Место, где все заканчивается - Антон Грановский

– Возможно.

– Обещай, что больше не будешь!

– Ладно. Но только если тебя больше не будут похищать. Иначе я не сдержусь. О! А вот и твои верные рыцари!

К ним приближались Стас Данилов и Толя Волохов.

– Ниро Вульф и Арчи Гудвин, – прокомментировал Глеб. – Собственными персонами.

Маша посмотрела на него с упреком:

– Глеб, ты обещал!

– Ладно, не буду.

Пока оперативники подходили, он достал сигарету и закурил. После обмена приветствиями Стас Данилов посмотрел на Глеба и мягко проговорил:

– Корсак, все еще дуешься?

Глеб стряхнул с сигареты пепел, посмотрел на Данилова спокойным взглядом и сказал:

– С чего ты взял?

– Вижу, что дуешься. Зря! Я сглупил, ну с кем не бывает? Но в душе я всегда оставался твоим ярым поклонником. Толя, подтверди!

– Подтверждаю, – кивнул Волохов.

– Сладко поешь, – заметил Глеб. – Да вот только верится с трудом.

– Не веришь, значит. – Стас изобразил на лице грусть, горестно вздохнул и сказал: – Ладно, покажу. Толя, подержи-ка!

Он всучил Волохову сумку, расстегнул на куртке «молнию», посмотрел на Глеба и Машу – интригующе, а затем резким движением распахнул полы куртки.

На его белой футболке, прямо на груди, большими красными буквами было намалевано:

YOU ARE MY HERO![7]

А рядышком пристроились изображения сердечка и сложенных для поцелуя пухлых губок.

Маша засмеялась, Глеб фыркнул.

– Сразу предупреждаю, что написано не кровью, а краской, – сказал Стас. – А в остальном – все настоящее. И слова, и чувства!

– Круто! – похвалила Маша.

– Клоун, – сказал Глеб. И добавил уже вполне добродушно: – Но приятно видеть, что ты вынул наконец кол из задницы.

Он повернулся к урне, чтобы выбросить окурок сигареты. Стас быстро развернулся к Маше спиной и запрокинул полы куртки. На спине у него красовалась размашистая надпись:

BUT I STILL COOL![8]

Маша прыснула от смеха, но тут же закрыла рот ладошкой.

Глеб швырнул окурок в урну, чуть помедлил и отправил туда же мятую игральную карту, которую достал из кармана.

Стас Данилов тем временем опустил куртку и как ни в чем не бывало посмотрел на повернувшегося Глеба. Тот обвел веселые лица оперативников проницательным взглядом.

– Так… Чую заговор!

– Никакого заговора, – сказала Маша.

Глеб еще некоторое время разглядывал их лица. Вздохнул.

– Ладно, копы. – Он чуть прищурил свои золотистые глаза и вдруг объявил: – Детишки, как насчет небольшой автомобильной прогулки по Москве? С последующим приземлением в ресторане, разумеется.

Маша сразу поняла, о чем идет речь, строго посмотрела на Глеба и сказала:

– Не думал о том, что машинка куплена на грязные деньги?

– Если хочешь, я пожертвую ее детскому дому, – заявил Глеб. – Но сперва… – Он подбросил на ладони ключи: – Сперва немного покатаюсь. Вы со мной?

Маша забрала у него ключи и сказала:

– Я поведу!

– Э-э… – растерянно проговорил Глеб, но Маша уже шла к машине.

Корсак вздохнул, подмигнул изумленным оперативникам и двинулся следом. Толя и Стас застыли с открытыми ртами. Первым из оцепенения вышел Волохов. Он сглотнул слюну и хрипло проговорил:

– Люксовый кроссовер!

– Нового поколения… – отозвался таким же голосом Стас.

Они переглянулись.

– Слушай, – пробасил Толя, – и как это у него получается?

– Знал бы как – жил бы в Монако, – ответил Стас.

Толя оглядел шикарную «БМВ». Помолчал секунду и обронил:

– Надпись со спины сотри. Она уже не актуальна.

– Угу, – безропотно согласился Стас.

– Эй, Лелек и Болек! – окликнул их Глеб. – Вы с нами или как?

– С вами! – сказал Толя.

Он плечом сдвинул Данилова с пути и первым зашагал к машине. Стас остался стоять на месте. На его худощавом лице отобразилась борьба противоречивых чувств.

– В ресторане едим и пьем за мой счет! – объявил Корсак. Весело посмотрел на Стаса и добавил: – Гарантирую неограниченное число подколов в мой адрес!

Суровые черты Данилова разгладились.

– С этого и надо было начинать! – хмыкнув, сказал он. И, разрешившись от бремени сомнений, бодро зашагал к машине…