Улыбка 45-го калибра - Дарья Донцова

По дороге домой я обнаружила, что закончились сигареты, и,припарковавшись возле какого-то метро, пошла разглядывать ларьки. Сигарет«Голуаз» не было. В одной будке я увидела знакомую пачку, но красного цвета, амне требовалась голубого. Густо натыканные палатки радовали глаз изобилием.Печенье, конфеты, разноцветные бутылки, орешки, чипсы. Хорошо теперь в Москве,можно купить все что угодно. Хотя и подделок полно. Вон красуется «Парфюмернаялавка». Не советую покупать там французские духи. Глаз заскользил по полочкам,и я увидела знакомые баночки «Маркус». Интересно, однако. Я наклонилась кокошку.

– Почем «Маркус»?

– Восемьдесят рублей, – последовал ответ, – берите.

– Сколько?

Толстая продавщица принялась нахваливать товар.

– Дороговато, конечно, можно подешевле отыскать, но кремахорошие, все довольны, попробуйте.

Я приобрела тюбик, на котором значилось «Бальзам для рук»,вернулась в «Пежо» и принялась изучать содержимое.

Выглядела и пахла светло-желтая масса не слишком приятно,каким-то лекарством. Размазав ее по кисти, я поехала в Ложкино. Вот ведь какстранно. Тот же «Маркус» в кабинете Шиловой стоит пятьсот долларов.Предположим, что она – вульгарная обманщица, встречаются такие нечестныедоктора. Подсовывает клиенткам самую обычную мазь и уверяет, что дает имволшебное средство. Но неужели она и Сабину надувает? У той полочка простоломилась от продукции фирмы «Маркус»: кремы, лосьоны, маски – словом, всякосметика была под этой маркой. И потом, я-то хорошо помню, как у меня мигомсошло пигментное пятно на одной руке. Значит, хитрая Роза случайно обнаружила качественнуюотечественную косметику и теперь впаривает ее наивным богачкам. И не боится,что поймают.

Я въехала в ворота. Опасаться ей некого. Дамы, которыеготовы, не поморщившись, выложить пятнадцать тысяч долларов за гладкую морду,не ездят в метро и не разглядывают дешевую косметику в ларьках, так что шанспопасться почти равен нулю.

Вечером, лежа в кровати, я приняла решение. Все складываетсяпросто великолепно. Похоже, что Роза и впрямь не брала яйца. Не знаю, откудавзялась во мне эта уверенность, но она присутствовала. Вот и хорошо. Завтразаявлюсь к Шиловой, покажу ей эту баночку, сообщу, что знаю правду, и за своемолчание потребую всю известную ей информацию о Владимире Сергеевиче, ЛеонидеГеоргиевиче и Якове.

Счастливо улыбаясь, я заснула крепким сном. Разбудил менятелефонный звонок. Прежде чем схватить трубку, я глянула на будильник: шестьутра. Небось ошиблись номером. Сколько раз убеждалась, что на ночь следуетотключать мобильный. Частенько звонят пьяные, с тупым упорством требующие Лену,Галю, Аню…

– Алло, – буркнула я, собираясь сказать следующую фразу: «Выне туда попали».

Но из наушника понесся высокий нервный голос моей подругиРиты Замощиной:

– Дашка, у тебя есть парча?

– Что? – не разобрала я спросонок. – Арча? Это что? Продуктили животное?

– Парча!!! – заорала Рита. – Материал такой блестящий, сзолотой ниткой.

– Нет, – ответила я растерянно.

– Катастрофа! – завопила Рита. – Все пропало! Прямо-таки инет? А шторы? Помнится, у вас в столовой висят бежевые портьеры с золотойвышивкой.

– Правильно, но это не парча, а шелк, Зайка привезла изПарижа, мы…

– Они блестят? – перебила меня Рита.

– Ну… немного, – ответила я, сдаваясь под этим натиском.

– Переливаются?

– Да.

– Еду.

– Куда?

– К тебе, – сообщила Рита, – снимай одну штору, она мненужна.

Я села в кровати и уставилась на противно пищащую трубку.Мне почудилось, или Рита и впрямь уже катит сюда, чтобы снять нашу штору? Дачто случилось-то, в конце концов?

Все выяснилось через сорок минут, когда ненакрашеннаяРитуська влетела в мою спальню и заорала:

– Давай скорей, у меня времени только до девяти. В десятьначало, а их еще скроить и сшить надо. Надеюсь, у тебя есть машинка?

– У Ирки имеется, – робко ответила я.

Ритуська весит почти сто килограммов, но и рост у неегренадерский, чуть-чуть до метра девяносто не дотянула. В молодости она игралав баскетбол и даже добилась определенных успехов. Сами понимаете, попадаться ейпод горячую руку не рекомендуется.

– Хорошо, – резюмировала Ритка, – тащи стремянку.

– Зачем?

– Штору снимем, с пола даже я не дотянусь. Ну торопись же,времени в обрез.

И она стала энергично выталкивать меня в коридор. С огромнымизумлением я затем наблюдала, как Ритка отцепила одно полотнище иудовлетворенно пробормотала:

– Прекрасно, они чистые. Тащи ножницы и машинку.

– Зачем?

– Шторы шить.

Я разинула рот. Содрать с окон портьеры, чтобы сделать изних драпировки?! Нет уж, хоть и побаиваюсь гневливую, непредсказуемовспыльчивую Ритуську, но ей придется сейчас объяснить мне свое поведение!

– Ничего не принесу, пока не пойму, что случилось.

– Мой Масик… – завела Ритуська, встряхивая штору, – едетсегодня на выставку.

Я слушала ее, удивляясь тому, насколько у человека можетсъехать крыша. Сама люблю животных, но Замощина своего Масика, на мой взгляд,не слишком симпатичного кота угольного окраса, просто боготворит.