Оттенки зла - Эндрю Уилсон

– Нет, конечно.

Мы очень мило общались и, наверное, казались гостям «Таоро» женщинами средних лет, которые не обременены лишними заботами и проводят дни за игрой в бридж и бесконечными чаепитиями с сопутствующими разговорами о погоде и перемыванием косточек общим знакомым. Я никогда не доверяла обманчивой внешней картинке, хотя и изменила этой привычке в отношении Гренвилла. Но меня сбило с толку его увлечение оккультизмом, его интерес к ядам, его неприятная личность и непростительное обращение с дочерью. Это и внушило мне мысль, что он непременно должен быть убийцей. Конечно, пока не было ничего, что доказывало бы обратное, однако теперь я все подвергала сомнению. Я не могла позволить себе ошибиться еще раз.

– Наверное, уже почти одиннадцать, мне пора к врачу, – сказала я. – А вы как себя чувствуете? Не появилась ли слабость?

– Да, раз уж вы спрашиваете, признаюсь, что у меня немного кружится голова, – ответила мадам Жиру, поднеся руку театральным жестом ко лбу.

– Это хорошо, – сказала я. – Увидимся после того, как вы окончательно «поправитесь».

Оставив мадам Жиру, я отправилась в кабинет Тренкеля. Поздоровавшись с сестрой, я сказала, что мне назначено на одиннадцать часов. Сестра сообщила врачу о моем визите, он вышел в приемную и с каменным выражением лица пригласил меня в кабинет.

– Чем могу помочь сегодня, миссис Кристи? – спросил он, не поднимая головы от стола.

– Да все то же самое, доктор, – ответила я, изображая нервную барабанную дробь пальцами. – Плохо сплю. Мучают ночные кошмары. Никак не могу забыть той ужасной сцены. – Я усилием воли выдавила из себя несколько слез и, достав платок, принялась их утирать. – Вы говорили, что я должна отдыхать и гулять, я так и делаю. Ложусь спать рано, но продолжаю нервничать. Все время думаю о том, что за негодяй мог совершить такое насилие над бедным мистером Винниатом и что он предпримет еще. Вздрагиваю от малейшего шума. За обедом ничего не могла есть – вы, наверное, это заметили.

Тренкель посмотрел на меня с подозрением. Хотелось бы мне знать, что он думает. Он наверняка слышал от Нуньеса или другого постояльца «Таоро» о том, что я якобы украла жемчуг миссис Винниат. Кто-то – скорее всего, одна из многочисленных горничных – заметил, как я выхожу из номера вдовы. Возможно, доктор гадал, не видела ли я, как он брал ожерелье, и обдумывал, не подкинуть ли в мою комнату или в сумочку улику, подтверждающую, что я воровка. Ему, должно быть, казалось, что это неплохой способ отвлечь внимание от него самого.

– Да, я обратил внимание, вы были немного не в себе, – ответил он. – Что-нибудь еще беспокоит вас в данный момент? Может быть, какой-то ваш поступок?

– Поступок? Не понимаю вас.

– Иногда при нервных расстройствах люди не отдают себе отчета в том, что делают. Некоторые, к примеру, ходят во сне и не помнят об этом. Другие без всяких видимых причин совершают необъяснимые поступки, которых никогда не совершили бы в нормальном состоянии. Бессознательное – это могучая сила, которую только сейчас начинают немного понимать.

– И вы думаете, именно это происходит со мной?

– Не исключено. Но для того чтобы определить это, могут потребоваться месяцы, а то и годы. Возможно, вам следует обратиться к консультанту в Англии по месту проживания. Во всяком случае, похоже на то, что находка тела мистера Винниата явилась потрясением для всей вашей нервной системы. Это могло всколыхнуть старые воспоминания о вещах, которые вы старались забыть и о которых не думали с самого детства. А из-за этого вы могли сделать что-то такое, что не отложилось в вашем сознании.

Таким образом Тренкель пытался подготовить почву для осуществления своего генерального плана: посеять в моем сознании семена подозрения, что я действительно украла драгоценности. Он подкинет ожерелье в мою комнату и намекнет Нуньесу, что неплохо бы произвести у меня обыск. Тренкель был, несомненно, хитер, но я хитрее. Я посмотрела на стенные часы. Час икс настал.