На кону - жизнь - Владимир Колычев

Феликс вышел из транса, отшвырнул от себя проститутку, выгнал ее взашей. Быстро привел себя в порядок, оделся, вытащил из тайника «тревожный» кейс. Важные деловые бумаги, небольшая сумма денег и два заграничных паспорта – один настоящий, другой фальшивый. Феликс решил воспользоваться последним.

Шурыгина арестовали при попытке убийства. Это значит, что расколоть его легче легкого. Наверняка он показал на Феликса. И, возможно, в аэропорты уже отправлена ориентировка на него.

К фальшивому паспорту прилагался парик, очки с белым стеклом и несколько силиконовых вкладышей, с помощью которых можно было слегка изменить свою внешность. Осталось только привести себя в соответствие с фотографией в этом паспорте. С этой задачей Феликс справился быстро.

В подземном гараже его дома стояло несколько машин. Феликс выбрал скромный «Форд Фокус». И на нем отправился в путь.

В аэропорту он долго присматривался к окружающим. Нет ли среди них подозрительных людей, не следят ли за ним. Нет, все было чисто. Феликс взял билет на ближайший заграничный рейс, который позволяла ему фальшивая шенгенская виза. Качество фальшивки было идеальным. Он мог не бояться разоблачения.

На паспортном контроле его ждала красивая молодая женщина. Ее милая улыбка очаровывала и окрыляла. Такое ощущение, будто за границу можно улететь без самолета… Красавица сверила фото на паспорте с его внешностью. Снова премило улыбнулась. Протянула к нему руку с документами. Но на середине пути рука вернулась назад, паспорт тоже.

Ее улыбка стала еще ярче. А какой волнующий у нее голосок.

– Феликс Максимович, снимите, пожалуйста, парик! – попросила она.

До него не сразу дошло, что женщина назвала его по настоящему имени-отчеству. А еще парик…

– Какой парик? – хватая ртом воздух, взвыл он.

– Вот этот!

Чья-то сильная мужская рука сорвала с его головы парик. Феликс обернулся и увидел перед собой двух крепких мужчин. Дружелюбия в их взглядах не наблюдалось.

– Майор милиции Якушев, Управление по борьбе с оргпреступностью, – представился один. – Далеко собрались, гражданин Подколзин?

Второй не сказал ничего. Он просто надел на Феликса наручники…

– По какому праву? – взвизгнул Феликс.

– По праву крупье… Вы проиграли, гражданин Подколзин. Ваша ставка бита!..

Его вывели из здания аэропорта, посадили в машину и повезли в Москву.

– Куда вы меня везете?

– В центр тюремного досуга, – усмехнулся Якушев. – Не слыхали, в Бутырском изоляторе такой открылся?

– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – встрял в разговор второй мент.

– Будут ему смотрины… Кстати, Феликс Максимович, ты подставил вора в законе. Идол его кличка, слышал про такого?

– Нет… Я никого не подставлял…

– Да? А он почему-то по-другому думает… Ты Норильцева убил, а мы решили, что его Идол сделал. И не очень вежливо с ним поступили. Злится на нас Идол. Но с нас-то взятки гладки. А вот с тобой он церемониться не будет. Он, получается, за тебя пострадал. Теперь твоя очередь страдать… Короче, в тюрьме тебя ждет веселая жизнь…

Феликс от страха сжался в комок. Сама по себе тюрьма представлялась ему адом. А тут еще, оказывается, против него ополчился главный черт. Поддадут ему жару, как пить дать поддадут…

– Да ты не расстраивайся, Максимыч, – куражился Якушев. – Относись ко всему как к игре… В бомжа играл? Играл. Теперь вот в арестанта поиграешь. Веселая будет игра, я тебе обещаю. Только ты сильно не веселись. А то самых веселых в тюрьме кукарекать заставляют. А это очень плохая игра, я тебя уверяю…

Менты знают про игры в бомжей. А кто их мог просветить? Ну, конечно же, Шурыгин. И с убийством Норильцева он его сдал. И вообще… Значит, менты знают все, все, все… И все же Феликс попытался брыкнуться.

– Я не понимаю, о чем вы говорите? Какие-то бомжи, какой-то Норильцев. Я ничего не знаю…

– Мы эту песню уже слышали. Твой друг Шурыгин пел… Он тоже сначала в непонимайку играл. Да только против фактов не попрешь…

– Какие факты?

– Очень интересные факты, смешные, я бы сказал… В бассейне с пираньями кто купался? Ты купался…

Они и это знают… Да, похоже, Рома Шурыгин точно раскололся по полной.

– Часы «Noblia» со сломанной застежкой у кого были? У тебя были. Кто их на месте убийства Норильцева потерял? Ты их потерял. Ты Норильцева убил, а следы замести не смог. Опознали тебя, дорогой…

– Как опознали! Не могли опознать. Я в… – начал было и осекся Феликс.

– Правильно, в парике ты был, – продолжил за него Якушев. – И в очках ты был. Но это не значит, что тебя трудно будет опознать… Да и не надо тебя опознавать. Шурыгин во всем сознался. Сказал, что ты Норильцева убил. Ты, и точка…

Да, Норильцева убил Феликс. Но ведь он это сделал по заказу Шурыгина. Почему он должен за всех отдуваться?.. Нет, во всем виноват Роман. А Феликс всего лишь невинная жертва карточной игры.

– Он… Он меня заставил… – подавленно кивнул он.

– Конечно, заставил. Взял за руку и повел Норильцева убивать.

– Нет… Мы в карты играли. На человеческую жизнь. Я проиграл… Нужно было долг отработать. В общем… Ну, вы сами понимаете…

– А ты думаешь, мы этого не знаем? – усмехнулся Якушев. – Знаем. Мы все, сокол ты неясный, про тебя знаем… Сначала ты должен был Алексея Губанова убить, не получилось…

– Не получилось! – всхлипнул Феликс.

От его крутости не осталось и следа. Только слезы на глазах. Легкий намек на запоздалое раскаяние.

– Тогда Шурыгин решил тебя пираньям скормить. В наказание…

– Нет, не совсем так… Я не хотел убивать. Это не в моих принципах. Я же не убийца… А Шурыгин настаивал. Говорит, если не хочешь убивать, ныряй к пираньям. Продержишься пятнадцать минут, спишу с тебя долг… Не получилось. Страшно стало…

– Жаль, что пираньи тебе яйца не отгрызли. Глядишь, и Норильцев был бы жив… Сука ты, Подколзин. Змея ты подколодная. Человека ни за понюшку табака убил. Карточный долг… Знаешь, куда мы едем? В казино мы тебя везем. Только боюсь, что карты тебе не сдадут. Не ты, а на тебя играть будут…

– Кто?

– А у кого вы, твари, на людей играть научились? У зэков?.. Вот к ним ты сейчас и едешь. Они будут на тебя играть. Кто тебя выиграет, тот тебя и танцевать будет…

Феликс Подколзин совсем раскис. Голова обессиленно опустилась на впалую грудь…