Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

И надо же было так случиться, чтобы Зелимхан Адашев полюбилАсият Ицхакову, а девушка, вместо того чтобы с презрением отвергнуть кавалера,ответила ему взаимностью. Как молодым людям удавалось ходить на свидания ипочему жители Стефановска ничего не знали о вспыхнувшем романе — отдельнаяистория.

Влюбленные шифровались, словно агенты национальнойбезопасности, но в конце концов случилось неизбежное: Асият забеременела.

Те, кто хоть немного знаком с обычаями народов Кавказа,поймут, какой ужас обуял девушку. Речи об аборте быть не могло. В Стефановскеимелась одна больница, а при ней родильный дом, но записаться к гинекологуАсият никак не могла. Мигом по поселку разнесется весть: Ицхакова нагуляларебеночка. У девушки дома был полный комплект родственников: дед, бабка, отец,мать, братья, сестры. Если семья Асият покроется позором, плохо придется всем.Сестрам будет трудно найти женихов. Родственники будущих мужей станут шипеть вуши парням:

— Зачем тебе Ицхакова? Дурная кровь! Асият шлюха, иостальные девки из ее семьи небось такие же!

Желая избежать позора, мужская часть семьи, скорее всего,убьет девушку, чтобы слух о ее беременности не пошел гулять по улицамСтефановска.

Оставалось два выхода: либо немедленно выйти замуж заЗелимхана, либо прыгать с обрыва в пропасть.

Первое было предпочтительней. Конечно, старухи, увидевслишком быстро округлившийся живот молодой жены, начнут судачить, но пустьсколько угодно цокают языками, позор будет покрыт свидетельством о браке. Носогласятся ли Адашевы породниться с Ицхаковыми? Испуганный Зелимхан набралсясмелости и пошел к матери, та, всплеснув руками, бросилась к мужу. Хасан какраз обедал, он стукнул кулаком по тарелке с такой силой, что разбил ее ипроломил дубовую столешницу.

— Не бывать этому! — заорал он.

— Отец, — начал умолять Зелимхан, — Асият беременна.

— Нам не нужна невестка-шлюха, — еще больше взбеленилсяХасан.

— Это мой ребенок, — пытался уломать старика сын.

— Сучка не захочет, кобель не вскочит, — ответил Хасан, —твоя жена будет чистой девушкой. После брачной ночи старики пойдут на простынисмотреть!

— Асият братья пристрелят.

— И правильно, — кивнул отец, — ты бы то же самое сделал,хотя твои сестры не проститутки. Они в белом платье на своей свадьбе будут, аэтой твари Асият какое надевать? Красное? Позор! Ищи другую невесту. Впрочем,нет, я сам этим займусь.

Узнав о реакции Хасана, Асият испугалась до потери речи.

— Не плачь, — попытался успокоить ее Зелимхан, — нам никакне могут помешать. Не старые времена, поехали в район, в райком партии, там нампомогут.

Очевидно, Зелимхан сильно любил Асият, раз решился на такое.

Молоденький инструктор, услыхав о ситуации, в которую попалипарень с девушкой, возмутился и стал действовать. Партиец лишь на днях закончилинститут, а главное, он родился не на Кавказе, был прислан сюда недавно изсредней полосы России и искренне считал кровную месть отрыжкой прошлого.

Не обращая внимания на слабое сопротивление пары, инструкторвызвал к себе заведующую отделом загса и потребовал расписать местных Ромео иДжульетту.

Та попыталась вразумить партийное начальство, но у паренька,бывшего комсомольского работника, от собственного карьерного успеха слегкаперекосило крышу, и он настоял на своем.

Зелимхан и Асият вернулись в Стефановск законными супругами.Домой они идти побоялись, отправились к местному старейшине, деду Мадрузину.Тот только вздохнул:

— Эх, молодо, горячо! Ну и наломали вы дров. Ладно, ложитесьспать в разных спальнях. А я пока подумаю, как поступить.

Но, как ни старался дед Мадрузин, разрулить ситуацию несумел. Разгорелась война. Зелимхан и Асият затаились в доме у старика, а вСтефановске бушевали страсти. Сначала мать Зелимхана, встретив на улицеродительницу Асият, плюнула в ее сторону. Зарима вцепилась в волосы обидчице,дочери той поспешили на подмогу матери.

Вечером несколько посторонних парней, не из Стефановска,подстерегли на улице одну из сестер Асият, изнасиловали девушку и убежали.Обесчещенная красавица умерла. Ее братья поклялись отомстить и подожгли домХасана. В огне погибло шесть человек. Хасан, недолго думая, взял оружие изастрелил сразу троих мужчин Ицхаковых.

Зелимхан и Асият в ужасе наблюдали, как из-за их любвиродственники методично уничтожают друг друга.

Убив Ицхаковых, Хасан вернулся к себе на пепелище, ночью егопопытались застрелись. От смерти Адашева спас Сергей, его верный работник,мастер на все руки, давно прислуживавший семье. Он ночевал вместе с хозяином всарае, который после поджога дома стал жилищем для оставшихся членов семьи,услышал странный звук и успел прикрыть собой Хасана. Пуля вошла в головуСергея, Хасан поклялся отомстить за него, хоть тот и не принадлежал к родуАдашевых.

Дед Мадрузин пытался, как мог, примирить враждующие стороны,но его, старика, пользовавшегося в Стефановске громадным авторитетом, непослушались.

— Уйди от греха, — заявил один из оставшихся Ицхаковыхаксакалу, — пригрел змей, как бы тебя самого к ответу не призвали!

Старик заперся в своем жилище, а глубокой ночью к Мадрузинупришли две женщины, одетые в национальные наряды — в черные бесформенныеплатья.

Лица их прикрывали платки. Шали они сняли только в спальнеМадрузина, и Зелимхан попятился: перед ним, переодетый горянкой, стоял Хасан,около него тенью маячила дочь покойного Сергея Варвара.

— Уезжать надо, — сказал отец, глядя на сына, — завтра тебяубивать придут. Ложись на пол, в ковер закатаем, из Стефановска вывезем. Вотдокументы и деньги.

— Прости, отец, — зарыдал Зелимхан.

— Не могу, — покачал головой Хасан, — из-за тебя род гибнет.Лишь по одной причине спасаю, двое нас, Адашевых, осталось из мужчин. Навряд лиот меня дети родятся, на тебя расчет, делай сыновей. В Москву поедешь, кдальнему родственнику, он там большой человек, поможет всем, своих наследниковон не имеет, тебя сыном возьмет, жену подыщет. Не дай роду пропасть.

— Отец, — зашептал Зелимхан, — а Асият?

— Это кто такая?

— Жена моя.

— Ты холост.

— С ней что будет?

— С кем?

— С Асият?