Самовар с шампанским - Дарья Донцова

– Ага, – взвизгнула Лоретта, – но ненадолго! Когда заявили о краже, отец Поля вспомнил, что нашел ключи не на месте, и примотался к сыну. Надин в Париже тогда не было, она на медсестру училась, ее отправили в провинцию на практику, мать с ней поехала. Алан Жан-Жак сразу понял, что произошло, и сына чуть не убил. А Поль – ну не балда ли? – признался в содеянном.

– Что мне оставалось делать? – пробормотал Эвиар. – В отца будто бес вселился, он мне пощечин надавал, орал: «Если не расскажешь все, вызову полицию!» Буквально выдавил из меня правду, а потом пошел к Анне и все ей выложил!

– Не надо было колоться! – заорала Лоретта. – Моя тетка и родители Поля поставили нам условие: они ничего не сообщают полицейским, крепко держат язык за зубами, но мы уезжаем из шестого округа и никогда сюда не возвращаемся. Они нас прокляли и вытурили. И моя мать позже так же поступила, ей Анна все доложила.

– Мы как раз закончили школу, сняли квартирку, я устроился подсобным рабочим, – объяснил Поль, – Лоретта пошла ученицей в парикмахерскую. Сергей через некоторое время привез нам деньги и приказал: «Не шикуйте, живите тихо». Мы так и поступили. Кстати, сумма, которую мы от него получили, оказалась очень скромной.

– Но вы купили роскошное подвенечное платье, – напомнила я.

– Это же свадьба! – возмутилась Лоретта. – Лучший день в жизни. Да, я хотела наряд от Шанель и получила его. Но торжества не было, мы с Полем вдвоем регистрировались, потом в ресторан пошли без единого гостя.

– Сергей продолжал прилетать в Париж? – поинтересовался Николя.

– Да, – подтвердил Поль, – но он перестал ремонтировать квартиры.

– И где он жил? – не успокаивался Николя. – У вас?

– У нас даже лишний таракан на съемной квартире бы не поместился, – огрызнулась Лоретта. – Он жилье арендовал.

– И что Серж в Париже делал? – спросил Васкос.

Лоретта опустила глаза:

– Новый бизнес организовал, туристические группы из Москвы привозил.

– Интересно… – протянула я. – Сколько человек приезжало?

Поль и Лоретта переглянулись.

– Начав, лучше не останавливаться, – резко сказал Николя. – Где расположена его квартира? Или жилплощадь всякий раз была другой?

– Нет. На авеню Опера, – после короткой паузы сообщил Поль.

Я подняла брови:

– Самый престижный район Парижа, жилье там на вес золота. Туристы что, ездили семьями? Папа, мама, дети?

– Ну… нет, – пробормотал Поль, – это были не родственники, посторонние друг другу люди.

– Зачем чужим селиться вместе? – недоумевала я. – Знаю, что многие приезжие снимают за границей квартиры, жить там значительно дешевле, чем в отеле. Но сомнительно, что на авеню Опера можно найти недорогие апартаменты.

– Э… э… – пробормотал Поль, – мы не интересовались деньгами, наше дело убрать, помыть, подать еду.

– Заткнись! – взвизгнула Лоретта. – Как мне твой болтливый язык опостылел!

– Подать еду? Помыть? – тут же отреагировал Николя. – Вы служили у Сергея прислугой?

– Вот куда вы регулярно отправлялись по пятницам! – осенило меня. – А Роже с Мари решили, что вы бегаете в дешевые меблирашки для вкушения супружеских радостей. Дома на Сент-Андре дез Ар тесно, а еще дети, негде расслабиться. Но вас не было долго! Свидетель сказал, что вы возвращались в субботу за полночь.

– Какой еще свидетель? – подскочила Лоретта. – Мы что, не имеем права делать, что хотим?

– Сколько времени туристы проводили в Париже? – перебил ее Николя. – Врать не стоит, легко проверить, когда Сергей прилетал в Париж и когда он его покидал. Или экскурсанты отбывали сами?

– Они улетали в воскресенье, – сообщил Эвиар.

Я впала в еще большее недоумение:

– Оригинально! Что можно посмотреть в городе за столь короткий срок? И ничего не успеешь купить, в воскресенье магазины закрыты.

– А ну, говорите, чем занимались туристы в квартире на авеню Опера, – потребовал Николя. – Хотя погодите…

Он вытащил телефон и быстро написал кому-то сообщение.

– Они играли, – раскололся Поль, – в покер, с громадными ставками. Прилетали в пятницу в районе девяти вечера, приезжали в апартаменты и садились за стол. Мы с Лореттой подавали ужин, варили кофе, стелили постель, убирали, уходили поздно в субботу. Утром в воскресенье обходились без нас. В понедельник днем я ехал на авеню Опера, снимал грязное белье, полотенца в ванных, выносил мусор, проветривал помещение, запирал его. Вторник, среду и четверг мы туда не заглядывали, в пятницу утром Лоретта привозила еду, заказанную в дорогом ресторане…

У Николя звякнул телефон, комиссар посмотрел на экран:

– О! Интересно. Упомянутая вами квартира была куплена господином Сергеем Мак… боже, эти непроизносимые славянские фамилии!

– Маковецким, – на одном дыхании озвучила я, – но он давно умер. Неужели апартаменты по сию пору записаны на него?

– Мадам Эвиар, примите мои соболезнования по поводу кончины брата, случившейся пять лет назад, – торжественно заявил полицейский. – Но, думаю, ваша скорбь слегка приуменьшилась, когда позвонили из адвокатской конторы и сообщили, что вы стали наследницей шикарных хором на одной из самых фешенебельных улиц столицы Франции!