Дьявол из Саксон-Уолл. Поспеши, смерть! - Глэдис Митчелл

— Только в воде нельзя баловаться. Это вроде как крещение, — сказал Айвор, подходя к Кеннету и нежно наклоняясь к его шее.

К облегчению Мэри Хопкинсон, все трое мальчиков приняли тот факт, что присутствие в паломничестве миссис Брэдли разумеется само собой.

— Она будет вместо меня, — сообщила Мэри своему сыну Айвору, который ответил:

— О’кей, детка.

Как только купальный, точнее самоочищающийся, отряд, усиленный Кэтлин, Миган и Геллертом, отбыл, между Александром Карри и хозяином дома вспыхнул очередной едкий спор.

— Очищение должно происходить в Элефсине, а не здесь, — сказал Александр.

— Что навело вас на столь смехотворную мысль? — спросил сэр Рудри.

Мэри Хопкинсон, безмятежно продолжая шить, спросила, как только смогла вставить слово:

— А какая разница? Куда бы вы хотели, чтобы подали чай? Я не думаю, что в портике будет слишком жарко.

Этот хорошо продуманный отвлекающий маневр не смог прервать поток аргументов, цитат, контрцитат, примеров и призывов к здравому смыслу, которыми обменивались джентльмены. У Александра Карри даже лицо покраснело. А его синие глаза блестели так свирепо, что Мэри увеличила частоту оборотов направленного на него вентилятора. Даже когда молодые люди и миссис Брэдли вернулись в дом, дискуссия все еще шла на полную мощь и с трудом стихла, когда спорщикам подали чай.

— Ну так можем искупаться еще раз в Элефсине, если там купание хорошее, — заметила Миган в манере своей матери.

Сэр Рудри фыркал, Александр Карри с необузданной страстью ел сэндвичи, мальчишки болтали ногами и жадно ели, Гелерт приглушенным голосом беседовал с Кэтлин, Миган и ее мать разговаривали с миссис Брэдли, краска портика пузырилась на солнце.

— Не за мальчиками надо будет присматривать и держать их в узде, — сказала только что миссис Брэдли своей хозяйке. — Я думаю, что перед выездом экспедиции надо будет обыскать Рудри и Александра на предмет ножей.

— Они привыкли писать друг другу едкие письма в научных журналах, — ответила Мэри Хопкинсон. — Но даже этой отдушины здесь, в Афинах, нет. Зачем Рудри пригласил Александра участвовать. Они достают друг друга с детства. Понять не могу, почему они все еще друзья.

— Ты считаешь, они друзья? — спросила миссис Брэдли. — Ты не думаешь, что сэр Рудри вызвал сюда Александра, чтобы как-то свести с ним счеты?

— Вполне возможно. Не знаю. Одно утешение — кажется, эта вендетта не перешла по наследству к Айвору и Кеннету Карри. Иногда мне кажется, что Айвор слишком легко заводит дружбу. Гелерт — более разборчив, но совсем не в том, что нужно.

3

Через день-другой, рано утром, сэр Рудри собрал всю компанию в тени дома и обратился к ней с речью. Партия была полностью сформирована и включала в себя, помимо семей Хопкинсон и Карри, миссис Брэдли, маленького Стюарта Паттерсона и пару молодых людей, которых миссис Брэдли идентифицировала как мистера Дика и мистера Армстронга. Рональд Дик был невысокий, умный, нервный и в очках. Армстронг — высокий, красивый, с прямым носом и золотыми волосами. Однако в лице его читались надменность и грубость. Дика он просто не заметил, а Гелерту небрежно кивнул, когда их знакомили. Зато у него был фотоаппарат. На левом фланге экспедиции стоял Диш, английский слуга, бывший моряк, и Дмитрий — грек-переводчик. Волосы его блестели, уголки рта были слегка приподняты в полуулыбке.

Миссис Брэдли с иронией и интересом рассматривала своих товарищей по экспедиции. Молодые люди, за исключением Рональда Дика, явным образом считали паломнический поход внеочередными каникулами. Кэтлин и Миган, прислонившись к колоннам портика, вполголоса вели разговор о том, как ухаживать за кожей лица в Греции. Кэтлин, как заметила миссис Брэдли, переменилась. Из унылой летаргической личности, чьим единственным достоинством была только красота, она вдруг стала живой, застенчивой, смешливой, оригинальной, общительной и даже нервной. Миссис Брэдли сперва заподозрила, что причиной этого живого, как ртуть, поведения стал Гелерт, но вскоре убедилась в своей ошибке.

Кажется, из троих молодых людей только Дик, маленький и бледный археолог, слушал руководителя экспедиции. Армстронг пристегивал лямку к футляру малого фотоаппарата, Гелерт сидел по-турецки на земле, подстелив чесучовый пиджак, и был поглощен какой-то книгой. Диш стоял смирно (он служил на флоте и привык к ненужным рассуждениям начальства). Дмитрий, все так же неуловимо улыбаясь (обычное, казалось, выражение его лица), сворачивал сигареты и аккуратно укладывал их в жестяную коробочку. Александра Карри нигде не было видно.

— Вчера, — заключил сэр Рудри, — мы готовились, постясь до вечера. За день до этого мы прошли очищение в море. Сейчас мы двинемся в Элефсин по Священному Пути, чтобы познать значение Мистерий… Мы только ждем фургона, — добавил он, неуместно впадая в практичность, и миссис Брэдли с изумлением увидела выходящую из-за поворота дороги четверку величественных быков. Молодые люди приветствовали их криками энтузиазма, мальчишки последовали их примеру, девушки отодвинулись назад. Диш вышел вперед и отдал честь, а сэр Рудри, стоявший спиной к дороге, приближения быков не видел.

— Тягловые животные, сэр! — доложил Диш.

Сэр Рудри обернулся.

— А, вот и они, — сказал он. — Фургон, значит, у ворот Дипилон. Идемте. Женщины, берите свои шкатулки.

Все ощущали себя немного странно. За исключением миссис Брэдли, которой действо доставляло удовольствие, и Дика, который, видимо, воспринимал экспедицию всерьез. Но тем не менее процессия двинулась в путь. Впереди быки, за ними Диш, следом сэр Рудри и вежливо улыбающийся Дмитрий, за ними трое мальчиков, почти сразу следом девушки и миссис Брэдли. Молодые люди замыкали шествие. Мэри Хопкинсон помахала им с порога рукой. Переулок вывел на улицу, с нее компания вышла на площадь Конституции и свернула на улицу Гермеса. Там к ней пристроились полицейский и двое солдат, а также несколько афинских граждан, рано проснувшихся и, видимо, имевших достаточно свободного времени, хотя в городе уже начинала кипеть жизнь. Они сопроводили экспедицию до ворот Дипилон.

— Хорошо бы, — сказал сэр Рудри через плечо своему сыну, — если бы мы могли раньше убедить некоторых из них пройти обряд очищения и идти за фургоном в Элефсин.

Гелерт фыркнул. Армстронг вскинул камеру, Дик надел солнечные очки поверх обычных. Шумела улица, все время гудели автомобили. У Айвора нашлась рогатка, и мальчики по очереди стали стрелять по солдатам и полицейскому. Заметивший это Гелерт быстро надрал младшему брату ухо. Армстронг засмеялся. Солдаты оглядывались, полицейский хмурился. Миссис Брэдли глядела глазами василиска, замечая все. Ей совершенно не мешали жара, мухи или пыль, потому что у нее была конституция ящерицы. Предвидя все же, что рогатка может быть источником неприятностей, она отобрала ее у Айвора и положила к себе в шкатулку. От северо-западной стены Акрополя процессия пришла к улице Гробниц и остановилась.

В фургон, везущий по правой стороне улицы плетеный ящик с гранатами и маковыми семенами, запрягли быков, и их повел вперед сэр Рудри, решивший возглавить процессию.