Любовь с алмазным блеском - Мария Жукова-Гладкова

Когда Дима собрался звонить с отчетом Ивану Захаровичу, я вспомнила, что спящие не подали сигнала, и все их телефоны – по нашим сведениям – оказались выключенными.

Телефонов ни у кого на площадке не оказалось.

Выслушав отчет, Иван Захарович велел половине отряда остаться рядом со спящими, а другой половине возвращаться в деревню староверов. Я объявила, что мы с Пашкой остаемся. Мне страшно хотелось выслушать рассказ о случившемся (по крайней мере то, что ребята вспомнят) как можно быстрее.

И мое терпение было вознаграждено.

Народ, наконец, стал просыпаться еще засветло, и это радовало. Не хотелось возвращаться по горам в темноте, хотя у всех были с собой фонарики. Пока мы ждали пробуждения спящих, мои спутники осмотрели окрестные расщелины и нашли еще одно тело. Мы его опять засняли и подняли наверх. К моему сожалению, Константина не нашли. Как и еще одного парня.

Очнувшись от вынужденного сна, люди вначале не понимали, где находятся. Однако все были профессионалами, поэтому, едва придя в себя, начинали прилагать волевые усилия, делать какие-то упражнения, которым их явно специально обучали как раз на случай таких нештатных ситуаций. Да и товарищи помогали.

Наконец они смогли говорить. По их словам, произошло следующее. Добравшись до площадки, они увидели трех мертвецов и одного умирающего. Те на самом деле были представителями «Росалмторга». Тому, кто еще был жив, попытались помочь, но все, включая его самого, понимали, что это бессмысленно. Однако перед смертью мужчина сказал поразительную вещь: на шее скелета из пещеры висел замшевый мешочек, а в нем был алмаз! Настоящий крупный алмаз!

Алмазы очень часто омываются в крови и будто призывают смерть к тем, кто до них дотронулся. На этот тоже сразу же нашлось несколько претендентов. Умирающий не мог сказать, что теперь будет с находкой, за которую он, как и трое его товарищей, сложили жизни. Он признал, что в одно мгновение будто сошел с ума, у него помутился разум! Начальник их отряда связался по спутниковому телефону с начальством и доложил о находке. Потом он с двумя помощниками попытался успокоить дравшихся. Не получилось. Насколько понял умирающий, начальник отряда предпочел отдать алмаз одному из подчиненных, с которым у него давно были нелады, и остаться в живых. Вроде представители «Росалмторга» пошли с площадки вниз двумя дорогами. Одна группа из трех человек – с алмазом, другая – с пустыми руками.

– Вы их встретили? – спросила я у парня, который нам все это рассказывал.

Тот покачал головой. Они видели только три трупа и умирающего, и подчиненный Ивана Захаровича показал пальцем на одно из тел.

– А про Татьяну и Виталю вы его успели спросить? – поинтересовалась я.

По словам умирающего, Татьяну и Виталю все время таскали с собой со связанными руками. И после драки их тоже увели – начальник отряда, лишившийся алмаза. Так-так, значит, моя подруга и мой бывший сожитель видели камень, правда, в руках не держали…

– Что случилось потом? Кто вас атаковал?

Этого не мог сказать никто. На них спустилось какое-то странное облако светло-оранжевого цвета. Облако помнили все проснувшиеся.

– Что-то типа сигнального дыма, – сказал один парень. – Правда, у сигнального цвет ярче, и его в основном используют на море. Но в тайге тоже можно… Его англичане придумали.

Про такие сигналы и я слышала, они упоминаются в книгах о Второй мировой войне. Изначально это была разработка английских ученых для экипажей торпедированных судов. Спасательные шлюпки оснащались сигнальными ракетами, дым от которых был виден на тридцать миль и долго держался в воздухе. Но от него не засыпали!

Все понимали, что в нашем случае дело совсем не в сигнальной ракете. Здесь было что-то другое. По крайней мере, большая часть людей осталась жива. Не повезло тем, кто, погружаясь в сон, находился на краю площадки – они уже в бессознательном состоянии побежали прочь и упали вниз.

Но, выходит, алмазы в этих местах все-таки находили и в старые времена? И в пещере похоронен колдун, один из тех, кто на самом деле носил на груди мешочки с алмазами? Но тогда где остальные?

Стоп, а ведь мешочки-то должны быть меховые, из шкуры какого-то священного животного… Так, по крайней мере, говорил ныне покойный Василий. Или Савелий Елисеевич? Неважно. Важно, что должен был быть мех, а не замша. Откуда у старых колдунов замша?!

И зачем все-таки Руслан прихватил с собой противогазы и еще какие-то средства химзащиты? Он знал, что в этих местах будет использоваться химия? Или только предполагал?

Мы засняли все, что только могли, и решили начать спуск. Не ночевать же в горах! Кое-кто из ребят уже покашливал – еще бы, ведь они пролежали больше суток на холодных камнях…

В деревне мы с Пашкой первым делом перегнали записи в холдинг, потом поужинали – и отправились в путь. Иван Захарович сказал, что нам двоим в тайге больше нечего делать. Я на самом деле была сыта и всем регионом, и горами, и странными деревнями с их жителями. Мне хотелось домой. Но очень беспокоило отсутствие Татьяны и Витали.

– Я решу этот вопрос, – сказал мне на прощание Иван Захарович, надумавший почему-то подзадержаться в этих местах. Но разве он станет кому-то объяснять причину? – Не волнуйся. Я же никогда не бросал своих.

* * *

По возвращении в Петербург я закрутилась с работой – убивать и грабить в нашем родном городе не перестали. Также раз в неделю мы давали «сериал с продолжением» об алмазах, алмазодобыче, превращении камней в бриллианты, а также о Настене, осваивающей совершенно новый образ жизни. Передачи о приехавшей в Петербург из другого века девушке вызывали большой интерес. Она так и жила у Виктории Семеновны.

После репортажа о деревне родственников богатых людей я получила массу звонков от других богатых людей, пока еще не выселивших надоедливых приживал-родственников в удаленные регионы, с просьбой дать консультации и свести с теми, кто уже давно сообразил, как от них избавиться. Я всем звонившим давала номер «дважды нефтяной вдовы», у которой начался громкий бракоразводный процесс с газовщиком.

После первого звонка обремененного лишними родственниками богатея я позвонила холеной дамочке и предложила отправлять к ней потенциальных мужей за консультациями. Та рассмеялась и обещала пригласить меня на очередную свадьбу. Насколько мне было известно от наших журналистов, занимающихся светской хроникой, она опять была нарасхват – еще не оформив официальный развод, получила три предложения руки, сердца и кошелька. Может, мне у нее консультации брать? А то все никак не могу устроить личную жизнь.

Иван Захарович молчал, на мои звонки не отвечал. Вероятно, решал вопросы. Он не любит никому ничего рассказывать «на полпути».

Все, что могла, мне рассказала Татьяна, вернувшаяся через месяц после того, как в Петербурге оказалась я. Подруга сильно похудела, пребывала в отвратительном настроении и первым делом спросила, когда мы встретились: