Последняя жертва - Эвелина Баш

– Сколько претензий! – возмутилась она. – А кто придумал прятаться в туалете?

– У тебя есть идеи получше? – спросил он, доставая из внутреннего кармана кожаной куртки пистолет.

– Нет, – огрызнулась она.

– Тогда сидим и ждём, – он прислонился спиной к сливному бачку и закрыл глаза.

Свалился же ему на голову этот подарочек! И почему он не оставил её у Кристины? Хотел ведь. Ох уж это чёртово чувство ответственности! До этого момента, ему казалось, что рядом с ним для неё – самое безопасное место, теперь же он начинал в этом сомневаться.

И во что они друг друга втянули?

Пару месяцев назад он бы обрадовался перспективе застрять в туалете с хорошенькой брюнеткой, может быть даже с этой самой, которая сейчас ёрзала у него на коленях, кусая губки и разглядывая потолок, но теперь в нём осталось только одно желание – покончить уже со всем этим делом, а потом послать всех куда подальше, напиться виски и завалиться спать в каком-нибудь дешёвом мотеле. Пускай там даже будет пахнуть сыростью и канализацией, но зато никто не будет его тревожить. Никакие брюнетки, и никакой Аксель.

Входная дверь хлопнула и чуть слышно провернулся ключ в замке. Парень напрягся и прислушался. Девушка отгрызла ноготь на безымянном пальце и принялась за средний.

Чьи-то шаги, сопровождаемые едва различимым скрипом металла по кафельному полу, приближались, и вскоре замерли прямо напротив их кабинки. Парень поднял пистолет и щёлкнул затвором. В этот момент дверца кабинки распахнулась.

– Не ждали? – мужчина поднял катану и громко рассмеялся, но тут же затих. – Н-да, над адским смехом мне ещё надо поработать.

Он снял капюшон и пригладил волосы.

– Аксель.

Марк встал на ноги и вышел вперёд, закрыв собой Эмму. Пистолет опускать он не стал.

– Так меня тоже называют, – улыбнулся Аксель.

– И это ты тот самый псих, который разгуливает по городу с катаной, – Марк пригляделся к рукояти. – С моей катаной, между прочим, – сказал он, заметив характерное переплетение и то, как кожа поистёрлась в нескольких местах.

– Не с твоей, а с той, которую ты позаимствовал в отделе улик, – поправил Аксель, поигрывая катаной. – Тебе она всё равно без толку.

– Зато тебе, я смотрю, пригодилась.

– Не даю скучать малышке, – усмехнулся Аксель и погладил лезвие большим пальцем.

– Как ты нас нашёл?

– Я всегда знаю, где ты. Мы с тобой связаны, хоть ты и пытаешься отрицать это. Думаешь, без меня ты станешь нормальным? – поднял он бровь. – Подержи, милая, – он протянул катану Эмме и прошёлся взад-вперёд, насколько позволяло небольшое пространство туалетной комнаты.

Марк опустил пистолет и спрятал его за пояс. Эмма неуклюже взяла протянутую ей катану двумя руками и наблюдала за ним, широко раскрыв глаза.

– Я и так нормальный, – ответил Марк, выходя на середину. – И ты мне больше не нужен.

– Да, неужели? – Аксель вдруг остановился и наклонил голову. – Тогда почему же я здесь? – Глаза его блестели. – Я очень тебе нужен, а ты нужен мне.

Аксель подался к Марку и схватил его за воротник.

– Впусти меня в свой мир, – прошептал он, глядя ему прямо в глаза.

– Оставь меня в покое, – прошипел Марк и что было силы оттолкнул от себя Акселя. Тот лишь слегка отклонился назад, но устоял на ногах.

– Значит, хочешь так, – улыбнулся он и, схватив Марка, швырнул его об стену. Что-то хрустнуло. Раковина, которую Марк задел, или его суставы, некогда было размышлять.

Тряхнув головой, он с лёту набросился на Акселя. Тот пытался парировать удар, но вместо этого получил кулаком в подбородок, отлетел на добрых полметра и стукнулся о кафельный пол. Марк бросился на него, но Аксель оттолкнул его ногами, вскочил легко, словно кошка, и, не дав Марку опомниться, обрушил на него такой град ударов, что тому осталось только закрыться и прижаться лопатками к пластиковой дверце кабинки. Дверца угрожающе скрипела, грозя обрушить всю шаткую конструкцию, которая отделяла кабинки от всего остального туалета.

– Ну что? – Аксель силой заставил Марка убрать руки. – Посмотри мне в глаза, – сказал он. – Впусти меня.

Марк дёрнулся, но Аксель, что было сил, ударил его головой в лоб. Затылок Марка сделал небольшую вмятину в дверце, и он медленно сполз на пол.

Аксель исчез. Вернее не так. Аксель стал частью его. Нет, снова не так, Аксель всегда был частью его. С этим осознанием Марк провалился в темноту.