Мисс Сильвер приезжает погостить. Гостиница "Огненное колесо" - Патриция Вентворт

Мисс Сильвер разложила рукав жакетика Джозефин на коленях и измерила рукой. Все еще коротковат на пару дюймов. Затем она спросила:

– Значит, вчера вы открыли потайной шкаф в кабинете мистера Стенвея и слушали, о чем мистер Холдернесс говорит с миссис Уэлби?

– Да. Для девушки, которая работает в одном кабинете со мной, я придумал отговорку: сказал, что пойду искать документы, которые мистер Холдернесс попросил найти. С тех пор как Худ показал мне, как открывается шкаф, я ни разу его не открыл, но запомнил, как это сделать. Он открылся легко и бесшумно, наверное, мистер Стенвей следил, чтобы пружина была хорошо смазана. Все было как и в первый раз, только бутылка с бренди исчезла. И я понял, почему так хорошо было слышно, что происходит в соседнем кабинете: деревянная панель деформировалась, с одной стороны на ней была продольная трещина и еще отверстие от выпавшего сучка. Я посмотрел в него и увидел сидящую на стуле миссис Уэлби. Когда я обнаружил, что могу ее видеть, я уже больше не думал о том, чтобы подслушивать, – я просто хотел смотреть на нее. А потом я все-таки стал слушать, потому что мистер Холдернесс сказал очень… ну, очень грубо: «Вы поставили себя в весьма опасное положение».

– Вот как? – сказала мисс Сильвер, и он тут же ее перебил:

– Я должен рассказать вам об этом, но не смогу этого сделать, если вы станете скверно думать о миссис Уэлби. Миссис Лесситер отдавала ей разные вещи, и она, конечно, думала, что они принадлежат ей и она может делать с ними что пожелает. А потом приехал мистер Лесситер, и он угрожал… Мисс Сильвер, он грозился подать на нее в суд.

– Да, мне об этом известно.

Его губы дрожали.

– Как человек может быть таким… таким дьяволом?!

– Пожалуйста, продолжайте, Алан.

– Они говорили об этом, и она сказала, что миссис Лесситер подарила ей эти вещи. Нет, кажется, это было позже… или раньше? Я не помню…

Он уронил голову на руки и сидел, сжимая пальцами виски.

– Она сказала, что, по его словам, он собирался подать на нее в суд, и она пошла к нему.

– В вечер убийства?

– Да. Но там была мисс Крэй, поэтому она ушла.

– Она вернулась туда позже.

– Вам это известно?

– Да.

– Откуда?

– Я это знаю.

– Да, она вернулась. Она сказала об этом мистеру Холдернессу. Она сказала, что находится в очень серьезном положении, а он сказал, что это не обязательно станет кому-то известно – она может об этом молчать. Знаете, по-настоящему я задумался, лишь когда позже прокручивал все это в голове. До того я просто был напуган – я ужасно испугался за нее. Но когда он это сказал, я видел ее лицо. Она не была испугана, она получала удовольствие. Я знаю, как она выглядит, когда чем-то довольна, и в этот момент она была именно довольна. Она не смеялась, но смех звучал в ее голосе. Он сказал: «Ты ведь можешь молчать об этом, так?», а она ответила: «О да, могу. И буду молчать дальше, если выдержу».

Алан снова поднял голову.

– Вот что меня поразило. Он нервничал – а она нет. Я подвинулся, чтобы увидеть его лицо, и вид у него был ужасный. Я подумал про себя: он очень напуган, и я не мог понять, почему. А потом они стали говорить о вас.

Мисс Сильвер сказала, щелкая спицами:

– Надо же!

– Миссис Уэлби боялась, что вы что-то узнали. Они говорили о каких-то записях. Она назвала их «эти чертовы документы» и сказала, что вы о них знаете. А потом добавила: «Я думаю, а не лучше ли дать показания полиции и покончить с этим», а мистер Холдернесс ответил, что это было бы чрезвычайно опасно. – Тон его внезапно стал более жестким. – Это заставило меня задуматься еще больше. Мне не понравилось, как он это сказал. Это звучало так, словно он ей угрожает, хотя в тот момент эта мысль показалась мне нелепой.

Мисс Сильвер кашлянула.

– Это чрезвычайно интересно.

Алан Гровер не обратил внимания на эти слова и продолжал:

– Это было, когда он произнес слово «опасно». Я в тот момент смотрел на него через отверстие от выпавшего сучка. Он смотрел на нее; я испугался, а она – нет. Я подвинулся так, чтобы видеть ее, и она смеялась. Она спросила: «Опасно? Для кого?» И тут у меня появилось чувство, что на самом деле я понятия не имею, о чем они говорят. Смысл их разговора наверняка был совсем другим, потому что дальше она сказала: «Если я дам показания в полиции, мне придется рассказать о том, что я увидела, когда вернулась». Мистер Холдернесс повторил ее слова: «Когда ты вернулась…», а она сказала: «Я ведь сказала вам, что когда я пришла в первый раз, у него была Риетта, и что потом я вернулась. Я ждала, пока она с ним разговаривала. Это было очень увлекательно. Он сказал ей, что нашел старое завещание, которое составил в ее пользу, когда они еще были помолвлены. И представляете, она попыталась его заставить сжечь этот документ! Я всегда знала, что Риетта дура, но не думала, что она настолько глупа. Он сказал ей, что предпочел бы оставить деньги ей, чем кому-то еще. Он сказал, что нашел завещание, когда искал записи матери. Судя по его словам, они лежали на столе». И потом добавила: «Они ведь лежали там, правда?»

Алан резко дернулся.

– Когда она это сказала, я, кажется, не понял этих слов. Не знаю, сможете ли вы понять: у меня очень хорошая память, и я могу пересказать вам весь их разговор, не упустив ни слова.

Мисс Сильвер кивнула – у нее самой была такая память. Он продолжал:

– Я все помню, но когда я слушал эти слова, мне не показалось, что они имеют какой-то смысл. Миссис Уэлби продолжала говорить. Она сказала, что мисс Крэй поссорилась с мистером Лесситером, но не из-за завещания, а из-за нее – миссис Уэлби. Мисс Крэй хотела, чтобы он перестал преследовать миссис Уэлби из-за вещей, которые ей отдала его мать, но Лесситер отказывался. Он сказал, что подаст в суд. – В голосе Алана послышался ужас. – А потом мисс Крэй рассердилась и выбежала из дома. Миссис Уэлби едва хватило времени, чтобы отойти в сторону.

Спицы мисс Сильвер продолжали щелкать.

– Да, я была уверена в том, что это случилось именно так. А что миссис Уэлби делала после этого? Меня озадачил этот промежуток времени. Она зашла к мистеру Лесситеру?

Он покачал головой.

– Нет, она решила, что сразу после такой ссоры это бесполезно. Она пошла домой и выпила кофе. Она сказала мистеру Холдернессу, что сидела и курила одну сигарету за другой, думала, что ей делать, и в итоге пришла к тому, с чего начала: ей нужно вернуться и выяснить все с мистером Лесситером. К моменту, когда она приняла это решение, было уже десять часов. Когда она в своем рассказе добралась до этого места, мистер Холдернесс сказал: «Жаль, что ты это сделала, Кэтрин». Он молчал в течение всего рассказа, а тут сказал, что ему жаль. В тот момент я не понял, что он имел в виду, но теперь понимаю.

По телу его пробежала дрожь. Он жалобно посмотрел на мисс Сильвер.