Уха из золотой рыбки - Дарья Донцова

– Да, да, да, – закивал Пуськов, синея, – слушайте, я тутсовершенно ни при чем.

Год назад Федор ехал по шоссе. Неподалеку от въезда вМоскву, около указателя, на котором было написано: «Конаково», стояла девица споднятой рукой. Пуськов молод, ему едва исполнилось двадцать два года, но парнюздорово повезло в жизни, посчастливилось попасть на работу в«Инкомнедвижимость», в солидную компанию, руководство которой никогда необманывает клиентов и ценит работящих сотрудников. Федор старался изо всех сили уже накопил себе на серебристую «десятку», на которой с превеликимудовольствием катает теперь девчонок. Как все мальчишки, Пуськов беззаботен,поэтому, не подумав ни о чем плохом, он притормозил около девушки и остолбенел.Вблизи она оказалась еще лучше, чем издали, настоящая фотомодель.

Естественно, Федя повез девушку по указанному ею адресу. Подороге разговорились. Красавица сообщила, что ее зовут Настя, живет она вКонакове, в коттеджном поселке, учится в МГИМО, имеет «Мерседес», но сегоднямашина не завелась и пришлось ловить тачку на дороге.

Влюбленный с первого взгляда, Федор не обратил внимания намелкие нестыковки в рассказе Насти. Дело шло к ночи, на какие такие занятияторопилась девица? Хотя, может, она «вечерница»? Почему девушка, проживающая вэлитном месте и владеющая «Мерседесом», не захотела вызвать такси, а потопалапод проливным дождем на дорогу?

Но, повторюсь, в тот день у Феди не возникло никакихсомнений в правдивости слов Насти. В ушах ее покачивались красивые серьги, отволос пахло французскими духами, на плече висела кожаная сумка, а главное,Настенька была просто прелестна.

Завязался роман, и через пару недель у Пуськова появилисьпервые подозрения. Во-первых, Настя никогда не пользовалась своим «Мерседесом».

– Его чинят, – отмахнулась она от вопросов Федора, –какая-то сложная поломка. Если не устранят, куплю себе «Брабус» или «Лексус».

Федор очень удивился. «Мерседес» надежный автомобиль, чтотам могло такое с ним случиться?

Следующее подозрение возникло, когда они поехали на дачу кего приятелям. «Десятка» застряла в жидкой грязи, и Федор попросил Настю:

– Садись за руль, толкну колымагу, а ты газуй.

Девушка кивнула. Пуськов пихнул «Жигули», но они внезапнодернулись и заглохли.

– Настя, – заорал Федор, – ты чего на скорость не поставила?А ну переведи рычаг.

Но и во второй раз ничего не вышло. Федя подошел к подружкеи увидел, что та дергает ручку скоростей, не нажав ногой на педаль сцепления.

– Ты не умеешь водить машину! – осенило его.

– А почему я должна уметь? – воскликнула любимая.

– Но ведь ездишь на «Мерседесе»?

– И что?

– Каким же образом делаешь это?

Настя снисходительно глянула на кавалера:

– У меня шофер.

Федор прикусил язык, но легкое недоверие уже ужалило его.

Потом ему стало не нравиться, что Настя требует подарки иникогда не приглашает его домой. Пару раз Федя довозил ее до указателя «Конаково»,и дальше девушка всегда шла пешком.

– Мой папа, – объясняла она свое поведение Феде, – генералФСБ, убьет меня, если увидит с мужчиной, охранники заметят чужую машину и мигомнастучат, лучше высади меня тут.

Ну а затем вообще приключилась ерунда. Как-то раз Пуськовпоехал с клиентом на объект, проваландался там больше обычного и, поняв, что неуспевает на свидание к Насте, начал ей названивать. У Насти имелся мобильный, ивот еще одна странность, он начинался с восьмерки. Неужели генерал ФСБ,выстроивший дом в загородном поселке, не мог приобрести дочери прямой номер?

– Абонент временно не обслуживается, – сообщил милыйголосок.

Федор крякнул и поехал в МГИМО. Настя неоднократно говорилакавалеру, что ее лекции начинаются в двадцать ноль-ноль.

– У нас мало аудиторий, – объясняла она, – и младшекурсникизанимаются вечером.

Пуськов иногда привозил любовницу на занятия, но послелекций никогда не забирал ее.

– Ты смотри не вздумай тут появиться к концу последней пары,– предупредила Настя, – отец меня сам отвозит в Конаково. Не дай бог, тебяувидит, убьет!

Но сегодня Федя чувствовал свою вину перед Настенькой,прождавшей его на холоде, и прикатил в МГИМО. Тут его поджидало неприятноеоткрытие: никаких вечерних занятий для студентов дневного отделения не было и впомине, их семинары завершались около пятнадцати часов.