Закат цвета индиго [= Мираж цвета индиго ] - Евгения Михайлова

Сизов напрягся, когда Сергей с Калининым и Земцовым вошли в его кабинет. Не испугался, не встревожился, а злобно набычился, как любой зарвавшийся подонок, которому многое сходило с рук.

– Привет, – улыбнулся Сергей. – Я пришел, как обещал. Ты не очень соскучился? Моих друзей тебе представлять, видимо, не надо. Вы, можно сказать, коллеги, это я – так, сбоку припеку.

– В чем дело? – сквозь зубы поинтересовался Сизов.

– Да все в том же. Мы, старичок, решили помешать тебе повысить раскрываемость преступлений.

– Да что ты говоришь! И каким же это образом? Вам, господа офицеры, лучше меня известно, кто распорядился ваше дело закрыть, а мое открыть.

– Да, был один звонок, – неторопливо согласился Павел Иванович. – И я тогда даже не удивился, что руководство, прямо скажем, МВД так опекает районного следака, который к тому же в Москве работает без году неделя. Но я тогда не знал, насколько ты у нас гусь непростой. Ты, может, для кого-то золотой гусь. Я так подумал, когда папочку эту просмотрел.

– Понятно, что вы притащили. Только против меня дело прекращено, так что ничего у вас не выйдет.

– Павел Иванович, разрешите я объясню товарищу, он ведь не понимает. – Сергей придвинул стул впритык к Сизову и преданно заглянул тому в глаза. – Дело ведь не в том, что ты в Красноярске в составе милицейской банды машины угонял, убивая владельцев, людей в рабство продавал, женщин насиловал. Это действительно прокуратуре и суду показалось мелкими человеческими слабостями. Причем только в твоем случае. Подельники твои получили на полную катушку. А тебя в столице устроили, как бесценный кадр. Но… обрати внимание на этот миленький диск… Здесь один очень информированный человек рассказывает в сауне нетрезвым приятелям, как ты у Коли Красноярского из-под носа общак увел. И сколько миллионов баксов там было. И как по-хозяйски ты это дело употребил. Кому и сколько дал в прокуратуре, кому – в МВД. Какой особняк на имя жены воздвиг на Клязьме, какую виллу в Испании прикупил на имя покойной бабушки. И сколько еще осталось. Интересно?

– Одно интересно, это какой же мудак про меня такую залепуху наплел?

– Правильное направление мысли. Тебе это понравится. Потому что этот, как ты выразился, мудак, ты и есть. Это тебя, пьяного придурка, писали, когда ты в парной расплывался. Пить не умеешь. И, ты знаешь, все проверили, все подтвердилось. И подельники твои, так сказать, которые в отличие от тебя сейчас срок мотают, все готовы официально подтвердить. Поскольку им не нравится, что ты общак с ними не разделил. Если бы не излишние виллы, то и они могли бы сейчас сидеть в теплом отделении московской милиции и при погонах.

– Это шантаж, – Сизов побледнел, но выдержал удар.

– Ты нас с кем-то путаешь. Мы – люди серьезные, – продолжил Сергей. – Я диск оставлю, посмотришь на досуге. Там еще такие девочки! А у нас оригинал есть. Но я все это к чему веду: у меня приятель едет по делам к Коле Красноярскому. Я все думал, что бы ему в подарок послать? И тут этот диск подвернулся. Ты как думаешь, не слишком ли скромно?

– Пошел ты на х…! – выдохнул Сизов почти синими губами. – Подождите в коридоре. Я звонок издам, бумаги оформлю и забирайте своего бомжа.