Сквозь тусклое стекло - Михаил Март

— Вы видели Сергея?

— Нет. Как-то приезжала к сестре, так он даже из комнаты своей не вышел поздороваться. Стеснялся. Можно подумать, я его съем. Уж как она его расхваливала! Святой, не иначе. Жратву из ресторана привозил, все горячее. От простой еды, к которой мы привыкли, нос воротил, а за жилье так и не заплатил. У Дашки и без того денег кот наплакал, так она все на него, любимого, тратила, а он еще и друзей привозил.

— У него была своя машина?

— Да, стояла какая-то у дома, когда я приезжала, но я в них ничего не понимаю. Помню, что желтая.

— Он жил один? Не семейный?

— Прохвост. Я это сразу поняла. Мужику под сорок, а он не женат. Зачем и для кого тогда дачу снимать?

— Квартиры в Москве дорого стоят, а на машине тут рядом. Где он работал?

— Ничего о себе он Дашке не рассказывал. Татуировок у него на теле много. Говорил, будто в молодости по глупости в армии сделал. И еще два шрама на груди. Сказал, что служил на границе и получил ранение при задержании нарушителя, что ему за это медаль дали.

— Это он вызывал «скорую»?

— Вроде он. Но в больницу не поехал. И на похороны не пришел. Свалил, и с концами. Не знаю, сколько денег у Дашки было, но в доме я не нашла ни копейки. А у нее имелась заначка, точно знаю. Говорю же, прохвост.

— Вскрытие сестры было?

— Нет. В нашей больнице только один хирург и тот болел. Врачи уверены в диагнозе. Инфаркт.

— И где теперь искать этого Сергея? — покачал головой Панкратов.

— А может, он и не Сергей. Паспорта его она так и не видела. Нашел еще какую-нибудь дуру, вроде Дашки. Таких пруд пруди. А мозги пудрить он мастак. Я помню, как у сестры горели глаза.

Из Проскурино Панкратов поехал в прокуратуру, где встретился со следователем Квашневским. Следователь был человеком деловым и сразу заговорил о достигнутых результатах.

— Ваше замечание, Евгений Иваныч, по поводу коврика у водительского сиденья, мне показалось интересным. Если предположить, что рядом с водителем сидел убийца, то он пришел на встречу из ресторана. Где-то пролили борщ, и он правой ногой вляпался в разлитую по полу жижу. Борщ не домашний, учитывая добавление красителей и растительных жиров. Хозяйки дурью не занимаются, а в ресторане внешний вид имеет значение. Что еще интересно. В машине не обнаружено ничьих отпечатков пальцев, кроме убитого. Вытирать их у киллера не было времени, значит, он был в перчатках.

— В июне месяце?

— Тут подтверждается ваше второе предположение. В начале за рулем сидел убийца, а потом уступил водительское место жертве.

— Не понял… — удивился Панкратов.

— Сейчас модно сидеть за рулем в перчатках. Шик своего рода. На педали газа тоже обнаружены следы борща. Машина угнана, как вы и сказали, и номера украдены. Убийство планировалось заранее. Странно, что оно совершено в центре города, в людном месте. Значит, стреляли с глушителем. Много мудрежа, все можно сделать проще.

— Я думаю, они не доехали до цели, — растягивая слова, проговорил Панкратов. — Не договорились. Возник конфликт, и они остановились раньше положенного. Или мотор забарахлил. Что я могу вам сказать… Личность убитого до сих пор не установлена. Его подозревают в крупной краже. Убийца тоже в ней замешан. Они соучастники. Предположительно убийцу звали Сергеем, но, скорее всего, он всем женщинам представлялся разными именами. Странствующий альфонс. Живет у разных женщин и пользуется их наивностью. Любит ресторанную пищу. Возраст — около сорока и, скорее всего, сидел и не один раз. Все тело в наколках, имеются следы резаных ран на груди. Высокий, с приятной внешностью, деликатный. Внушает доверие, особенно женщинам. В меру осторожен. Надо искать такого типа из недавно освободившихся. Что касается громкого ограбления, то я не думаю, что он играл в нем важную роль. Скорее всего, он заметает следы и уничтожает свидетелей по приказу заказчика. Когда покончит со всеми, придет его очередь. Вряд ли он знает, на кого работает.

— Почему вы так решили? — склонив голову на бок, спросил следователь.

— Я же говорю вам, речь идет о большой сумме денег, а убийца ничего об этом не знает. Живет на подачки, обчистил женщину, у которой жил. Участники кражи заработали миллионы, и если еще не получили их, то ждут, что вот-вот.

Панкратов не мог сказать Квашневскому об убийстве Дербенева и его подручных. Следствие велось скрытно, прокуратуру к делу не подключали, а значит, об убийстве говорить он не имел права, ведь тяжкие преступления расследует прокуратура. Все, что узнал Панкратов, лишь капля в море. До главных открытий, похоже, еще далеко.