Уха из золотой рыбки - Дарья Донцова

– Крови она у меня цистерну выпила, – вываливала СофьяНиколаевна, – сил по ней горевать не осталось. Да к тому все и шло.

– Как погибла Ася? – тихо спросила я. – И когда?

– А в июле, двадцатого числа, мне, правда, позже сказали,тело в морге лежало, неопознанное.

– Вы не удивились, когда девочка не пришла ночевать?

– Так она и на неделю загулять могла! – пояснила Софья Николаевна.– Ну совсем без головы была, умотает незнамо куда, потом, здрасте, является. Давам меня не понять. Небось ваши дети по подвалам не шляются, водку не пьют и совсей улицей не трахаются.

Из моей души вырвался вздох, это верно. И Аркадий, и Машканикогда не доставляли мне особых хлопот, подростковый возраст они прошлиспокойно, без эксцессов. Но если представить на минутку, что в нашей семьеподрастает такая Ася, смогла бы я спокойно лечь спать, зная, что девочка где-тошляется? Скорей всего, нет, понеслась бы искать непутевое дитятко. Впрочем,хорошо сейчас рассуждать, а коли так бегать придется каждую ночь? Некоторыедетки выдавливают из своих родителей любовь по капле, словно зубную пасту изтюбика. И не надо осуждать Софью Николаевну.

– Под машину Ася попала, – спокойно объяснила она, – где-тона МКАД, дорогу перебегала пьяная.

– Водителя не нашли?

Софья отмахнулась:

– Нет, конечно. Ее саму-то дальнобойщики обнаружили,приспичило, вот в кусты и побежали, а там Ася. Видать, тот, кто сшиб, тело вовраг спихнул и умчался. На Митино похоронили, теперь памятник поставлю, и все,моя совесть чиста.

– Подруги у нее были?

– Целый двор.

– Не припомните имен?

– Зачем?

– Следует свидетеля позвать, чтобы видел, как я вам деньгиотдавать буду.

– Погодите, – велела Софья и вышла.

Не успела я подумать, что неплохо бы покурить, как хозяйкавернулась вместе с худенькой девицей самого безобразного вида.

Голова пришедшей была выкрашена в три цвета. Сейчас этоочень модно, и Зайка тоже носит разноколерные прядки. Только волосы Ольги мягкоперетекают от светло-розового через пепельный к блондинке, а у девушки, стоящейпередо мной, на макушке торчали ярко-синие лохмы, челка походила на перезрелыйбаклажан, а виски радовали зеленым кислотным оттенком.

В ушах у красавицы висела связка колечек, на шее красоваласьтатушка: красно-черная бабочка.

– Это Галя, – сообщила Софья.

Я молча написала на бумаге пару слов и отдала ассигнациюСофье. На лестничную клетку мы с Галей вышли вместе.

– Повезло Соньке, – хриплым, то ли простуженным, то липрокуренным голосом заявила Галя, – такие деньги ни за что отхватила.

– Если ответите на мои вопросы, можете столько же получить,– быстро предложила я.

Галочка обрадовалась:

– А что спрашивать станете?

– Можно к вам зайти? Вы, очевидно, недалеко живете?

Галя засмеялась и толкнула дверь:

– Здесь, соседи мы.

Я вошла в узкий коридор и чуть не задохнулась от запаха.Галочка спокойно поинтересовалась:

– Воняет вам?

– Ну… не очень приятный аромат.

– Отчим на мясокомбинате работает, – объяснила Галя, –спецовку принес постирать. Как на его комбинезон взглянешь, так никакой колбасыне захочешь, топайте в мою комнату.

Я села в кресло возле неубранной кровати и, стараясь несмотреть на серый от грязи пододеяльник, приступила к допросу.

– Хорошо знали Асю?

– Так мы соседи.

– Приятная она девушка была?

– Говно, вечно у всех все тырила.

– Она вам ничего про историю с «Кока-колой» не рассказывала?

– С чем?

– Ася летом пристроилась торговать у метро газировкой.

Внезапно Галя прищурилась:

– А не врите.

– Я всегда говорю правду! Ваша подружка стояла возле станции«Спортивная» с лотком.

– Да и фиг с ним. Можете меня не проверять, все знаю профирму, между прочим, могу очень хорошо работать.

Я растерялась.

– Вы о чем?

– Ясно, – с удовлетворением отметила Галя, – удостоверитьсяхотите? Да рассказала мне Аська все! Хоть вы ее и предупреждали, что нельзя.Брехло она была и воровка, я не такая, честно трудиться стану.

– Ты про «Кока-колу»?

– Ой, – погрозила мне пальцем Галочка, – ну и хитрюга! Могурассказать, в чем дело, возьмете тогда?

– Начинай, – велела я.

Галочка принялась вываливать информацию. Если опуститьмногочисленные матерные слова, которыми девушка, абсолютно не смущаясь,пересыпала свою речь, вкратце дело обстояло так.

Ася пристроилась работать в фирму. Служба у нее оказаласьболее чем специфическая, следовало гулять около метро с сотовым телефоном,приглядывая за бомжами, если вдруг затевалась драка или другая какая разборка,девушка должна была мгновенно сообщить об инциденте ментам, которые дежурили насоседней улице.