Клад последних Романовых - Юлия Алейникова

Библиотекарша отчего-то вспыхнула. И розовый оттенок, появившийся на ее щеках, выглядел как отсвет закатного солнца на серебристой глади норвежских фьордов. Такой нежный, пастельный. Надо же, какие романтические ассоциации рождает в нем эта девица, впрочем, слово «девица» не вязалось с библиотекаршей, оно было слишком вульгарно для нее. «Девушка» подходило больше.

— Я взяла эту книгу домой, хотела полистать на досуге и вот обнаружила, — справившись со смущением, сообщила Полина.

— А что это была за книга?

Вот теперь Полина была готова сквозь землю провалиться.

— Какая-то старинная книга без выходных данных, называется «Советы искушенной…» — взяв себя в руки, ровным голосом сообщила Полина.

Ввести человека в краску, смутить можно только в одном случае — если он сам себя стыдится, но если ты уверен в себе, что бы ты ни вытворял, люди склонны согласиться, что ты действуешь достойно, логично, а если с кем-то что-то не так, так это с ними самими. Выигрывает тот, чья самооценка выше. Речь идет, разумеется, не о преступлениях, а о странностях и причудах.

— «Советы искушенной…» — Максим силился вспомнить, видел ли у бабушки когда-нибудь такую книгу. Впрочем, если и видел, внимания не обратил, тема ему была совершенно не интересна. — Скажите, а она все еще у вас? Могу я на нее взглянуть?

Полина с тоской посмотрела на родные окна. Вернуться домой без масла было немыслимо. Даже заскочить на минутку. Она вздохнула и после секундного колебания, проговорила:

— Да, я покажу ее вам. Только сперва мне надо зайти в магазин за продуктами. Это важно.

— В супермаркет? Я довезу вас, — обрадовался Максим. Во-первых, у него появилось дело, которое отвлекало его от личных проблем, а во-вторых, он сможет прямо сегодня без проволочек выяснить всю историю с книгами и запиской.

— Ладно. Поехали, — согласилась Полина, идея совместной поездки ей неожиданно понравилась. А что, очень удобно, тяжелые авоськи таскать не надо. Может, пользуясь случаем, закупиться поосновательнее, чтобы завтра снова в магазин не бежать? Картошка у них есть, но можно купить крупы про запас, сахара, овощей, фруктов. — Поехали в «Ленту», — распорядилась Полина, усаживаясь в машину, в конце концов, сам предложил.

Она позволила Максиму дотащить тяжелые сумки до лифта, ну а уж дальше пришлось самой выкручиваться. Ничего, в три ходки от лифта до квартиры доперла.

Пока серебряная Полина ходила за книгой, Максим наконец-то смог внимательно изучить записку.

Девушка была права. Записка содержала перечень книг, причем не просто названия, но конкретные выходные данные. Страна, издательство, год выпуска. Все четыре книги на разных языках. Загадка для полиглота, усмехнулся Максим. Жаль, что записка не была подписана. Кто ее составил? Мужчина или женщина?

Рассмотрев внимательно почерк, Максим был склонен считать, что женщина. С другой стороны, если записка написана, допустим, лет сто или семьдесят назад, во времена, когда красивый почерк был важным достоинством человека и выработке его уделялось большое внимание, записка могла быть написана и мужчиной.

Максим понюхал бумажку. Увы, кроме книжной пыли она ничем другим не пахла.

Его размышления прервало появление Полины с большущим свертком под мышкой.

— Вот эта книга. Отдать вам ее я не могу. Если захотите изучить подробнее, вам придется записаться в нашу библиотеку и работать с ней в читальном зале, — строго предупредила девушка. Хотя тогда придется вернуть ее в библиотеку, а ведь она даже в каталог не внесена.

Максим взял книгу в руки и внимательно осмотрел переплет, потом бережно пролистал несколько страниц.

— Книга действительно очень дорогая и сделана определенно на заказ, — сообщил он Полине с видом знатока. — Взгляните. Все иллюстрации выполнены вручную, текст набран, а иллюстрации нарисованы! Поэтому, очевидно, и выходных данных нет.

Полина взяла у него книгу и вгляделась в рисунки. Поразительно, при слабом свете настольной лампы она этого не заметила, а при дневном свете она ее ни разу не открывала.

— Действительно. Сколько же лет этой книге? — спросила она, завороженно разглядывая страницы, бережно проводя по ним пальцем, словно видела впервые.

— Затрудняюсь. Я не специалист в этом вопросе. Но лет триста наверняка есть. Даже удивительно, что бабушка такую старинную ценную книгу, тем более столь специфической тематики, подарила районной библиотеке, — задумчиво проговорил Максим. — Кому она там может понадобиться, кто ее оценит? А если выставить на всеобщее обозрение, еще и украсть могут. Если, конечно, она попадется на глаза знатоку.

— А знаете, несколько дней назад нас едва не обокрали, — ни с того ни с сего поведала Полина. — К счастью, книг вашей бабушки они не нашли. Так случилось, что эта книга была у меня, другой ценный экземпляр — дома у заведующей, а остальное засунуто на полку со старыми журналами.

— Что же тогда украли? — вновь ощутив слабые электрические разряды, поинтересовался Максим.

— Ничего. Просто все перевернули вверх дном. Но если бы книги были в зале, они могли бы пострадать.

Максим взглянул на записку, на фолиант, на Полину.

— Скажите, когда-нибудь прежде в вашей библиотеке случались подобные происшествия?

— Нет, конечно! Мы же не магазин и не банк, что у нас красть? — покачала головой девушка.

— Скажите, Полина, а книги, указанные в этой записке, не были переданы в дар вашей библиотеке в числе прочего? — вновь беря в руки записку, спросил Максим.

Полина с удивлением взглянула на него, затем забрала у потомка записку и внимательно прочитала. Как она раньше не сообразила?!

— Вы совершенно правы! Помимо современных изданий, нам была подарена коробка, в которой лежали только старые издания, и в ней, помимо «Советов искушенной», находились «Царствующий дом Романовых» — потрясающее по красоте и ценности издание, именно оно было дома у заведующей в ночь ограбления, и книги из этого списка. Больше ничего в коробке не было!

— Так! — выставив вперед прямые напряженные ладони, проговорил Максим, стараясь справиться с волнением и собраться с мыслями. — Что выходит? Бабушка, по неведомой причине отправляясь в больницу в прекрасном самочувствии, просто на обследование, оставляет странное завещание. Подарить определенный, весьма своеобразный набор книг безвестной, ничем с ней не связанной районной библиотеке в соседнем районе города. Сама неожиданно умирает при весьма странных обстоятельствах в больнице.

— Сочувствую, — вклинилась Полина.

— Помолчите, — не совсем вежливо тормознул ее Максим. — Затем спустя две недели убивают моих родителей, по свидетельству полиции перед смертью их пытали, стараясь выбить из них какую-то тайну.

— Ужас какой!

— В это время вы находите записку в книге, заклеенную между страниц, а вашу библиотеку пытаются ограбить. Когда точно это было?