Джек Ричер, или Граница полуночи - Линкольн Чайлд

Брамалл отъехал назад, к тому месту, где скалистый уступ постепенно сходил на нет, а канава выравнивалась, и припарковался на обочине, слегка наклонно, кабиной в сторону запада. Ричер выпил бутылку подаренной воды, вернулся к уступу и уселся на солнце. Лето подходило к концу. Все молчали. Терренс в основном с безучастным видом сидел в машине — жизнь научила его терпению. Маккензи стояла одна, на таком же расстоянии от машины, как Ричер, но с другой стороны. Высоко у них над головами кружили вороны. Они смотрели вниз — нет, еще нет — и улетали прочь.

* * *

В конце концов им пришлось ждать меньше двух часов. Прошло девяносто три минуты, или полтора часа с небольшим. А потом далеко на западе возникло маленькое пятно пыли с черной точкой впереди, которое начало увеличиваться, пока не стало видно, что это такое. Три типа в пикапе. Они вернулись. Как и в прошлый раз, остановились в пятидесяти футах, выбрались из машины и зашагали вперед.

Ричер, Брамалл и Маккензи вышли им навстречу. Как и в первый раз, все остановились: шестеро участников, две группы по три человека на уважительном расстоянии в пять футов.

— Только миссис Маккензи, — сказал парень в ботинках из кожи ящерицы.

Ричер ждал.

— Нет, мы все, — ответила Джейн.

Парень ничего не сказал.

Ричер продолжал ждать, когда в действие вступит план Б. Он знал, что у них он обязательно имеется. Было глупо приезжать без него.

— Ладно, — сказал ковбой.

Он повернулся, зашагал к своей машине, и все трое сели в пикап. Брамалл, Маккензи и Ричер вернулись в «Тойоту». Пикап сделал разворот и снова покатил на запад. Терри последовал за ним, стараясь уходить то вправо, то влево, чтобы хоть немного избавиться от облака пыли.

* * *

Автомобиль ковбоев свернул на вторую подъездную дорожку справа, и Брамалл последовал за ним. Пикап был шире, но поверхность дороги оставляла желать лучшего. Корни, камни, гравий… Пикап раскачивался и подпрыгивал на ухабах, его шины скользили по камням, ставшим гладкими от времени. Слева и справа высились деревья, в основном хвойные — одни были искривлены от ветра, другие сохранили стройность. Изредка в глаза ударяли золотые вспышки, главным образом из оврагов и лощин, где лучше всего чувствуют себя осины. Пикап петлял между деревьями, объезжая валуны размером с автомобиль; некоторые из них лежали один на другом и свешивались над дорожкой.

Они неспешно проехали еще четыре мили, и ковбои остановились возле дома, построенного из бревен и похожего на летний домик. Пригодного для не слишком длительного жилья, но никак не для постоянного. Пыльные окна. Внутри явно пусто. Возможно, дом давно забросили. Ричер решил, что они оказались на территории старого лагеря для отдыха, с изолированными домиками на отдельных лесных полянах, соединенных между собой извивающимися дорожками вроде той, по которой они приехали. В теории такие дорожки рано или поздно могли привести к главному строению.

Так и вышло. Дорога обогнула основание заросшего лесом холма, впереди показался открытый участок голубого неба, и они выехали на небольшое плато над пологими склонами горы, с бесконечными открытыми пространствами, открывающимися на север и восток. Там стоял неуклюжий дом, построенный из крупных бревен. Однако он не был коммерческим предприятием. Не офис и не лагерный клуб. Просто главный семейный дом. Может быть, хижины предназначались для гостей. Или для детей и внуков. Или даже для правнуков. Нечто вроде мечты патриарха. Может быть, владелец занимал здесь высокое положение.