Нарко. Коготь ягуара - Джефф Мариотт

Полет продлился четыре часа, за время которых дружелюбная стюардесса принесла напитки, а потом обед на пластиковом подносе и нахмурилась, когда Хайро ущипнул ее за задницу. А когда они устремились вниз, к Майами, Агилар думал, что барабанные перепонки вот-вот лопнут. Отвлекал себя тем, что смотрел на играющий бликами океан и высокие здания, с каждой секундой становящиеся все больше и все ближе. Наконец они сели. Агилар тряс головой, пытаясь прочистить уши, и ждал высадки.

Таможня отняла целый час, но они все-таки прошли, и с той стороны их встретил Лион. Агилар слыхал о нем, но ни разу не встречался. Тот был хорош собой, с каштановыми волосами, гладко зачесанными назад ото лба, аккуратной бородкой и усиками. На нем была шелковая футболка – видимо, дорогая, – белые джинсы и кожаные мокасины, а еще золотые украшения на шее и запястьях. При виде его Эскобар распростер руки и тепло его облапил, воскликнув:

– Лион! – и, еще сжимая его в объятьях, оглянулся через плечо на остальных: – Ребятишки, это Лион, мой лучший дружбан в Майами. Он тут командует с первого дня.

И представил Лиона остальным.

Когда они вышли наружу, влажный и тяжкий воздух тут прильнул к коже Агилара горячим мокрым одеялом. Но вокруг росли пальмы и сверкали здания, заставив Агилара напрочь забыть о погоде. Похоже, аэропорт угнездился прямо посреди города.

– А где остановимся? – полюбопытствовал Ла Кика, когда они шагали по парковке. – Я слыхал много хорошего о «Мьютини».

– «Мьютини» – клоповник для наркодилеров, – отозвался Лион.

– В самый раз! – рассмеялся Ла Кика. – Это мы и есть!

– В смысле у них там в винном подвале есть ячейки, где можно запереть пушки. Это забавно, но не классно. А дон Пабло – высший класс, и ему нужно стильное местечко.

– Ну так где же мы?

– Я снял вам пентхаус в «Фонтенбло», – сообщил Лион. – Это классическая достопримечательность Майами-Бич. Вы будете в восторге.

– Я уже в восторге, – вставил Эскобар.

– Это в самом сердце района Ряд Миллионеров.

– Теперь я еще в большем восторге.

– А вы, парни, бывали в Майами? – поинтересовался Лион. – Что Пабло бывал, я знаю.

Все остальные были здесь впервые, о чем и сказали, и, подойдя к своему кабриолету «Транс Ам», Лион сказал:

– Я бы пригнал «Феррари», но все вы в него не вместились бы. А так вы будете там сзади в тесноте да не в обиде. Прокачу вас по Тамьями-Трейлу и через Маленькую Гавану. Не как на родине, но поближе, чем Майами-Бич.

– Лион с родины, – растолковал Эскобар. – Дружил там с Густаво, росли вместе. Но давно живет в Северной Америке. Бедолага.

– Вам Маленькая Гавана понравится, – продолжал Лион. – Но от Майами-Бич вы будете в восторге. Солнце, песок, бикини и самые красивые женщины на свете. Считая и Колумбию.

– Быть не может, – отозвался Ла Кика. – Красивей колумбийских сеньор?

– Вот увидите.

Лион не соврал. Маленькая Гавана и выглядела, и пахла почти как Медельин, хотя с кубинскими и американскими вариациями. Побыв там немного, они направились к тому, что Лион назвал гатью, которая повела их вдоль узкого канала залива Бискейн, мимо рыбацких судов, прогулочных яхт и громадных круизных кораблей. Проскочив через небольшой островок, они снова понеслись над водой. Массивные краны справа указывали местонахождение морского порта. Эскобар махнул рукой в его сторону.

– Мы пропустили через него такую уйму продукта, что вы не поверите. Майами для нас очень хорош.

Потом впереди выросли небоскребы.

– Почти на месте, ребятишки, – сообщил Эскобар. – Наш дом на ближайшие дни. Думаю, получите удовольствие.

– Я начал получать удовольствие, как только сюда прибыл, – откликнулся Курок. Агилару он нравился – не самый острый гвоздь в ящике, зато почти всегда в хорошем настроении. Для киллера он на диво оптимистичен. И хотя некоторые из sicarios ценны тем, что жаждут убивать, Курок на самом деле один из самых метких среди них и порой дает уроки стрелкового искусства остальным.

Когда гать кончилась, Лион поехал по Пятой стрит, чтобы доставить их в Саут-Бич.

– Здесь ошиваются манекенщицы, – поведал он, сворачивая налево, на Оушн-Драйв. – Вы не поверите, насколько крошечными могут быть бикини, пока не увидите их на местных девицах.

Агилару все это напоминало рай. Слева были здания, вмещающие отели, рестораны и бары высшего класса. Справа тянулся травянистый парк с немногочисленными деревьями, отделявшими их от прославленных белопесчаных пляжей и Атлантического океана. Женщины, прогуливавшиеся по тротуарам и сидевшие в открытых барах, должно быть, и были теми самыми манекенщицами, о которых упоминал Лион.

Наконец они подкатили к обширному белому фасаду «Фонтенбло». Не успели они даже выйти из машины, как уже подоспели коридорные.

– Въезжаете? – осведомился один, подкатывая золотистую тележку к багажнику.

– Да, – ответил Лион. – Мои друзья въезжают.

Открыв багажник, он проследил за выгрузкой чемоданов и сумок в тележку. Когда осталась лишь одна сумка, не прибывавшая с ними из Колумбии, он подхватил ее.

– Эту я понесу сам.

Пентхаус находился на тридцать седьмом этаже. Такой роскоши Агилару видеть еще не доводилось – даже в домах Эскобара. У каждого была собственная спальня с огромным телевизором и ванной – и в каждой ванной был собственный телефон! Полы мраморные, постели, как облака на привязи, а вид практически бескрайний.

После того как каждый выбрал себе комнату – дону Пабло, разумеется, досталась самая большая, самая шикарная, – они встретились в гигантском фойе номера. Лион поставил принесенную сумку на стол и расстегнул молнию.

– Я принес «Вальтеры ППК» для каждого. Если вам нужно что-нибудь похитрее, дайте знать, но я рассудил, что вы можете запросто носить их незаметно для окружающих. Здесь не Колумбия, и вам не удастся выкрутиться, просто сославшись на Пабло, так что не стоит попадаться с приблудой, если можно избежать.

– У меня с собой нож, – сообщил Агилар.

– Слыхал я про нож, – ухмыльнулся Лион. – Колдуэлл рассказывал мне о тебе.

– Колдуэлл классный, – заметил Агилар.

– Кстати, об этом, – Эскобар вдруг помрачнел и тяжело сел. – Как раз из-за Кайла Колдуэлла мы и здесь.

– А в чем дело, Patron? – поинтересовался Хайро.

– Он потерял партию товара. Сто двадцать кило. Позвонил и сказал, что его захватили копы Майами, но ему удалось улизнуть от ареста.

– Вот только мы с Ледером читаем газеты, – подхватил Лион. – Подобное изъятие непременно попало бы в новости, но об этом ни слова.

– И что случилось, по-вашему? – спросил Курок.

– Думаю, он продает его сам, на свой страх и риск, и прикарманивает всю выручку, – горестно молвил Эскобар. – А я ему верил. Он загребает миллионы, но ему все мало. Всегда хотел больше. У некоторых есть такое нездоровое влечение.