Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

Яна Валерьевна попыталась открыть щелочки глаз.

— С удовольствием возьму вместо денег часы, — повторила она.

Я заколебалась. Сказать противной жадной тетке про имитацию?Сообщить про камни от Сваровски?

Небось Темкина полагает, что это брюлики. Хотя никто меня заязык не тянет. Часы золотые, да и «алмазы» от Сваровски не такое уж дешевоеудовольствие. Пусть профессор получит то, что попросила.

Я расстегнула браслет и сказала Яне Валерьевне:

— По рукам, но вручу вам сию безделушку, лишь увидев бумаги.

Она кивнула:

— Проблем нет.

С этими словами она включила компьютер и принялась щелкатьмышкой, потом послышалось мерное гудение, и из принтера начали выползать листыбумаги.

— На всякий случай я сохраняю выполненные заказы, — сказалазаведующая, — может пригодиться.

Вы не сомневайтесь, я человек честный. Если беру плату, тообязательно выполняю принятые на себя обязательства. Тут все, что я передала всвое время Зелимхану Хасановичу.

Я протянула «честному человеку» часы, получила взаменпапочку и покинула кабинет.

— Ну удалось? — спросила Настя.

— Спасибо, — кивнула я, — вот!

— Сколько она взяла?

— Ерунду.

— А все же?

— Забудь.

— Постой, а где твои часы? Неужели? — ахнула Настя. — Ты сума сошла, никакая наша информация подобных бабок не стоит! Немедленно вернисьи потребуй «будильник» назад. Хотя стой. Давай я быстренько документыотксерокопирую, ты отдашь ей папку и вернешь брюлики.

— Успокойся, — улыбнулась я, — часики — подделка, хоть идорогая! Всего лишь ловко ограненный хрусталь.

— Ну и пусть, — кипела Настя, — во сволочуга!

Я слышала, что эта дрянь часто не деньгами берет.

Скотина! Ты бы ее на собраниях послушала! Такие пассажизагибает о науке, о чистоте исследований, об ответственности перед грядущимипоколениями. А сама!

И клиенты хороши! Неужели не понимают: простые сведения опредках не могут столько стоить?

Я попрощалась с разгневанной Настей, зашла в туалет,запихнула тоненькую мягкую папочку под джинсы и, мило улыбнувшись спящему напосту охраннику, выскочила на улицу. Для историка Настя слишком наивна. Иногдав прошлом человека погребены такие тайны, что за них и десяток часов сбрюликами отдать не жаль.

* * *

С вожделением поглядывая на папку, я поехала по проспекту.Сейчас доберусь до кафе «Апельсинка» и там, в тишине и покое, попробуюразобраться с тем, что попало мне в руки.

В крытом зале царила пустота. Знакомая официантка несказаннообрадовалась посетительнице.

— Вам, как всегда, латте без сахара? — засуетилась она.

Я кивнула, села за столик, притаившись в самом темном углу,получила высокий стакан, украшенный горкой взбитой молочной пены, отхлебнулаглоток и погрузилась в изучение добычи.

«Ицхакова Зира Мамедовна, крестьянка, местожительство — селоАюрт. Ицхаков Ахмад Ахмадович, крестьянин, село Аюрт».