На кону - жизнь - Владимир Колычев

А там будь что будет…

– Мороки с этими шизиками будет жуть, – сказал по этому поводу Дима. – Или невменяемыми их признают. Или подчистую оправдают…

К сожалению, современное правосудие стало на порядок гуманнее, чем раньше. Поймать преступника, собрать доказательства его вины – это даже не полдела. Приговор выносит суд, а там свои законы. Если ты никто и зовут тебя никак, получишь на всю катушку. Чем круче ты, чем больше у тебя денег, тем больше у тебя шансов избежать обвинительного приговора. Только одна защита посредством совершенно дурацких, но при этом совершено законных придирок способна разрушить любое уголовное дело. А если еще и судья заинтересован… У Шурыгина и у Подколзина денег куры не клюют. Им ничего не стоит нанять целую свору головастых адвокатов, подкупить судью.

А еще они могут потребовать суда присяжных заседателей. Это вообще цирк. Кирилл знал немало случаев, когда эти клоуны оправдывали отпетых убийц. Правда, в Верховном суде сидят серьезные люди. И, как правило, они отменяют почти все оправдательные приговоры. Но Шурыгин и Подколзин в состоянии купить и Верховный суд…

– Все может быть, – кивнул Кирилл. – И хорошо, что мы этим уродам славную баньку устроили…

Не зря они так жестко поступили с Подколзиным, не зря ткнули его носом в тюремную парашу. И Шурыгину досталось с лихвой. Его уголовники в первый день загнали под нары и чморили как могли. Петухом, правда, петь не заставили. Но память о веселых тюремных деньках навсегда останется с ним.

Сейчас эти два урода вышли из-под их контроля. Их обоих перевели в особые камеры. Их положение в обществе, их капиталы создают им привилегии и в тюрьме. В их камерах соблюдены все санитарные нормы, есть телевизоры, холодильники. Даже девочку можно заказать. Главное, плати…

Возможно, суд вынесет им оправдательный приговор. Но факт останется фактом. И Шурыгин, и Подколзин совершили тяжкие преступления, их разоблачили и наказали. А то, что наказание не в полной мере, это уже другой вопрос…

* * *

Виолетта любила плескаться в джакузи. Мягкая ароматная вода расслабляет, теплые струи ласкают тело. А если еще рядом есть сильный мужчина, который может потереть спинку…

Но сейчас ванна не доставляла ей удовольствия. И мужчины не волновали воображение. И виной всему страх…

Фактически она предала Романа. Она свидетельствовала против него. Протокол составлен, приобщен к делу. С нее же взята подписка о невыезде. Через месяц-два начнется судебный процесс. И она должна будет обличать Романа в суде.

Сам Роман в Бутырке, и Феликс там же. Но на свободе Никита. И он в состоянии наказать Виолетту за предательство. У него своя служба безопасности, своя личная бригада отмороженных «опричников»…

Виолетта вышла из джакузи, сполоснулась, подошла к зеркалу. Красивая молодая женщина, великолепное тело, свежая атласная кожа. И все это может разом исчезнуть. Красоту сожрет трупный яд, кожа сгниет, тело сожрут могильные черви. И все это может случиться очень скоро…

Нет, нельзя поддаваться панике. Все хорошо, все прекрасно… Виолетта встряхнулась, оделась и вышла из ванной. Сейчас она приведет себя в порядок и отправится… Отправится куда-нибудь, ну, например, в ночной клуб. Хватит хоронить себя заживо. Нужно жить и наслаждаться жизнью. Пока есть возможность. А возможность есть. Пока… Снова это проклятое «пока»… Нет, с ней ничего не случится. Ничего…

На ходу разгоняя мрачные мысли, она вошла в гостиную. А там… Виолетту хватил столбняк, когда она увидела Никиту.

Этот высокий статный мужчина с благородной проседью в густых волосах сидел в кресле и смотрел на нее немигающим взглядом. На губах снисходительная усмешка.

– Никита… – выдавила она. – Как… Как ты…

– Как я сюда попал? – помог он ей.

– Да…

– Очень просто. Ты не сменила замки. А у Романа был свой ключ от твоей квартиры…

– А как… Как он дал тебе этот ключ? Он же в изоляторе…

– Изолятор – это не загробный мир.

– При чем здесь загробный мир? – с содроганием спросила Виолетта.

Она чувствовала чье-то присутствие за спиной. Кто-то из телохранителей Никиты дышал ей в затылок. И, возможно, в руках у него удавка. Сейчас ее задушат, подвесят к люстре. От нее избавятся как от опасного свидетеля… Не зря же Никита завел разговор про тот свет.

– Да так, к слову пришлось, – понимающе улыбнулся он.

– Никита… Никита, зачем ты здесь?

– А как ты сама думаешь?

– Никита… Я… Они меня заставили…

– Это ты о чем?

– Ты знаешь, о чем… Они узнали о моем прошлом. Они могли посадить меня за настоящее… Никита, у меня не было выбора. Мне пришлось рассказать, как все было…

– А что было? Ничего не было… Нет никаких доказательств, что Влада убил Роман. Только твои показания… Но они уже недействительны…

– Почему?

Виолетта и сама знала ответ на этот вопрос. Сейчас ее убьют. И ее показания потеряют силу…

– Да потому, что ты не будешь свидетельствовать против Романа в суде.

– Никита… Никита, ну пожалуйста, не убивай! – взмолилась Виолетта.

– А кто тебе сказал, что я собираюсь тебя убить? – усмехнулся Никита.

– Тогда что… Что ты хочешь со мной сделать?

– Я хочу тебя сжечь, только и всего.

– Никита!..

– Вот только благодарности не надо!

– Никита, ну, пожалуйста!..

– Виолетта, я не понял, ты что, не хочешь ехать со мной на Гаити? Тебе не нравится жаркое солнце, на котором я хочу тебя сжечь?.. Да, Виолетта, да. Мы едем с тобой в Малайзию. Есть такой остров Лангкави. Настоящий земной рай… Или ты не хочешь ехать со мной?

– Я… Я хочу… Но у меня подписка о невыезде…

– Считай, что я ее аннулировал… Виолетта, мне почему-то кажется, что я нагнал на тебя страху. Извини, если это так. Поверь, ничего плохого я тебе не сделаю. Так что расслабься. И если хочешь, получай удовольствие… А ты хочешь? Ты хочешь ехать со мной?

Похоже, Никита говорил серьезно. Он не собирается ее убивать. Он всего лишь хочет увезти ее из России.

– Надолго?

– Да хоть навсегда… А если серьезно, то мы выедем, как только начнется судебный процесс…

– Я поняла.

– А пока мы побудем в Москве… Знаешь, я буду за тобой ухаживать. А как же иначе? Я же не могу взять тебя с собой просто так. Ты должна быть как минимум моей любовницей…

– А как же Роман?

– Рома не возражает. Можешь в этом не сомневаться… Кстати, он даже ключи возвращает. Вот одни…

Никита положил на столик ключи от ее квартиры.

– А вот другие!