Иностранный русский - Татьяна Шахматова

Мы потрясенно молчали.

– Вот это действительно финт ушами, – проговорил наконец Борис. – Это ж как надо достать человека, чтобы он вот так…

– Борь, сколько времени ты взаимодействовал с генералом Ивановым?

– Два дня, – признался следователь.

– И как, успел он тебя прессануть?

– Изрядно, если честно.

– Ну вот, а Линка с ним тридцать с лишним лет прожила.

Мы ждали информацию от авиакомпании и пограничников, когда неожиданно обнаружилось второе подтверждение Викиной правоты. Подтверждение пришло на своих двоих, и от него несло, как из винной бочки:

– Начальник, веди в тюрьму. Не могу. Виноват. Я машину бензин лить. Огонь. Костер. Ужас, – пробормотало «подтверждение» в лице проспавшегося наконец Мохаммада.

Парень протягивал руки и выглядел виновато.

– Так это вы купили машину? – спросил его Борис.

– Я.

Борис развернул фоторобот покупателя «Форда»:

– А это кто?

– Это старший брат дядя жена мой дядя.

– Кто? – нахмурился следователь.

– Старший брат дяди жены его собственного дяди, – перевел я с иностранного русского на обычный русский.

– Этот дядя дяди тут откуда взялся? – удивился Борис.

– Ваш родственник давно живет в России? – снова перевел я.

– Давно. Еще когда война СССР – Афганистан был.

– Еще со времен советско-афганского конфликта.

– Это я понял, – буркнул Борис и добавил, обращаясь к нам: – Тогда понятно, почему у того мужика не было акцента: он тут давно.

– Именно, а национальные диаспоры очень крепкие и дружные, – подтвердил я. – В просьбе не откажут.

– С какой целью вы выехали за город и подожгли купленную вами машину? – продолжал Борис.

– Машин мой. Я купил.

Мохаммад явно не понял вопрос, и мне снова пришлось упрощать. Надо отметить, что коммуникативные навыки у моих студентов оказались просто невероятные. Мог бы среднестатистический русский студент отвечать на вопросы следователя после трех неполных месяцев изучения французского или немецкого с нуля? Ох, не думаю! Мои же товарищи справлялись весьма сносно. Вот что значит многоязычный регион, где для одного похода на рынок надо владеть как минимум тремя языками: дари, пушту и желательно еще урду. А чтобы понимать Коран в мечети, надо еще уметь читать по-арабски.

– Мохаммад, – обратился я к этому юному полиглоту. – Зачем вы делали огонь? Зачем машину сожгли?

– Хо! – Он кивнул, демонстрируя, что теперь вопрос понятен, и тут же ответил: – Али просил.

– Али? – не поверил Борис. – Какой Али?

– Али Саджади, – вздохнул Мохаммад грустно.

– Какая вам от этого была выгода? – поинтересовался Борис.

– Что вам дал Али? – перевел я.

Мохаммад помолчал и снова вздохнул чрезвычайно горестно.

– Деньги.

– Сколько?

– Двадцать тысяч.

– Рублей?

– Долларов.

– А очки? Где вы взяли очки Каролины? Она вам их дала?

– Нет.

– А как в машине оказались ее очки?

– Я сам брал. – Мохаммад дышал, как буйвол перед бойней. – Кафедра ходил, очки брал.

– Не брал, а украл, значит, – резюмировал Борис.

– Виноват, – смиренно подтвердил Мохаммад, догадавшись по контексту.

– Зачем брали очки?

– Али просил.

Мохаммад набрал полную грудь воздуха и всхлипнул, но слез не было.

– Это десять тысяч плюс.

– А кровь?

– Кровь коровы где взяли? – Я показал рога и сделал «мууу». – Где взяли кровь?

– Али просил, я базар ходил.

– Это сколько стоило?

– Это десять тысяч. Кровь из свиньи, кровь из коровы – плюс-млюс три тысяча.