Тайна стеклянного склепа - Юлия Нелидова

Под визг и крик пешеходов мы подкатили к «Астор Хаус». Зои заглушила мотор и, перебравшись на заднее сиденье, принялась вытаскивать из-под него нечто большое и прямоугольное — оказалось чемодан.

— Я совершенно серьезно сбежала из дома, — бросила она через плечо на наши с Бенксом удивленные взгляды.

Сразу же, будто джинн из волшебной лампы, явился швейцар. Неведомо, что его привлекло больше: шум или приезд нового гостя. Он замер в недоумении всего на несколько мгновений, сбегая по ступенькам, но тотчас же очнулся:

— Доброго дня, мисс… Зои! — Верно, узнал авто девушки, но саму девушку — не сразу. В грязном бесформенном пальто, со всклоченными коротенькими волосами она производила впечатление бездомного. Но в лучшей гостинице Нью-Йорка служат только очень сообразительные швейцары, потому наш друг тотчас отмел вероятность кражи, вероятность, что перед ним мадам Бюлов, поскольку та умерла, доктор был в могиле, младший доктор никогда не садился за руль этого печально известного «Форда».

Зои извлекла из своего «Форда» чемодан, совсем нелегкий — принимая его, коридорный согнулся будто пальма под штормовым ветром. Не задав ни единого вопроса, он понес тяжелую ношу к дверям. Важно подойдя к стойке, Зои попросила триста сорок седьмой, прибавив — «как обычно», и триста сорок восьмой.

— Номер для этого господина, — небрежно ткнула она пальцем в меня. — Запишите на счет папеньки.

Портье безмолвно склонил голову. Мы перекинулись каким-то умоляюще-отчаянным взглядом. Может, тот понял, что я — лишь очередная жертва взбалмошной баламутки, может, он даже услышал, как Зои шепнула мне на ухо, что патефон и звуковые дорожки все еще при ней и тотчас же отправятся в полицию, если я вздумаю бежать.

Когда сгустились сумерки, Зои явилась за мной в мой «триста сорок восьмой».

Она стояла на пороге в светлом летящем платье, волосы были искусно подобраны наверх под маленькую кокетливую шляпку, на глаза спускалась вуалетка, под подбородком горела брошь, ладони затянуты в белые кружевные перчатки. Несколько обескураженный сменой облика девушки, я не сразу заметил чемодан у ее ног — складки юбки отчасти загораживали его.

— Подвинься, — буркнула она, оттолкнув меня. И бесцеремонно втянула чемодан за порог.

— Зачем это? — проронил я, безотчетно хватаясь за свою трость.

— На случай, если папенька вздумает явиться. Пусть мой скарбишко побудет у тебя.

И увлекла за собой вниз, я и опомниться не успел.

Я не знал, что задумала девушка, но видно было — задалась ясной и четкой целью обвести меня вокруг пальца. То она заговаривала меня, то пыталась подпоить, верно, чтобы иметь возможность осуществить какие-то тайные и возможно темные замыслы.

В ресторане гостиницы — мы уселись друг против друга за круглым столиком — она готова была пойти на любую уловку, чтобы заставить меня сделать хоть один-единственный глоток виски, которого велела принести целую бутылку, даже предпринимала казавшиеся пошлыми и в то же время по-детски неуклюжими попытки обольщения. Словно ребенок подражает взрослому. Эти томные вздохи, улыбки, игра глазами, обнаженная ножка под столом. Зои была чрезвычайно прямолинейна и не унаследовала гибкости Элен в вопросах магнетизма. Той удавалось пользоваться многими техниками гипноза, совершенно не подозревая о существовании таковых. Элен действовала по наитию и никогда не проигрывала. Зои напротив — была по-мужски топорна.

Эх, я, наверное, сделался совершенно бесчувственным дураком. Напротив меня юная барышня в легком муаровом платье что-то говорила, кокетничала, сверкая безупречной белизной острых, как у хищницы, зубок, а я сидел все равно что деревянный истукан и ни разу не улыбнулся в ответ. Весьма странное чувство, граничащее с яростью. Нет, все же она очаровательна, а злился именно поэтому… Изо всех сил старался не забывать, что она мне в дочери годится и что характер ее столь своеволен, что, не ровен час, я проморгаю какую-нибудь выходку.

Так и случилось.

Явился Бенкс, которому вдруг невтерпеж было куда-то исчезнуть, мы и не заметили его исчезновения. Он, вероятно, успел исписать весь свой блокнот, а может, даже настрочил статью про венерианцев, которую завтра мы будем иметь счастье читать за завтраком в периодике «Таймс». Журналист помахал через весь зал ресторана.