по широкой мраморной лестнице. Ася шла впереди.

— Может, не будем доводить дело до тюрьмы? — спросила она, не сбавляя ход.

— Мы же уже все решили.

— Ты говорил, что хочешь жениться на мне.

На самой вершине лестницы ступеньки, казалось, были чем-то смазаны. Артем чувствовал, как скользят ноги. Он торопился поскорее преодолеть этот опасный участок, но Ася неожиданно остановилась, развернулась к нему лицом.

Ему ничего не оставалось делать, как остановиться.

— Ну, твое сердце уже занято, — нашелся он.

Лестница была настолько широкой, что нужно было сделать шаг в сторону — влево или вправо, — чтобы дотянуться до перил. Но он пока не торопился делать это.

— Ты мне тоже нравишься, — совсем не убедительно сказала девушка.

— Я подумаю…

— Значит, истина для тебя дороже?

— Работа такая.

— Но истина — понятие относительное. Ты ее знаешь, а другие — нет.

— Надо, чтобы и другие об этом узнали.

— Не надо… Я никуда не поеду. И ни в чем не стану сознаваться.

— Но наш разговор записан.

— Не весь.

Увы, но Ася была права. Разговор записывался на диктофон мобильного телефона. Но, после того как Артем прокрутил ее беседу с Крыжовым, диктофон на запись больше не включался.

— Но ты должна во всем признаться. Все равно вся правда всплывет наружу.

— Как? — презрительно усмехнулась Ася.

— Яхту перехватят, найдут тела Плесковой и Терентьева…

— Для этого тебе нужно меня задержать. Чтобы я не смогла позвонить Крыжову.

Артем удивленно посмотрел на девушку. Казалось, она читала его мысли.

— Ну… — Гончар не знал, что ответить.

— Не напрягайся. Нет никаких тел. Их давно уже сожрали акулы…

— А как же зомби?

— Зомби — сказки для дурачков… Я была такой дурочкой, но Крыжов мне все объяснил. И я все поняла, потому что люблю его… Он здесь, приехал за мной. Завтра мы поженимся и улетим на Гавайи, к нашей яхте… А ты ничего не докажешь. Потому что во всем виновата Дашка. И зря ты маскарад устраивал…