Клуб заграничных мужей - Мария Жукова-Гладкова

– Хватит, – сказала она. – Все-таки в гости идем. К мужикам.

Услышав ее, Костя сник, но Верка тут же чмокнула его в обе щеки, и братец воспрял духом. Верка пообещала заночевать у нас. Костя полетел вниз по лестнице на крыльях, даже забыв про лифт. Верка покачала головой, мы с Сашкой многозначительно переглянулись.

Поехали на моей машине, так как Веркина все еще находилась в ремонте. Притормозили на некотором удалении от указанного места, чтобы не привлекать внимания новенькой «БМВ». Я вообще настояла, чтобы автомобиль стоял во дворе одного из многоэтажных домов, возведенных в этих местах в брежневскую эпоху. Мишенька сегодня вещал мне, что они с компаньонами паркуют машины за дальним от города рядом деревцев и кустиков, с трех сторон окружающих строение, в котором проводятся мероприятия, и предлагал мне поставить мою там же. Но я сразу отвергла эту идею, хотя вслух ничего не сказала.

Костя желал занять такой пост, чтобы церковь Святого Дона Жуана все время находилась в поле зрения. Но мы втроем – сын, Верка и я – большинством голосов решили, что машину все-таки следует спрятать. Косте с Сашкой тем не менее было разрешено прогуливаться по огромному пустырю, на который уже вышли собачники.

А к интересующему нас строению, стоящему особнячком за упоминавшимися Мишей деревьями и кустиками, двигались особы женского пола. Не могу сказать, что шли толпами, но городской автобус выплюнул из своего чрева где-то около пятнадцати дамочек, сразу же направившихся к зданию. Затем пятеро вылезли из маршрутки. Еще две обогнали нашу компанию, пока тусующуюся у ближайшего жилого многоквартирного дома. О том, куда они направляются, мы поняли из разговора. На нас четверых дамочки не обратили никакого внимания.

– Тебе не показалось, что они немного не в себе? – тихо спросила Верка, когда тетки покинули радиус слышимости.

Я думала как раз об этом: лица у них были какие-то прибацанные.

Тут с объяснениями влез мой не по годам развитой сын. Он заявил, что примерно такие же выражения лиц видел у пацанов из старших классов после того, как они понюхают какую-то дрянь в туалете.

– Надо перевести его в другую школу! – воскликнул братец, хватая меня за рукав. – Лана, ты понимаешь, какому влиянию подвержен ребенок?! А ты все твердишь: близко к дому, близко к дому! Я возить буду, главное, чтобы школа хорошая была и люди приличные.

– Мое положительное влияние все равно пересилит, – ответила я невозмутимо, сбрасывая Костину руку. – Саша же понимает, что курить и нюхать всякую дрянь вредно для здоровья, правда, сынок?

– Конечно, мама. – В эту минуту с сына опять можно было писать младенца на руках у Божьей Матери.

Костя буркнул под нос что-то нечленораздельное, но с воспитательными речами ни ко мне, ни к Сашке больше не лез. Наверное, все-таки понимал, что сейчас перед нами стоят другие задачи, и планировал повоспитывать Сашку, когда меня не будет поблизости. Правда, как я стала замечать в последнее время, на моего сына как сядешь, так и слезешь. В особенности если влезть хочет родной дядя. Меня-то он слушается… Пока.

– Так, значит, думаешь, накурились? – в задумчивости посмотрела я на сына.

Но тут с рациональным замечанием выступила Верка, заметив, что тетки, скорее всего, приняли какие-то таблетки. Это проще. Стали бы «проповедники» обеспечивать их нюхательной или курительной дрянью? А если родственники заметят, как прихожанка колдует над плитой, в ванной или где-то еще? Зачем Мишеньке и компании лишние проблемы? А таблетки… Причем это могут быть любые препараты: и свободно продаваемые в аптеках (теперь практически все дают без рецепта, главное, знать, что принимать и в каких пропорциях), и запущенные только в левое производство и разработанные специально для таких случаев.

– Для каких «таких»? – влез Костя.

В качестве примера Верка привела элитный закрытый клуб для женщин, где у нее работает знакомый мужик-стриптизер. Там дамам иногда дают принять некие таблетки, например, помогающие расслабиться и снять напряжение. Некоторым добавляют в коктейли, кстати, чаще, чем в открытую. В клубе работают специально нанятые психологи и врачи. Перед тем как даму принимают в такой клуб, о ней исподволь наводят справки, да ведь и приходят туда только по рекомендации. Клубу не нужны неприятности, и клиентке не дадут ничего, что может навредить здоровью. Уже после первого посещения (плюс предварительный сбор сведений) специалистам, работающим в клубе, становится понятно, что нужно той или другой красотке. В клубе есть несколько так называемых «уровней», на верхние допускают не сразу. Опять же свои интересы: удержать клиентку как можно дольше и ни в коем случае не быть привлеченным к ответственности.

Уже первый «уровень» пропитан чувственностью и желанием, там мальчики с роскошными телами исполняют стриптиз. На следующих часто используются ароматизаторы, таблетки – все, что специалисты подобрали для данной конкретной клиентки, чтобы она получила максимальное удовольствие. Наркотиков в традиционном понимании там нет, они как раз запрещены: это одно из правил клуба. Но, можно сказать, что попавшие туда женщины садятся на иглу. Они понимают, что никогда раньше не испытывали такого наслаждения и нигде в другом месте его не испытают: никакие проституты и разовые любовники не могут и близко подойти к классу элитного клуба, и не только потому, что там работают особо талантливые мальчики. Дело в сочетании всего и в индивидуальном подходе. И раз попавшие дамы возвращаются вновь и вновь, несмотря на очень высокую стоимость услуг.

Костя с Сашкой слушали подругу, распахнув глаза, раскрыв рты и превратившись в одно большое ухо.

– Тетя Вера, а вы там бывали когда-нибудь? – спросил Сашка полушепотом.

– Да, – кивнула подружка. – Как на курсах повышения квалификации.

– Ты что, теперь и с женщинами? – взглянула я на подружку с ухмылкой.

Верка выразилась так, что мне хотелось закрыть сыну уши, но я порадовалась, что ориентация подружки не изменилась, а она по ходу дела добавила, что с женщиной не станет ни за какие бабки (как уже сегодня при мне говорила Анне Павловне) и ни за какие блага. Мужики, конечно, в большинстве своем – дерьмо, но все равно лучше баб. С последним утверждением я была согласна на все сто, если не сто пять процентов, поэтому высказала одобрение выбранной Веркой политики (или сферы приложения талантов) и уточнила, какую же все-таки квалификацию она там повышала.

Подружка изучала, как работают самые элитные проституты-мужчины. На девчонок-то ей довелось насмотреться вдосталь, а вот работу мужчин видеть не приходилось. Стало интересно.

– И мужской стриптиз заводит, – призналась Верка. – Даже меня. Там, конечно, все подобрано: музыка, освещение, запахи… Я думала, что уже неспособна так реагировать на мужиков…

Я уточнила, когда подружка выбиралась в этот клуб. Оказалось, что вскоре после выписки из клиники Рубена Саркисовича, когда она лечилась после изнасилования чеченцами. Верке, кстати, посоветовал тот клуб лечащий врач. Как выяснилось, гинекологи и сексопатологи, работающие в соответствующем отделении многопрофильной клиники доктора Авакяна, активно сотрудничают с упомянутым клубом и направляют туда кое-кого.