Украденные воспоминания - Екатерина Островская

Посмотрела на стеклянную стену своего кабинета, желая уже позвать на помощь Джулию Месхи, и увидела входящих в приемную двоих мужчин в строгих костюмах. По тому, как они подошли к секретарскому столу, как наклонились над ним, спрашивая что-то у Джулии, стало понятно, что это не простые посетители.

— Ко мне пришли, — сказала Наташа Джейн.

— Так я не помешаю, — поспешила заверить миссис Биркин, рассчитывая задержаться в кабинете подольше. — Ведь мы подруги, у нас ведь нет тайн друг от друга.

Джулия приоткрыла дверь и шепнула что-то, сделав круглые глаза. По губам Наташа поняла: «ФБР».

И тут же оба мужчины вошли. Один посмотрел на Джейн, предполагая, что под его взглядом та стушуется и исчезнет, но не на такую напал.

— По какому вопросу, господа? — обратилась к ним Джейн, откидываясь на спинку кресла для посетителей и закидывая ногу на ногу.

— Прошу вас выйти из кабинета, но не покидать офис, — сказал ей один из мужчин. — После окончания разговора с миссис Хадсон мы побеседуем и с вами, миссис Биркин.

— О-о! — удивилась Джейн. — Оказывается, мы знакомы? А я что-то не помню, когда и где мы встречались.

— Мы вам напомним… немного позже, — сказал второй странный мужчина и показал бывшей Зине на дверь. — Подождите немного там. Не сомневаюсь, у нас с вами состоится увлекательная беседа.

Когда Джейн скрылась, посетители представились.

— ФБР. Специальный агент Лембрук.

— Специальный агент Ковальски.

— Я уже беседовала с агентами Харрисом и Маньяни.

— Мы в курсе, — кивнул Лембрук. — Мы даже знаем, при каких обстоятельствах. Удивительно, что вы запомнили их имена. Но мы по другому вопросу. Вам знакомы такие люди, как Родриго Гонсалес, Якоб и Элайн Брук, Джейн Биркин, Майкл Лейбошиц и Кэмел Иванов?

— Джейн Биркин вы только что видели в моем кабинете, и отрицать знакомство с ней я не собираюсь. Про остальных я либо не знаю ничего, либо кое-что слышала. Якоб Брук, судя по всему, бывший муж Джейн Биркин. С ним я не виделась ни разу. Элайн, вероятно, его жена. Она приходила сюда однажды, а перед тем звонила, пытаясь шантажом выманить у меня двести тысяч долларов.

— Что она знает про вас такого, за что вы должны были выплатить ей столь крупную сумму?

— Спросите у нее. Я же не знаю за собой никаких тайн, за которые можно было бы заплатить более двух центов. Теперь что касается Кэмела Иванова и остальных. С ними я не знакома, не вела никаких дел и не встречалась, хотя не могу отрицать, что когда-нибудь могла ехать с кем-то из них в вагоне подземки. Впрочем… нет, именно это я могу сразу опровергнуть, так как за все время моего пребывания в Штатах ни разу не была в метро. Признаюсь к своему стыду.

— То есть вы отрицаете какое-либо знакомство с вышеназванными людьми?

— Полностью отрицаю, кроме факта близкого знакомства с миссис Биркин, которая наверняка сейчас подтвердит вам это.

— Вы готовы подтвердить ваши показания под присягой или с использованием детектора лжи?

— Охотно, в любое удобное для вас время.

Оба агента поднялись.

— Последний вопрос, — произнес агент Ковальский. — Вы никогда не шпионили в пользу другого государства?

— До сего часа нет и впредь не собираюсь. Я достаточно обеспечена, чтобы не зарабатывать на жизнь таким подлым образом.

— А в кругу ваших близких есть люди, о которых вам известно, что они агенты иностранных спецслужб?

— В тот момент, когда я узнаю об этом, тут же оповещу вашу организацию.

Больше вопросов ей не задавали. Разве что один: есть ли в офисе свободный кабинет, в котором агенты могли бы без свидетелей побеседовать с миссис Биркин.

А Джейн ни с кем не собиралась беседовать: она в тот момент сама разговаривала с Джулией Месхи. То есть говорила она, а секретарь Наташи делала вид, как будто внимательно слушает. Миссис Биркин рассказывала ей о преимуществах европейского образа жизни перед китайским.

— Все ходят в китайские рестораны. Ну и зачем? Там съешь что-нибудь, а потом гадаешь, что это было, мясо или курица, а может быть, и вовсе рыба. К тому же вся еда острая, чтобы потребители, то есть мы с вами, не поняли, что товар несвежий. И почему я должна есть китайскую пищу? Я, например, даже китайские колготки в жизни на себя не надену и на китайской машине не поеду… Вот для чего они сюда приезжают? Ну, мы с вами понятно зачем сюда приехали. А они? Живут в своих чайна-таунах, по-английски говорят так, что меня понять не могут… И все время улыбаются. Почему? Потому что их так в разведшколе учили. Не верите? Послушайте меня, как специалиста. Запомните раз и навсегда: захотите пообщаться с китайской разведкой, идите к ним в ресторан…

— Мы бы хотели с вами побеседовать в отдельном кабинете, — предложил Джейн специальный агент Лембрук.

— Зачем в кабинете? — не поняла бывшая Зина. — Садитесь и слушайте.

Она снова посмотрела на Джулию, которая теперь делала вид, будто изучает входящие на электронной почте.

— Так вот, у китайской разведки есть своя специфика, — продолжила миссис Биркин. — В отличие от российской, к примеру. В России агентов готовят долго, дают им образование, обучают шифровальному делу, искусству общаться с радистками и вообще с женщинами. А если агент симпатичная девушка, как, например, я, то ее обучают искусству общаться с мужчинами и соблазнять их в том числе… А в Китае каждый китаец — разведчик уже от рождения…

— Вы что, не поняли, что я вам сказал? — осторожно постучал ее по плечу агент Лембрук. — Пойдемте в кабинет.

— Ах, — томно вздохнула Джейн, — какие вы, мужчины, однако. Не успели познакомиться с женщиной, а уже тащите ее в кабинет.

Миссис Биркин грациозно поднялась.

— Скоро вернусь, — предупредила она Джулию и взяла под руку специального агента Лембрука. — Что ж, пожалуй, я пойду с вами, неугомонный незнакомец.

Потом посмотрела на специального агента Ковальски и удивилась, словно до этого не замечала его присутствия:

— Ах, вас двое? Ну ладно, если вам так хочется пообщаться втроем, можно и в кабинете.

Кабинет был небольшим, в нем размещались лишь стол и два стула, на один из которых усадили Джейн, а на другой опустился агент Ковальски. Агент Лембрук сел на стол. Он стал задавать вопросы миссис Биркин, а Ковальски внимательно смотрел ей в глаза, словно пытался по взгляду определить искренность ее ответов.

— Ведь вы служите в банке? — спросил агент Лембрук.

— Естественно, — ответила миссис Биркин с милой улыбкой.

— А почему сейчас не на работе?

— Потому что я работаю по вызовам. Когда должен прийти клиент, меня вызывают. И потом, я получаю в банке ничтожно мало, всего три тысячи в месяц. Неужели вы думаете, что за такие гроши я стану сидеть там постоянно?