Улыбка 45-го калибра - Дарья Донцова

– Не удосужиться сделать элементарное исследование! –возмущалась Оксана. – Доставить беременной женщине такие страдания, заставитьее пережить сильнейший стресс! Хочется позвонить этому Олегу Игоревичу исказать ему все, что я о нем думаю!

– Кому? – удивленно переспросила я.

– Юля состоит на учете в женской консультации при роддомеимени Олеко Дундича, ее лечащего врача зовут Олег Игоревич, – напомнила Ксюта,– это он непосредственный виновник того, что с ней случилось. Вообще-то Юлядолжна бы написать на него жалобу, но она не хочет.

– Почему?

– Уверяет, что «автор» идеи ее муж Николай. Ей кажется,будто супруг подговорил нечестного врача на такой гадкий поступок, потому чтоочень не хотел иметь детей. Встречаются же подобные экземпляры! Просто сволочи!И муж, и врач. Ладно, вечером побеседуем.

И она отсоединилась. Я выключила телефон и направилась кОлегу. Можно прожить много лет рядом с человеком и не узнать его до конца.Чужая душа потемки. Бедной Юлечке ужасно не повезло с супругом. Скорей всего,она подаст на развод. Во всяком случае, я бы не смогла жить с таким человеком.

У Олега Игоревича перед кабинетом скопилась толпа женщин.Вспомнив о безобразном скандале, который устроила мне в прошлый раз грубаятетка, я постучалась в соседнюю дверь. Выглянула толстенькая медсестричка.

– Добрый день, Анюта, – вежливо сказала я, – меня опять кОлегу Игоревичу прислали, но боюсь этих баб, вдруг снова начнут меня ругать.

– Да нет, – улыбнулась Анюта, – это только Любка Ракитинаконцерты закатывает. Припадочная, ее тут все знают, от регистратуры до нянечек.Везде буянит, все не по ней. Я еще удивляюсь терпению Олега Игоревича, ктодругой так давно бы нашел повод от нее избавиться, но он у нас просто святой. Ав кабинет к нему попасть элементарно. Вот видишь звоночек?

И она ткнула пальцем в пупочку.

– Кто там? – раздалось из динамика.

– От Ореста Львовича, – сообщила я.

– Входите.

Улыбающийся Олег Игоревич мигом отпустил мне комплимент.

– Дашенька, ты сегодня девочка-весна.

Я обдернула жутковатое бордовое платьице. Надо же, мужикзапомнил имя никому не нужной тетки, хотя, наверное, ему позвонил Орест исказал:

– Сейчас к тебе явится моя новая лаборантка, эта идиотка поимени Даша.

А Олег Игоревич, как дамский угодник, пытается наладитьхорошие отношения со всеми представительницами слабого пола. Я ухмыльнулась ине удержалась:

– Уж скорей бабушка-весна!

Олег Игоревич засмеялся:

– Браво, дорогая, какое тонкое чувство юмора, редко кто измилых дам способен шутить на тему возраста.

Его приятное круглое лицо просто лучилось добротой, кариеглаза смотрели ласково, от уголков век бежали в разные стороны лучики морщинок,и пахло от доктора дорогим одеколоном, но не сильно, а только чуть-чуть, этакийлегкий намек на аромат. Весь вид Олега Игоревича словно говорил: «Меня не надобояться, успокойся и расскажи все, что с тобой приключилось, обязательнопомогу».

Ни за что бы не поверила, что такой человек способенхладнокровно отправить на искусственные роды женщину, чтобы убить вполнездорового младенца. Интересно, сколько ему заплатил этот Николай? А может,Оксана ошиблась, и доктора в консультации зовут как-то иначе? Олег Игоревич производилсамое приятное впечатление. Я, войдя в кабинет и обнаружив там такого врача,мигом бы прониклась к нему расположением.

– Дашенька, – продолжал улыбаться Олег Игоревич, – будьдругом, возьми сама контейнеры, видишь, один сегодня тут пашу, Катюшка моязаболела.

– Конечно, конечно, только где?

– А вот толкни эту дверку, за ней комната с холодильником,оттуда и достань.

– Все?

– Их там только два, – ответил Олег Игоревич и принялсябыстро-быстро писать что-то в лежащей перед ним толстой истории болезни.

Я послушно пошлепала в указанном направлении. За дверкой ивпрямь имелась небольшая комната с узким окном. Все, что в ней было, – этокушетка, прикрытая не слишком чистой простынкой, круглая белая табуретка истаренький, громко тарахтящий холодильник. Я распахнула рефрижератор иобнаружила в нем два термоса с синими крышками. Вынув их, услышала, какстукнула дверь и раздался визгливый крик:

– Нетушки, так не пойдет! Лохануть меня решили?!

– Люба, – сердито сказал Олег Игоревич, – сейчас же замолчи.

– А ты мне рот не затыкай! – завопила грубиянка. – Ишь чегопридумали! Ты что, полагал, я у ей не спрошу? Почему Вальке Колосковой тысячудолларов дали, а мне только пятьсот?

– Люба! Замолчи и выйди. Поговорим, когда прием закончится!

– Еще чего, чтобы я тут сидела? Нет уж, отдавай мои бабки.Ежели теперь по тысяче платят, то и мне столько выкладывай!

– Люба, – каменным голосом оповестил Олег Игоревич, – мы неодни!

– Чегой-то никого не вижу, кроме тараканов! – взвизгнулахулиганка. – Не боишься, что в милицию побегу, а? Так и знай, ты у меня сосвоей наукой гребаной в кармане сидишь. Только стукну, мигом повяжут. Давай пятьсотбаксов!

– Дашенька, – заорал доктор, – что так долго?

Я быстро впихнула контейнеры назад и крикнула:

– Холодильник не могу открыть: дергаю, дергаю – и ничего.

– Там кнопочка посередине на ручке, нажать надо.

Через пару секунд я возникла в кабинете. Олег Игоревичпо-прежнему сидел за столом. Напротив него стояла женщина со злым,раскрасневшимся лицом и с растрепанными, не слишком чистыми волосами. Я мигомузнала скандалистку. Та самая тетка, ухитряющаяся постоянно беременеть, наглаяЛюба Ракитина, чуть было не затеявшая вчера драку со мной возле кабинета.Увидав меня, бабища поджала губы.

– Иди, Дашенька, – нежно улыбнулся Олег Игоревич, – ступай кОресту Львовичу, да смотри не урони ничего по дороге. Там пробирочки, ещепобьются ненароком, а у тебя из зарплаты вычтут!

Я сделала испуганное лицо и вышла в коридор. И как теперьпоступить? Контейнеры следует быстренько отнести Оресту, я не могу стоять тут сними, поджидая, пока Люба Ракитина выйдет из кабинета.