Звездный час адвоката - Наталья Борохова

Я подавленно молчала. Конечно, у моего литературного любовника не могло быть никаких хронических заболеваний!

– «Шампанское ударило им в голову, и они поплыли, подобно облакам, в далекую страну грез», – прочитала она, даже не пытаясь скрыть свой смех. – Здесь ты недалека от истины. Они могли бы у тебя очень далеко уплыть!

– А что, в горах не пьют? – угрюмо спросила я.

– Смотря что ты называешь горами, – хихикнула подруга. – Если речь идет о воскресном пикнике в парке культуры и отдыха, а в качестве Эльбруса рассматривается ближайший бугорок, я не буду осуждать героев, даже если вместо шампанского они опустошат бутылку виски. Но в настоящих горах с алкоголем не шутят, детка! Даже один его процент в крови нарушает восприятие, и человек ведет себя непредсказуемо. Он может впасть в состояние аффекта, эйфории или же, наоборот, апатии. А все это, вкупе с горной болезнью, может стать коктейлем смерти! Кроме того, мало кто позволит себе такую роскошь – тащить на вершину бутылку шампанского в то время, когда может случиться банальная нехватка продуктов питания.

– Еще замечания будут? – насупилась я.

– Сколько угодно! Заметь, я пока не касалась технической части самого восхождения на гору, – улыбнулась она. – Там у тебя вообще темный лес! Если сейчас я тебе начну читать лекцию по технике безопасности в горах и перечислять виды существующих страховок, ты от отчаяния порвешь свою книгу в клочья и дашь торжественное обещание больше не писать!

– Значит, тебе не понравилось, – мрачно резюмировала я.

– Наоборот, понравилось! – огорошила она меня и, увидев недоумение на моем лице, опять рассмеялась. – Клянусь, мне захотелось быть на месте твоей героини, детка! Пить шампанское на вершине, заедая его свежими устрицами…

– Устриц там не было, – опять нахмурилась я.

– Все равно! – махнула рукой подруга. – Я хотела бы лежать обнаженная на той самой горе, и пусть ветер колышет мою роскошную гриву. – Она провела рукой по волосам, которые теперь едва доходили до плеч. – Не беда, что там хорошо за минус двадцать градусов, а «свежий ветерок» сбивает с ног даже стокилограммового мужика! Я, черт возьми, хотела бы, чтобы рядом со мной был он, не литературный, а самый настоящий Ояр. Ведь я же женщина! И мне нужна любовь, мне нужна сказка. Так что пусть кто-нибудь другой делает тебе замечания и говорит, что так не бывает! Я – не зануда, дорогая моя! Позволь сказать тебе спасибо.

Ее голос звучал почти застенчиво.

– За что? – изумилась я.

– За ту сказку, которую ты посвятила мне, – ответила она. – Ведь Ольга – это я?

Будь я проклята, но в тот момент я не смогла ответить иначе!

– Конечно, – сказала я просто. – Конечно, Ольга – это ты…

Так оно и пошло. Все эти пресс-конференции, встречи с читателями, где я с придыханием в голосе рассказывала про свою подругу, описывала ее невероятные приключения и нашу настоящую дружбу. Казалось, я никого почти и не обманываю. Реальная Ольга существует. Мы дружим. Она занимается скалолазанием. Что еще? Снежные лавины, контрфорсы и тысячеметровые вертикали я научилась описывать почти безупречно. Благо моим техническим консультантом стала сама Ольга. Книги приобрели известность, и серия про отважную скалолазку росла, множилась томами, расходилась неплохими тиражами. Все были довольны. Почти все…

Где-то в глубине моей души слабым ростком проклюнулась ревность. Я не могла простить подруге то, что она присвоила себе моего литературного Ояра. Понимаю, что это звучит глупо, но я едва не задыхалась от злобы, когда слышала от своих читателей вполне невинный вопрос: «Скажите, а в жизни у вашей подруги есть такой мужчина или Ояр – это только литературный образ?» Или: «Ольга и Ояр будут, наконец, вместе?»

«Ольга – это я! – хотелось заорать мне. – И неважно, что я при этом не лазаю по горам. Я умею любить так, как это никогда не сможет моя подруга! Мы будем вместе. Он и я!»

Но я успешно гасила вспышки своей ярости. В самом деле, будет ли нормальный человек переживать по таким пустякам? Я еще не знала, какой сюрприз готовит мне жизнь…»