Медвежий сад - Наталья Солнцева

Отец не торопился чинить сломанную дверь, потому как оставлять Антона одного было небезопасно. Юноша пребывал в шоке после попытки суицида, которую удалось предотвратить. Вероятно, так чувствует себя человек, очнувшись на больничной койке под капельницей и понимая, что его вернули к жизни против его воли. Какого черта кто-то решает за него, жить или умереть?

Когда мать в очередной раз сунулась в комнату с предложением поесть, Антон бросил в нее подушкой.

– Уйди!

– Антоша… надо встать, умыться и одеться. Скоро приедет психолог.

– Пошли вы все…

– Не груби матери, – заплакала она. – Ты меня в гроб загонишь.

Парень молчал, глядя в одну точку на подвесном потолке, где по синему небу плыли белые облака. Раньше ему нравилась эта безмятежная картина, но сейчас облака дико раздражали. Хотелось взять стремянку, добраться до них и порезать ножом в клочья.

– Сыночек, я тебя умоляю! Вставай… Если папа застанет тебя в таком виде, то совсем озвереет. Не доводи до греха!

Антон не реагировал на ее слезливые реплики. Вернуться к реальности, уже попрощавшись с ней, оказалось не так просто. Голос матери вызывал у него желание заткнуть уши. Как его все достали!

Мысль об Александре Лиджиевне причинила ему такую боль, что он сжал зубы и застонал. «Пусть целуется со своим Шубиным! Пусть выходит за него замуж! Мне все равно, – думал Антон под надрывные причитания родительницы. – Я больше не хочу страдать. Самоубийце не будет рая? Ха!.. Когда живешь в аду, что угодно лучше, чем это!»

Он вспомнил запах дракона, которым представлялся ему город, и его затошнило. Огненные глаза чудища гипнотизировали жертв, а в подземных внутренностях текла густая зловонная жижа. Этот дракон сожрал красавицу, которую полюбил Антон!.. Шубин – всего лишь исполнитель его воли. Такие исполнители на каждом шагу. От них некуда деться. Днем они заползают в свои норы, а ночью выходят на промысел.

Антон вспомнил мертвое тело в зарослях и содрогнулся от отвращения. Дракон убивает людей и отрыгивает останки из своего чрева наружу. Единственный способ не стать его добычей – сбежать. Но как? Куда?

«Надо было прыгать вниз, на асфальт, а не жевать сопли! – корил себя парень. – Я трус и недотепа, над которым будут смеяться все, кому не лень! Аля тоже узнает и будет потешаться надо мной вместе с Шубиным!»

Он вспомнил, где у него впервые возникло желание смерти. В туннеле, когда он дышал ядовитыми газами!.. Должно быть, в тот миг он заразился вирусом самоуничтожения. Тьма и замкнутое пространство порождают безысходность. Города – это рассадники смертоносной заразы…

Он не успел додумать свою мысль, как в дверь заглянула мать и робко сообщила:

– К тебе психолог, Антоша. Можно, он войдет?

Психолог, не дождавшись ответа, бочком скользнул в комнату и сел на стул возле дивана, на котором лежал пациент. Это был упитанный коротышка, одетый в светлый джемпер и черные брюки. Его выбритое лицо лоснилось, а губы растянулись в нарочито приветливой улыбке.

Антон ненавидел притворство и сразу ощетинился против психолога.

– Меня зовут Денис, – по-свойски, без отчества, представился тот. – А тебя – Антон?

– Зачем спрашивать, если вы знаете?

– Хочешь поговорить, Антон?

– Нет.

– Я тебя понимаю, – кивнул коротышка, стреляя глазами по комнате. – Чем увлекаешься? Боксом?

На стене висели боксерские перчатки и плакаты с Майком Тайсоном. Так что догадаться об интересах парня было нетрудно.

– Вас мама позвала, с ней и говорите, – буркнул Антон.

– Обязательно поговорю и с ней. Но сначала – с тобой. Скажи, что тебя в жизни не устраивает?

– Всё!

– В школе я был таким же, – заявил психолог. – Бунтовал против правил, которые устанавливают взрослые, ненавидел учителей и тайно страдал по однокласснице. А она не обращала на меня внимания и заигрывала с другими. К счастью, в наше время не было этих опасных игр в Сети. Никто не мог воспользоваться моей слабостью, чтобы…

– Я не слабак! – разозлился Антон.

– О, это уже лучше. Гнев куда продуктивнее апатии, мой друг.

– Я вам не друг…

– Это легко исправить. Давай подружимся! Я дам тебе свой телефон, и ты сможешь мне звонить в экстренных обстоятельствах.

– Что за обстоятельства такие? – скривился парень.

– Когда тебе захочется уйти из этого жестокого мира, например.

– Вы издеваетесь?

– Я бросаю тебе спасательный круг, – осклабился коротышка. – Хватайся и греби к берегу. Иначе утонешь в пучине Интернета.

– Это вас на тренингах научили болтать всякую хрень?

Психолог терпеливо кивал, а его улыбка становилась все шире и неприятнее.

– Вижу, ты хорошо подкован. Расскажешь, какое задание тебе дал куратор?

– Я сам себе куратор, – огрызнулся Антон.

– Даже так? Что ж, ладно. Когда тебя впервые потянуло к смерти?

– Недавно…

– Что вызвало это желание?

– Крысы, – неожиданно для себя выпалил парень. – Они сновали между трупами…

– И много было трупов?

– Полно. Они валялись прямо на улицах и лежали в своих домах. Некому было хоронить их. А запах стоял такой, что собаки разбегались прочь. Бр-рр!

– Ты нарисовал жуткую картину, – заметил коротышка, не выказывая удивления. – Прямо фильм ужасов.

– Это чума в Лондоне, – вырвалось у Антона. – Тысяча шестьсот шестьдесят пятый год. Пик пришелся на лето. Больных никто не лечил. К мертвым боялись подходить, чтобы не заразиться. Над Темзой стоял влажный серый туман, пропитанный ядовитыми миазмами. На улицах жгли костры. Типа дым уничтожал чумные бактерии…

– У вас хороший учитель истории, – восхитился психолог.

– Учительница.

– У тебя живое воображение и чрезмерная впечатлительность. Где ты в последний раз видел крыс?

«В подземелье, – чуть не проболтался Антон. – Когда бродил по туннелям».

– Одна из них пробежала мимо меня, – пробормотал он. – Возле мусорки. Города кишат этими отвратительными тварями. И Лондон семнадцатого века не исключение.

– Разумеется. – Коротышка заложил ногу на ногу и воззрился на пациента. – Чума, трупы, крысы… ядовитые испарения и пылающие в тумане костры. Все это не прибавляет оптимизма, верно?.. Как зовут учительницу?

– Зачем вам это?

– Хочу познакомиться с талантливым педагогом. Не каждый способен увлечь современную молодежь давнишней историей Лондона…